Двойная игра - Блэр Лана - Страница 4

Но я прилетела сюда, чтобы провести время с лучшей подругой, отдохнуть и поплавать в море. Поэтому у меня есть два правила: первое – никаких парней, а второе – никаких парней. Ах да, чуть не забыла третье правило – никаких парней!

Прикрыв глаза, поворачиваю голову в сторону окна и вдыхаю полной грудью. В теплом воздухе ощущается солоноватый привкус моря. Волосы развеваются, щекоча лицо, но я не собираюсь стягивать их резинкой.

Все-таки провести время на море с Дашкой после долгого отсутствия в родном городе – самая лучшая идея.

Такси останавливается, когда солнце опускается к горизонту, окрашивая небо в яркие огненные цвета. Мы выходим из машины, и я осматриваю небольшой двухэтажный домик, с отделкой из голубого сайдинга, пока водитель вытаскивает наши чемоданы.

– Ключи должны быть в большом горшке возле двери, – сообщает Даша.

– Какое надежное место, – иронизирую и, наклонившись, достаю связку, прикрытую большими зелеными листьями какого-то растения.

Открыв дверь, мы проходим в дом. Надеваю очки на голову и оглядываю наше временное жилище. В небольшом коридоре умещаются только обувница, круглая вешалка и узкий шкаф. Проходная гостиная со светлым интерьером в современном стиле создает ощущение легкости, уюта и приподнятого настроения. Большой телевизор стоит на узкой длинной тумбе, два диванчика с декоративными подушками и стеклянный журнальный столик на золотых ножках, а на второй этаж ведет деревянная лестница, выкрашенная в белый цвет.

Одна из подушек привлекает мое внимание. На ней вышита девочка с ярко-оранжевыми волосами и это вызывает у меня улыбку.

Резко разворачиваюсь к девчонкам на пятках и хлопаю в ладоши.

– Предлагаю разобрать вещи, а потом решить, что будем делать с ужином.

– Мы согласны, – выпаливают Тарасютины одновременно, одобрительно кивая.

Хмыкаю и перевожу взгляд на подругу.

– Ты знаешь, что я за любой кипишь, – поднимает она руки.

Отыскав две спальни на втором этаже с двумя кроватями в каждой, мы с девчонками решаем, что сестры будут жить в одной, а я с Дашкой – в другой.

Наши комнаты, с обоями персикового цвета, идентичны. Письменный стол с обычным стулом. Две односпальные кровати друг напротив друга. Возле каждой из них по небольшой тумбочке. А у двери большой шкаф-купе с зеркалом.

Вытаскиваю телефон из заднего кармана шорт, открываю переписку с бабушкой и быстро печатаю сообщение двумя большими пальцами.

Рыжик: «Мы уже дома, сейчас будем разбирать чемоданы. Ты как?»

Мировая женщина: «Я уже давно на пенсии и делаю что хочу. Рыжик, как ты думаешь, как я? Конечно, превосходно! А вот тебе советую не терять время на старую женщину и провести его на море с пользой».

От ее ответа на губах появляется широкая улыбка.

Рыжик: «Ты не старая, а винтажная. Люблю, целую».

Откладываю смартфон на тумбочку и, резко выдохнув, открываю чемодан. Раскладывая вещи, ловлю себя на мысли, что я собиралась не на море, а на необитаемый остров. А ведь я думала, что мне будет совсем нечего надеть.

Интересно, где принимали участие мои мозги, когда я клала с собой три пары босоножек на высоком каблуке?

Две пары кроссовок взяла, потому что хотела бегать по утрам…

Удивительно, насколько я была уверена в себе в тот момент.

Через время, опустошив чемодан, довольно оглядываю шкаф и закрываю дверцу.

Тася уже сходила в душ, и я решаю последовать ее примеру, пока Дашка с Оксанкой все еще воюют с вещами.

Видимо, не я одна положила с собой только «все-самое-нужное».

Не успеваю взять косметичку, как снизу доносится громкий визг одной из сестер.

Мы с Жулиной обмениваемся взглядами, широко раскрыв глаза, и срываемся с места. Схватив босоножку с самым высоким каблуком, спускаюсь по лестнице. Возле Оксаны стоит высокий ошарашенный парень с двумя пакетами.

Кто-то уже успел сделать заказ? Тогда почему Тарасютина кричит, увидев курьера?

