Сценарист (СИ) - "Син Айкава" - Страница 365

«Бой закончился в первые же секунды: как только прозвучал сигнал, означающий начало поединка, Фурия в мгновение ока оказалась возле Дженсена, после чего быстро приставила нож к его горлу. Он даже не успел заметить, как она сдвинулась с места. Само же лицо бывшего солдата в тот момент выражало полное изумление, смешанное с яростью и раздражением. Он был почти полностью разгромлен и оказался в её власти. Это было оскорбительно и унизительно. Фурия наслаждалась его поражением, её глаза сверкали от удовольствия и насмешки.

Она остановилась на мгновение, словно наслаждаясь его страданием и унижением, после чего с хищной улыбкой произнесла:

— Все вы одинаковые. Все мои прошлые соперники также полагали, что им не составит труда уложить на землю какую-то чересчур самоуверенную соплячку. Никому и в голову не могло прийти, что она может быть очень сильна. Я надеялась, что уж хотя бы солдат будет вести себя более аккуратно и рационально, но, полагаю, я немного переоценила его интеллектуальные возможности.

Её лицо выражало разочарование, а на его появилась ухмылка, которая сбила её с толку.

— А ты уверена, что победила? — спросил он.

Сначала она не понимала, о чём он говорит, но в тот момент, когда она опустила голову ниже, ей удалось заметить приставленный к её животу пистолет, который он успел направить на неё в последние мгновения. Да, ему не удалось достать его из кармана своей спортивной кофты, но и через ткань он неплохо так стреляет.

— … Упс? — с небольшим недоумением в голосе произнесла она».

Три выстрела прозвучали в стенах горящего «Бессмертия», после чего Фурия, остановив руку в миллиметре от горла Дженсена, начала выплёвывать большое количество крови изо рта.

Три выстрела прозвучали в стенах горящего «Бессмертия», после чего Фурия, остановив руку в миллиметре от горла бывшего солдата, начала выплёвывать большое количество крови изо рта. Медленно опуская голову, её глаза широко раскрылись, когда она заметила пистолет, приставленный к её животу, из которого сейчас обильно шла кровь. Взгляд, наполненный удивлением и ужасом, вновь встретился с лицом Тодда. В тот миг время замедлилось, а в ушах зазвучали лишь треск пламени и гул пожара.

Фурия медленно шатаясь, словно утратившая всю силу, пыталась удержаться на ногах, но её колени подогнулись, и она упала на пол, создавая при этом глухой звук, который потерялся в шуме пожара. Её руки попытались удержать живот, из которого неистово хлынула кровь, окрашивая чёрный пол в ярко-красный оттенок. Её дыхание стало все более и более нерегулярным, переходя в тяжелый хрип. Глаза Фурии, наполненные борьбой и ненавистью, теперь медленно заливались слезами боли и потери. Лицо её искажалось от мук, отразив всю глубину её страданий и мечтаний, которые обернулись пеплом и разрушением.

Дженсен в течение долгих секунд стоял неподвижно, глядя на падающую Фурию, словно куклу, потерявшую своих нитей. В его глазах тускнело пламя, заменяя его ярость и разочарование глубокой печалью. Он с трудом сдерживался, чтобы не упасть на колени рядом с ней, чтобы не вырвать своё измученное сердце из груди. Его руки дрожали, а лицо искажалось от ужаса и понимания того, что он не только лишился врага, но и части самого себя, которая была неразрывно связана с Фурией.

Тем не менее через несколько секунд его выражение лица стало пустым, будто бы он полностью лишился человеческой души.

— Я победил, — объявил он, но ничуть не радовался.

Фурия, лежащая на полу, стала словно источником печали и отчаяния, которые начали наполнять всю комнату. Её взгляд стал всё более беспомощным, отражая глубокое непонимание происходящего, словно она пыталась проникнуть в тайны окончания своей собственной жизни. Её руки медленно ослабевали, падая в стороны, словно отказываясь держать своё тело на плаву. Слёзы, смешанные с кровью, текли по её бледному лицу, создавая странный контуры смешения жизни и смерти. Локоны её волос, прилипшие к поту и крови, создавали впечатление, будто они пропитались не только её собственной печалью, но и всеми теми моментами её жизни, которые оказались безнадёжно утраченными.

