"Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Гарцевич Евгений - Страница 761

– …почти добрались, – охрипшим голос кряхтит Бес. Две оставшиеся колонны из пятнадцати небольших кораблей арсиан и тройки «пчел» уже огибают туши дредноутов. Практически лишенные пушек из-за залпов линкоров, они пока не могут вести эффективный огонь с поврежденной стороны. Но я четко понимаю, что как только мы прорвемся за них, арсиане не смогут уже прикрывать колонны. Впереди же нас ждал еще один, полностью целый, дредноут. И именно между тремя этими громадами мы должны были оказаться очень скоро. Шансов на прорыв в таких условиях просто не было, ведь нельзя было забывать об обороне на самом спутнике. И что делать?

– Мы не прорвемся, – повторил мои мысли сидевший рядом Карл, – нас зажмут между собой, и уйти от огня уже не получится. Можно было бы попробовать высадиться и подорвать внутри бомбу, но дредноуту она сильно не повредит. Все же мощности гравитационного взрыва зависит от подключенного реактора…

– Я не готов так просто сдохнуть, – раздраженно отзывается Вал. Арсиане, уже словно смирившиеся с нашим преследованием, никак не пытались вновь атаковать нас, начисто игнорируя. Впрочем, связать тоже не пытались, видимо планируя нас использовать на последнем этапе как прикрытие сзади. – Просто не готов.

– Все там будем, – с ярко выраженной усмешкой хрипит Бес, – рано или поздно. Главное – постараться прихватить с собой побольше!

– Сделаем немного по-другому, – полностью не оформившаяся идея еще сыра, но времени нет. Момент тишины, когда жуки перестали атаковать нас, полностью сосредоточившись на полученном преимуществе возле самого портала, скоро должен пройти. Тем более спешить им некуда – вся группа прорыва самостоятельно лезет между уже занесенным молотом и наковальней в виде трех дредноутов, – будет хоть какой-то шанс, – тяну я, пытаясь четко сформулировать мысль.

– Говори уже, – торопит Карл, даже не пытаясь спрятать напряжение в голосе.

– Десантируемся на дальний дредноут. Убиваем главного, тем самым нанося телепатический удар жукам. В прошлый раз именно так и произошло. В этой неразберихе используем корабли и добираемся до цели. Выживаем при посадке и захвате, а затем валим, используя телепорт, – тезисно говоря, осознаю, как безумно это все звучит.

– Подходит, работаем! – не давая никому высказаться, командует Кринт. А через секунду подключившись ко мне напрямую, произносит: – Лучше сумасшедший план, чем вообще отсутствие такового.

Мысленно на это киваю, а больше ничего сделать не получается. Спокойные полминуты закончились.

Все три дредноута чуть ли не синхронно выпускают сотни плазменных зарядов. Нас спасает то, что никто из них не использует главные орудия, избегая возможных попаданий друг в друга. Но все же интенсивность огня такова, что колонна моментально рассыпается в стороны, и каждый пилот начинает вытягивать именно себя из обрушившегося ада. Как только до нас доходит этот вал плазмы, сразу несколько кораблей сгорают под попаданиями, не сумев найти спасительную траекторию.

Отчаянно маневрирую, пытаясь не только просчитать промежутки между залпами, но и пред-угадать, где могут появиться эти окна. Правда, полностью избегать зарядов не получается, и энергетический щит то и дело теряет заряд, принимая урон на себя. Уже полностью перестав сдерживаться, буквально сжигаю форсажем основные и маневренные двигатели, отчего те периодически идут в отказ, и закручиваю «пчелу» в неуправляемом вираже. Благо хоть расстояния между дредноутами была мизерными и заняло всего секунд двадцать. Правда каких! Отмеченная мной по наитию точка высадки горит перед глазами у всех, и мы рвемся туда, невзирая ни на что.

