Чужая невеста для сына герцога (СИ) - Даниярова Рута - Страница 28

У Иль возникло ощущение, что Анция слишком уж пристально разглядывает ее. На секунду ей стало неловко за свое пыльное дорожное платье из дешевой ткани, простой плащ и косу вместо изящной прически. Щеки дамы, несмотря на траурную одежду, были нарумянены, а лицо было моложавым и даже приятным, если бы не острый взгляд темных глаз.

— Пройдемте за мной, госпожа Ильеста, — и Анция величественно направилась вперед.

Подол ее шелкового платья зашуршал по плитам двора.

Ильеста неуверенно оглянулась на клетку с Уллой. Она не могла оставить тьори сейчас.

— Госпожа Аэрдис, позвольте, я отнесу вашу кошку. Пока она спит, мы придумаем, куда ее разместить, — предложил Сторд, и девушка вздохнула с облегчением.

Сторд поднял с земли ящик с Уллой, приказав одному из слуг взять дорожные вещи Ильесты.

Анция Кейрис приподняла бровь, но ничего не сказала, и небольшая процессия направилась к замку.

Дама шла довольно быстро. Как назло, у Ильесты заныла нога, но она изо всех сил старалась не отставать.

Сторд искоса глянул на нее.

— Парень, давай помедленней, чтобы мне не уронить ящик, — бросил Дайнис в спину слуге, и тот замедлил шаг.

Анция тоже обернулась и, кажется, только сейчас заметила хромоту Ильесты.

— Ах, милочка, вам надо сразу было сказать, что вам трудно быстро идти, — участливо сказала дама, но Иль почувствовала фальшь в ее голосе.

— Вот мы и приехали, госпожа Ильеста, скоро будете отдыхать, — негромко сказал Сторд, и девушка с благодарностью кивнула. Дайнис всю дорогу помогал ей, был внимательным и доброжелательным, в отличие от Эдрика, предпочитавшего вовсе ее не замечать.

Они подошли вслед за Анцией к лестнице, ведущей на широкое крыльцо замка, и стали подниматься. Нога сильно ныла после дороги, и девушке хотелось поскорей отдохнуть, но она старалась не показывать вида, что ей трудно.

Замок показался ей огромным. Несколько башен из белого камня, увенчанных шпилями, соединялись каменными переходами и ажурными арками на разных уровнях. С балконов и арок свисали кое-где зеленые плети плюща и дикого винограда.

Анция направилась по широким коридорам, сворачивая несколько раз Стражники, стоявшие возле лестницы, отсалютовали алебардами капитану Сторду.

Наконец госпожа Кейрис остановилась перед высокой двойной дверью, украшенной ажурной резьбой. Распахнув створки, она жестом пригласил пройти, и Ильеста увидела большую светлую комнату с двумя полукруглыми окнами, откуда открывался вид на сад. Пол был устлан мягким пушистым ковром голубого цвета в тон обоям. Возле стены стояла широкая кровать, заправленная светлым покрывалом.

Слуга, провожавший их, поставил сумки возле двери, поклонился и вышел.

— Располагайтесь, госпожа Аэрдис, сейчас я пришлю вам служанку, господин Сторд уже уходит, — Анция выразительно посмотрела на Дайниса.

Дайнис поставил клетку с Уллой на ковер и спросил:

— Где вы держали тьори дома, госпожа Ильеста?

— У нее был свой сарай и небольшой огороженный загон, где она могла побегать, — сказала Ильеста.

— Кажется, я знаю, куда можно разместить вашу кошку, пойду распоряжусь, — Сторд вышел из комнаты.

Анция Кейрис вздохнула и поджала губы.

— Капитану Сторду часто не хватает манер. Надеюсь, милочка, вы поскорее пристроите куда-нибудь свое животное. Зверю не место в замке. Кстати, неподалеку сейчас расположился бродячий зверинец, можете отдать туда свою тьори, — и она величественно вышла из комнаты.

Ильеста заглянула в ящик с Уллой, которая все еще спала. Кажется, тьори похудела за время пути.

Госпожа Кейрис, советы которой больше походили на приказы, ей не понравилась.

Ильеста не решалась сесть на кровать и опустилась на небольшое кресло, стоявшее перед большим зеркалом. От нее пахло потом и лошадью, лучшее платье стало грязным и серым от пыли. Девушка почувствовала себя жалкой в этой роскошной комнате.