Глаза Фурии постепенно перестали обращать внимание на окружающее, как будто она уже погрузилась в мир, где страдания и мучения больше не имеют значения. Она перестала ощущать боль, и лишь чувство невесомости наполняло её существо, словно она уже начинала таять в воздухе, сливаясь с дымом и пеплом, окутанными адским пламенем. На её губах застыло выражение недоумения, будто она не могла понять, почему её жизнь должна была закончиться именно здесь, в этом разрушенном мире, оставив её одну в своих бесконечных боли и страданиях. В её глазах медленно затухал огонь, который когда-то горел столь свирепо, заменяя его мирное спокойствие и принятие того, что смерть уже неизбежна.

«— Получается, в этом плане мы с тобой — две противоположности, — с небольшим весельем произнесла девушка, — Я стараюсь избегать привязанностей, считая их вредными, а ты стремишься сохранить их.

— Просто я уже слишком много связей разорвал, — горько ухмыльнулся Син, — Эта связь — единственное, что у меня осталось.

— И куда же приведёт тебя твой путь, Син Айкава?

— К тому же, что и тебя — скоропостижной смерти, — тут же ответил он, — Нам не суждено долго жить, но мы можем наполнить даже эти короткие года хоть какими-нибудь светлыми моментами.

— Судя по тебе, ты не сильно торопишься наполнять свою жизнь этими самыми моментами, — слегка посмеиваясь, заметила Фурия.

— Получается, что время для этого ещё не пришло, — ухмыльнулся парень и направился к выходу из бара, подняв правую руку над головой в жесте «прощания», — Прощай, Фурия. Надеюсь, мы ещё встретимся с тобой в аду.

— Постараюсь забронировать для нас обоих самый большой котёл, — сказала на прощание девушка, — Прощай, Син Айкава. Надеюсь, ты сможешь достичь светлых моментов в своей жизни. Я, например, не смогла.

— Я бы не был так уверен. Порой мы просто не замечаем их, а ведь они прямо перед носом — нужно лишь присмотреться, — почти договорил Айкава, открыв дверь, что вела к выходу, — У тебя ещё есть время, чтобы обнаружить их, — закончил он и, наконец, вышел из бара, направляясь к выходу».

И в этот же момент, когда Фурия вспомнила недавний диалог с Сином, перед её глазами тут же возникли события былых дней, о которых она уже успела позабыть.

*****

Очередной крупный контракт был закрыт с успехом, что поставило жирную точку в вопросе о том, кто в Нью-Йорке является главным среди наёмников. Последнюю цель было сложно устранить. Многие наёмники либо сдались, либо просто отказались выполнять поставленную задачу. На успех Фурии никто не ставил — она была явным аутсайдером среди всех тех, кто пытался осуществить ликвидацию высокопоставленного чиновника до неё. Все лишь смеялись, когда она приняла заказ, и многие из них даже принимали ставки на то, через сколько девушка решит сдаться. Увы, их ожиданиям не суждено было сбыться — Фурия блестяще справилась с задачей, забравшись на вершину подпольного мира, и теперь никто не смел спорить о том, является ли она достойной для статуса королевы наёмников.

Празднование столь значимого события проходили в «Бессмертии». В эту ночь девушку пришли поздравлять многие люди: её прямые коллеги, её довольные клиенты, которым она помогла достичь желаемых целей, и обычные работяги, что хотели либо продолжать работать с Фурией, либо начать с ней работать. Успех Фурии был оглушительным, потому толпы наёмников рвались к ней под крыло, заявляя, что с ними она возвыситься ещё больше.

В баре царила оглушительная атмосфера праздника. Внутри бара теснились десятки, если не сотни, гостей, заполняя помещение до предела. Громкие разговоры сливались с песнями и смехом, а алкоголь тёк рекой, наполняя стаканы и смягчая сердца. Воздух пропитывался запахом сигаретного дыма и алкогольных паров, создавая муть перед глазами и придавая всему праздничному вечеру дополнительную грань разврата и безумия.