Энергетический щит падает прямо у самого корпуса гиганта жуков. Прилетевший словно из ниоткуда плазменный удар сжигает верхушку «пчелы», открывая вид на космос. Последняя уцелевшая пушка в моих руках выплевает заряды, а я уже запускаю волновую, расположенную прямо на носу. Никаких шансов на хорошую стыковку нет, и мне приходится рискнуть. Практически не снижая скорости, мой корабль врубается в дредноут, прожигая толщу бронированного металла, но тем самым пряча от преследовавших меня выстрелов. Сильный удар гнет корпус, а фиксаторы с трудом удерживают меня в кресле, но я снова добавляю тягу, буквально вгрызаясь в глубину. Через верхнее отверстие в какой-то момент падает полураздавленная туша жука, которого тут же добивают. «Пчела» останавливается метров через двадцать, выпадая в громадный коридор, после того как гравитационная установка внутри дредноута захватила нас в свой радиус. Оставленный позади проплавленный проем на глазах остывает.

Выключаю тягу двигателей и активирую внешние микрофоны, улавливая звуки. Но безжизненный космос ничего не передает, гася в своих недрах все. Спустя десяток секунд еле-еле работающий – из-за помех радар все же замечает туши двух «пчел», повторяющие мой путь внутрь. Надеюсь, хоть одна из них будет в состоянии летать после такого, а иначе мы тут застряли… Когда они наконец замирают, я выключаю соединения моей нейросети с покореженным кораблем после понимания, что именно моя «пчела» превратилась в груду металлолома. Карл с размаху бьет кулаком по панели, которая вся светится красным из-за сигналов о текущем состоянии. Псион Организации, уже успевший отсоединить фиксаторы, замирает, а затем протискивается мимо меня в глубину кабины, больше ничем не показывая свои эмоции. Увидев мое движение, он замирает, произнося через внешние динамики:

– Отличное приземление, Джон. А теперь – на абордаж?

Сухо киваю всем телом в броне в ответ, отходя от напряжения. Действительно, то, что так далеко забралось аж три наших корабля, уже чудо. Вот только ничего еще не кончено. Руки машинально высвобождают меня из кресла, а затем нащупывают предусмотрительно зафиксированную рядом винтовку. Да, мать твою, на абордаж!

Глава 14

Пять бойцов Организации уже успели открыть заднюю внешнюю перегородку. Короткая проверка, и их фигуры тут же скрываются снаружи «пчелы», контролируя пространство вокруг. Причем они успевают даже захватить с собой бомбу, разместив на спине одного из них. А вот Виктор почему-то замешкался возле своего покореженного фиксатора. В ход пошел плазменный клинок, срезающий выгнутый металл. Карл, уже доставший свою винтовку, целенаправленно двигался в сторону видневшегося коридора дредноута, даже не пытаясь помочь Дикарю.

– Как ты, Виктор? – спрашиваю его, на всякий случай проверяя размещение всего своего вооружения. Плазменная винтовка в руках, а клинок на бедре. Сразу же выкручиваю мощность первой на максимум, снижая боезапас в одной обойме до двадцати двух выстрелов. Зато должно прожечь даже черного жука. Пять запасных обойм, еще по четыре плазменные пехотные и эми-гранаты. Взломщик, который может и не пригодиться, прикреплен к левому предплечью на броне. Пара плазменных мин на пояснице в специальном контейнере. Вроде готов.

– Виктор, чего не отзываешься? – подымаю взгляд как раз в тот момент, когда фигура псиона с каким-то диким криком выпрыгивает из «пчелы», моментально открывая огонь. Опасности я не ощущал, но вот предчувствие стало нехорошим мгновенно. Вхожу в боевой транс и срываюсь с места вслед за ним, но остановить его не успеваю.

Дикарь, впервые после нашего знакомства, решает проявить, казалось бы, несвойственный ему норов. Зажатая винтовка в руках успевает выстрелить два раза прямо в спину Кринту, снимая у того энергетический щит. Сразу за ней следует телекинетический удар, сносящий Карла с ног и притягивающий его прямо к Виктору. Псион тут же приседает, уходя от выстрелов абордажников, прячась за телом Кринта и прикрывая спину корпусом покореженного корабля.

– Не стрелять, а иначе я на хрен сожгу его дурную голову! – прижатая к голове винтовка явно не позволяет расценить это как шутку. Кринт слегка дергается, видимо пытаясь преодолеть ментальные силы Дикаря, но тщетно. – Не дергайся, мой телекинез удержит тебя ровно столько, сколько мне потребуется для того, чтобы плазма проделала дыру в тебе! – голос откровенно злой, практически взбешенный. Вторая рука сжимает плазменную гранату, а пленник зафиксирован только ментальными силами.