Сценарист (СИ) - "Син Айкава" - Страница 393

«Этого я тоже не помню. Почему я не вспоминал об этом разговоре раньше? Что-то вроде детской травмы? Или же я намеренно скрыл от себя это воспоминание?»

— Кстати, Син, — вновь обратился к сыну мужчина, повернувшись к нему лицом, — Я ничего не делал с твоими чувствами и эмоциями, — сказал он и начал подходить ближе, — Это просто побочный эффект от… — в этот момент его голос перестал быть слышанным, что показалось очень странным «зрителю» Сину, — Это нормально. Скоро всё пройдёт, — продолжил он, после чего приблизился к сыну на расстояние вытянутой руки, — А сейчас я сделаю так, чтобы тебе спокойно жилось ближайшие лет десять, — вытянул свою руку он и положил её на голову ребёнка.

Как рука отца коснулась головы маленького мальчика, все вокруг исчезло. Кухня, вся квартира и даже сам мальчик исчезли внезапно, словно их вынесло из этой реальности в иную сферу бытия. Вместо привычного интерьера вокруг взрослого Сина осталась лишь мрачная тьма. Он стоял в центре пустоты, ощущая, что что-то идёт не так, будто бы этого не должно было быть. Где-то вдалеке, как будто издалека доносился шепот, гулкое эхо голосов и различные звуки, которые он не мог понять.

Но самое странное было то, что вокруг исчезло абсолютно всё, кроме фигуры отца, что прямо сейчас смотрел прямо на Сина, по-змеиному улыбаясь. В этой новой среде его обычный облик казался менее живым, словно его сущность расплывалась, сливаясь с окружающей тьмой. В его глазах светилось что-то странное, что невозможно было понять.

«Что происходит? Куда всё исчезло? Почему он ещё здесь?» , — множество вопросов в данный момент беспокоило разум парня, но ответов было добиться ему не суждено.

Мужчина же, смотря на потерянного и слегка напуганного сына, улыбался всё шире и шире.

«Почему ты улыбаешься? Почему ты вообще смотришь в мою сторону? Как ты заметил меня?»

— До встречи, Син, — произнёс мужчина и отвернулся от сына, — Скоро мы вновь будем вместе.

И тьма поглотила его.

«А почему он вообще вернулся в мою жизнь, да ещё и в этот самый момент?»

* * *

Всепоглощающая тьма сновидения в быстром темпе начала растворяться, возвращая меня в цветастую реальность, от которой я ранее уже успел отказаться, находясь на пороге жизни и смерти. Пробуждение было не из приятных: всё тело ужасно болело, разум плыл, а глаза открывались с таким трудом, будто их механизм полностью заржавел. В добавок, я снова проснулся в неизвестном мне месте, антураж которого не вызывал особого доверия: блеклые стены с порвавшимися в некоторых местах обоями, растрескавшийся потолок, который уже, вероятно, давно нуждается в ремонте, тусклое освещение, что создавалось при помощи плотных штор тёмного цвета, и малое количество мебели, большая часть которой выглядела довольно старой и не слишком надёжной.

Моё тело находилось на чём-то, что сильно напоминало диван. По крайней мере, размер для него точно подходил. На мне был самый минимум одежды — белая футболка и чёрные короткие шорты, которые я раньше точно не надевал. Вероятно, меня переодели, пока я находился во сне, но… зачем? Хотели изнасиловать? Или же исследовали? На первое рассчитывать точно не приходилось из-за такой себе внешности, а вот второе вполне имело шанс на существование.

Разум потихоньку приходил в себя, восстанавливая картины прошедших событий, от чего становилось не по себе. После полученных травм я должен был сгинуть, но в данный момент я находился в сознании, что означало, что у Потрошителя не получилось меня прикончить. Учитывая то, что я находился в чужом и совершенно незнакомом для меня помещении, я с уверенностью мог полагать, что меня спасли, но вот только кому это понадобилось? Зачем кому-то спасать злодея, которого хотят прикончить больше половины действующих героев США и Японии? Да и не только они. Быть может, надо мной хотят поиздеваться? Хотят сломать меня ещё больше? Хотят увидеть моё отчаяние? Вполне возможно, да только кандалов на руках я не вижу, да и на ногах не чувствую ничего, что помешало бы мне прямо сейчас сбежать. Настолько уверены в своём превосходстве надо мной, что решили ничем не сковывать? Смелые.