– Ты кто такой? – рявкаю на незнакомца и встаю впереди Оксанки, закрывая ее спиной.

Густые брови парня сдвигаются на переносице, а черные глаза смотрят в упор. Он выше меня на голову. Каштановые кудрявые волосы с выгоревшими концами спадают на лоб, и он мотает головой, чтобы поправить их.

Краем глаза замечаю, как Даша и Тася подходят ближе.

– Это вы кто, на хрен, такие?

Парень переводит взгляд с одной на другую, пока не останавливается на мне.

– Вообще-то, мы здесь живем. Поэтому, если вы сейчас же не покинете дом, я вызову полицию.

– Вов, что за крики в доме?

Со стороны заднего двора входит еще один парень и направляется в нашу сторону. Перевожу на него взгляд и получаю под дых, на мгновение лишаясь возможности дышать.

Этого не может быть. Я, наверное, где-то сильно ударилась головой. Или еда в самолете была не свежей, и у меня просто галлюцинации.

Быстро моргаю и снова фокусирую взгляд. Колючие карие глаза смотрят на меня с презрением, кажется, целую вечность, хотя проходит не больше пяти секунд. Русые волосы растрепаны, а на лице видна щетина.

– Это кто такие? – спрашивает Андрей у друга.

Он кивает в мою сторону, будто мы совсем незнакомые люди.

– Понятия не имею, – пожимает плечами второй. – Рыжая говорит, что они тут живут.

Неотрывно смотрю на Шишкова, в то время как он даже не удостаивает меня вторым взглядом.

Картинка перед глазами расплывается. В ушах стоит звонкий противный писк. Кажется, что стены двигаются, сужая пространство, и становится труднее дышать.

– Давайте сядем и во всем разберемся, – звучит голос Дашки.

Все проходят мимо, а я все никак не могу перестать стоять как статуя, прокручивая в голове происходящее и не веря в него.

Сильные пальцы крепко обхватывают мою руку, заставляя вздрогнуть и поморщиться от боли.

– Не вздумай кому-то сказать, что мы знакомы, – зло цедит Андрей, пронзая меня острым взглядом.

Он уходит вслед за остальными, а я остаюсь стоять на прежнем месте.

Глаза щиплет от подступивших слез, а в груди настолько болезненное чувство, словно кто-то приложил раскалённый кусок металла.

Я даже представить не могла, что встреча с Андреем заставит кровоточить затянувшуюся рану.

– Маш, ты чего тут застряла?

Жулина подходит ко мне со спины и кладет ладонь на плечо.

Откашливаюсь и, натянув фальшивую улыбку, поворачиваюсь к ней лицом.

– Ты же видела, что здесь Шишков?

– Видела, конечно, – дергает она плечом.

В ее темно-карих глазах читается беспокойство.

– Дашка, никому не говори, что мы с ним встречались, – тяжело сглатываю и сипло добавляю: – Пожалуйста.

– Ничего я никому не скажу, успокойся. Сейчас нужно выяснить, как получилось, что нас заселили всех в один дом.

Михаил

Мы с Леоном входим в дом и, услышав голоса девчонок, доносящиеся с кухни, переглядываемся.

– Пока мы бегали во второй магазин, Шишка уже вечеринку решил устроить? – задает вопрос друг, а я пожимаю плечами.

– Не знаю, – раздраженно рыкаю и толкаю ногой дверь, закрывая ее.

Сегодня только гостей и пьянки не хватало.

Прохожу на кухню и резко останавливаюсь перед столом. Не ожидающий моего торможения Лео врезается в спину.

Мне в последнем матче шайбой или клюшкой по башке не прилетало? Какого хрена тут делает эта рыжая?

Девчонка покусывает пухлую нижнюю губу, заправляет волосы за ухо и медленно переводит на меня взгляд. Она моргает пару раз, и ее выражение лица меняется, будто перед ней большая волосатая гусеница.

– Ты? – кривит она губы.

– Ну, привет, любительница кофе, – подхожу ближе и ставлю два пакета с продуктами на стол. – Что за шабаш ты здесь устроила? – выгнув бровь, обвожу взглядом четырех девчонок.

– Что за ходячую картинную галерею ты с собой привел? – передразнивает она, недовольно посмотрев на татуировки Леона.

– Э-э-э, – возмущенно и красноречиво издает он. – Вообще-то, это искусство.