Через несколько минут в дверь постучали, и в комнату вошла смуглая женщина лет тридцати в белом чепце и темном платье.

— Я Сета, госпожа. Мне велели вам прислуживать. Что вы желаете?

— Я хотела бы помыться с дороги, — сказал Ильеста.

— Сейчас я провожу вас в купальню, а вот здесь уборная, — служанка указала на небольшую дверь, которую Ильеста сначала не заметила.

Сета с любопытством посмотрела на деревянный ящик с Уллой, но ничего не сказала.

Ильеста прошла за Сетой по коридору, и служанка открыла одну из соседних дверей. Войдя, Иль увидела небольшое помещение, выложенное бледно-розовым мрамором. В полу было сделано небольшое квадратное углубление, наполненное водой, от которой уже поднимался пар.

У себя в имении они с сестрами по очереди мылись в большой деревянной лохани. Мраморная купальня показалась ей немыслимой роскошью.

— Давайте я помогу вам вымыть голову, — предложила служанка.

Ильеста неловко разделась и опустилась в горячую воду. Бедра ныли, на них появились синяки после нескольких дней езды. Сета деловито стала намыливать ей голову душистым мылом, а затем стала ополаскивать пряди волос.

— У вас очень красивые волосы, госпожа, — сказала она.

— Спасибо, Сета, — поблагодарила девушка. Ей было приятно сейчас каждое доброе слово, она была слишком измучена дорогой и неизвестностью.

Иль с наслаждением чувствовала, как расслабляются все мышцы в горячей воде. Внезапно дверь купальни отворилась, и девушка испуганно прикрыла грудь руками.

В купальню вошла Анция Кейрис. Дама прошла вперед и остановилась, глядя сверху вниз на Ильесту.

Девушке было неловко, что посторонняя женщина смотрит на ее наготу, опять появилось ощущение, что ее слишком уж пристально разглядывают, но Анцию, кажется, ситуация нисколько не смущала. Она заговорила:

— Госпожа Аэрдис, вы проделали такой длинный путь. Советник Бриас сообщил, что вы были объявлены невестой его светлости Равьера. Но, к сожалению, он недавно скончался, и после траура его светлейшество объявит своим наследником пресветлого Эдрика. Так что ваше замужество отменяется. Впрочем, у меня есть на примете пара вдовцов. Они старше вас ненамного, лет на пятнадцать, возможно, они согласятся на брак с вами, или же вы можете возвращаться в провинцию, из которой вы прибыли, пока столичные нравы не испортили вас, — и Анция, развернувшись, покинула купальню.

Иль прикусила губу от обиды, щеки вспыхнули. Кажется, госпожа Кейрис проявляла заботу о ней, но она ясно дала понять, что Ильесте здесь не место.

Сета фыркнула.

— Госпожа Кейрис считает себя здесь самой важной, а все потому, что в детстве была подругой покойной герцогини Анаиры. Недавно после смерти герцогини Джайлы всех фрейлин распустили, оставили только госпожу Анцию, вот она и задирает нос, а еще она спит и видит, как бы выдать замуж свою племянницу Лерию за пресветлого Эдрика.

Затем Сета испуганно всплеснул руками:

— Ох, что-то я разболталась. Простите меня, господа Аэрдис. Опять меня сошлют в прачечную за мой язык.

Сета подала ей большую мягкую простыню, чтобы обтереться, и они вернулись в комнату, предназначенную Ильесте.

На кровати ее ожидало черное бархатное платье с длинными рукавами, мягкие домашние туфли, чулки и скромное, но дорогое нижнее белье.

— У нас траур по его светлости герцогу Равьеру, — приседая в поклоне, сказала служанка.

Сета помогла девушке одеться.

Вскоре принесли обед — тушеного кролика с овощами и пирог с грушей.

Поев, Ильеста прилегла на мягкую кровать, пахнущую ароматом лаванды, и почти мгновенно провалилась в глубокий сон.

Проснулась она от того, что служанка деликатно звала:

— Госпожа Аэрдис, с вами хочет поговорить капитан Сторд. Насчет вашего зверя, он сказал.

Ильеста рывком села на кровати, потирая глаза.

— Пусть войдет, Сета.

Служанка открыла дверь и осталась стоять на пороге, видимо, так требовали правила приличия.

Дайнис Сторд сказал:

— Госпожа Аэрдис, я нашел место для тьори. Давайте мы ее туда отнесем.