Надо было уходить. Я не мог задерживаться в незнакомом месте ещё больше. Учитывая то, что никогда в тот момент со мной рядом не было, это был прекрасный шанс для побега, и я решил воспользоваться им по полной, потому тут же потянулся вперёд и…

И с громким болезненным криком упал на подушку назад.

Настолько сильной боли я ещё никогда не чувствовал. Область в районе живота ныла с такой силой, будто бы прямо сейчас оттуда из моей плоти вылезет Чужой. От таких неприятных ощущений аж в глазах потемнело, а разум вновь решил устроить длительный заплыв на большую дистанцию.

Попытка побега была обречена на провал. Вероятно, именно по причине моей серьёзной раны меня никто и не охраняет прямо сейчас. Они прекрасно понимают, что я не смогу сбежать, потому и относятся ко мне спокойно. Я недооценил их ум и их смекалку, а также весьма переоценил возможности собственного тела и свой же интеллект. Очередное поражение, Син. Неужели я всё же дошёл до такого этапа в своей жизни, когда меня будут ждать лишь проигрыши и неудачи? Чёрт, не думал, что меня это так быстро настигнет.

— Ты всё же очнулся, — прозвучал мужской голос со стороны, — Я уж думал, что ты так и откинешь копыта, но у тебя всё-таки хватило упрямства выжить. Достойно, пацан.

Я медленно обратил свой взгляд в сторону источника нового шума, после чего увидел большую и достаточно крепкую мужскую фигуру, очертания которой размывались из-за нахлынувшей на всё тело боли. Несмотря на некоторые помехи в ушах, что были также вызваны неприятными ощущениями, мне почему-то показалось, будто бы я знаю человека, что прямо сейчас говорил со мной. Быть может, заплывший разум помешал мне сразу определить неизвестного.

— Хорошо же тебя отделали, — продолжал он, войдя в небольшую комнату, в которой я находился, — Множество мелких переломов, несколько трещин в рёбрах, большое количество порезов разной глубины и сквозная рванная рана. Любой другой бы на твоём месте уже умер бы, но не ты. Это даже как-то странно, если вспоминать, с каким выражением лица я обнаружил тебя.

Загадочный аноним, пока говорил, медленно прошёл мимо меня, взял стул и поставил его рядом с диваном, после чего грациозно приземлился на него своей пятой точкой. Боже, как же в тот момент у меня болела голова, а этот… плохой человек ещё и лишний шум создавал. Если бы не слабость в теле, вероятно, я бы уже прикончил его, но, так как я сейчас косплеил инвалида, который ещё не осознал, что он инвалид, я не мог ничего сделать ему, потому мог лишь об этом мечтать, но и это, скажу я вам, был довольно-таки приятный процесс.

Настал момент, когда моё зрение перестало размываться, а разуму надоело навёрстывать пятнадцатый круг в большом мозговом озере, и тогда я мог в полной мере разглядеть лицо мужчины, что общался со мной. Когда его черты прояснились, на моём лице тут же появилась небольшая улыбка, а глубоко внутри аж немного потеплело.

— Дженсен, — хриплым голосом произнёс я, пытаясь хоть как-то выглядеть нормально, что, как вы понимаете, не получалось, — Не думал тебя здесь встретить. Рядом проходил?

Бывший солдат в ответ на мои слова тоже улыбнулся. Конечно, шутить у меня сейчас получалось из рук вон плохо, но, вероятно, появление прежних черт моего характера показалось ему хорошим признаком, что моя жизнь всё-таки продолжится, а не оборвётся на половине пути.

— Доброе утро, соня, — тепло произнёс он, — Как спалось?

— Просто ужасно, — не стал врать я, — Сны какие-то бредовые, разум с памятью барахлят, да и тело мешает комфортному сну. Я больше привык спать на боку, а не на спине.

— Ну, это дело поправимое, — покачал головой Дженсен, — Я слышал крик. Пытался встать?

— Не получилось, — ухмыльнулся я, — Тело ещё не успело восстановиться после произошедшего. Кстати, сколько я тут?