Чужая невеста для сына герцога (СИ) - Даниярова Рута - Страница 49

— Пойдем в постель, Ильеста, — эти слова, сказанные тихим медовым голосом, заставили ее сердце забиться. Сейчас муж сделает ее женщиной.

Няня Миара не раз говорила им с сестрами, что женский удел — покорность мужу.

Иль осторожно прошла к огромной кровати и села на краешке.

Она покраснела, увидев, что Эдрик уже снял с себя рубашку и начал развязывать пояс на штанах.

Муж пока стоял к ней спиной, и она видела мощные плечи, крепкие бедра и длинные ноги, покрытые золотистыми волосками. Вот он повернулся к ней, полностью обнаженный, красивый, как древний бог.

— Сними все с себя, Ильеста, — тихо сказал он.

Она отчаянно боялась полностью обнажиться, опасаясь, что ее искалеченная нога вызовет у него отвращение.

— Вы не могли бы погасить свет? — прошептала она.

Эдрик вздохнул и загасил светильники, оставив только маленький мерцающий огонек в глубине комнаты.

Затем он лег на кровать, вытянувшись во весь рост. Она осторожно сняла с себя рубашку и юркнула под одеяло.

Несколько бесконечных мгновений они лежали молча, затем муж коснулся ее руки.

— В первый раз, говорят, женщины испытывают боль, но я постараюсь сделать все осторожно.

Он откинул одеяло, а Иль зажмурилась от стыда. Мужчина рассматривал ее голую, от его вглядов, казалось, на коже оставались ожоги. Она попыталась прикрыться руками, но муж осторожно удержал ее за ладони.

— Ты такая хрупкая, — и он коснулся ее груди.

Иль знала, что у нее небольшая грудь, она видела, что старшие сестры обладали пышными формами, и теперь замерла, боясь разочаровать Эдрика.

Соски неожиданно затвердели и сладко заныли от касаний мужских пальцев, но руки Эдрика уже переместились ниже, он легко коснулся живота и погладил внутреннюю поверхность бедер.

Она крепко сжала ноги, и муж вздохнул.

— Может быть, ты не будешь меня так бояться, если потрогаешь здесь, — он взял ее ладонь и положил на свой мужской орган.

Она ощутила под пальцами бархатистую плоть, которая была теплой и упругой. Иль хотела отдернуть руку, ведь она касалась мужчины ТАМ, но Эдрик не дал. Он вел ее рукой по своему члену, который стал увеличиваться и пульсировать под ладонью Ильесты. Ее окатило волной жара, она понимала, что это порочно и, наверно, неправильно, но трогать мужа оказалось не так страшно, как она думала.

Скоро Эдрик навис над ней.

— Разведи ноги, — хрипло сказал он, и Ильеста, зажмурившись, подчинилась.

Она почувствовала, как длинные мужские пальцы поглаживают ее между нежных складочек.

— Ты совсем меня не хочешь, — сказал Эдрик разочарованно, как ей показалось.

А затем она почувствовала, как он начал медленно проталкиваться в нее. Это было очень больно, но она терпела, прикусив губу. И все же она не удержала вскрик, когда ощутила в себе его целиком. Забилась под ним, но муж крепко обхватил ее за плечи.

— Ты такая узкая, — хрипло шептал Эдрик, — не могу остановиться, — и он стал двигаться, наполняя ее жгучей болью.

Ей хотелось, чтобы все поскорее закончилось. Сестры недавно говорили, что близость с мужчиной может понравиться, но она не понимала, что может нравиться, когда тело словно раздирает изнутри. По ее лицу покатились слезы, и Эдрик вдруг скатился с нее.

— Тгоргх! — прошипел он, проведя пальцами по ее щекам и почувствовав мокрые дорожки.

— Почему ты мне не сказала, чтобы я остановился?! — спросил он.

«Будто это не он шептал недавно, что не может остановиться», — устало подумала Ильеста.

Кажется, это закончилось.

— Пойдем, я отведу тебя в купальню, — Эдрик поднялся с кровати нагой, как был, и она увидела, что его мужской орган все еще подрагивает от возбуждения.

— Спасибо, я сама, — тихо сказала она…

Смыв с себя следы близости, Ильеста обхватила себя руками. Она стала женщиной, но это не принесло ей счастья.

26.3

Эдрик проснулся рано утром от легкой щекотки. Открыв глаза, он увидел, что на его подушке лежат кончики длинных золотистых прядей. Волосы его жены. Сама она откатилась на самый краешек кровати, подальше от него, и свернулась клубочком, как котенок.

Эдрик вспомнил, что произошло ночью, и вздохнул.

Он злился на отца, который заставил его жениться на незнакомой девушке. Злился на Шу-вээса, предрекавшего гибель Алтуэзии. Злился на себя, потому что не сумел совладать с собой и вовремя остановиться. Злился на Ильесту, потому что он не привык, что девицы плачут во время близости и испуганно шарахаются от него. А ведь это его законная жена, он имеет все права на нее.

Как только ему исполнилось четырнадцать, Эдрик понял, что нравится женщинам. Его внимания добивались опытные придворные дамы, хорошенькие служанки и красивые девицы на выданье. Последних он сторонился, ибо старший брат доходчиво ему объяснил, что на благородной девице придется жениться в случае скандала. Брат также посоветовал ему пить отвары жреца, чтобы его любовницы не рожали бастардов.

Все его женщины старались доставлять ему удовольствие в постели. А лучшая из его любовниц, Тайрия, страстная и красивая вдова богатого купца, была просто ненасытна, она угождала всем желаниям Эдрика и сама осыпала его изысканными ласками.

Эдрик понимал, что ему не позволят жениться на любовнице, но при каждой возможности старался наведываться в Итерлею и навещать ее. Он дарил Тайрии драгоценности и золото, а она охотно принимала его подарки и просила новые.

Эдрик оделся и пошел в сад. Было совсем рано, птицы весело щебетали на разные голоса, легкий ветерок с запахом цветущих роз.

Ноги сами принесли его к развалинам старой башни. Здесь они в детстве играл с братьями в прятки, сражались на деревянных мечах, запускали в небо змея, похожего на дракона.

Он заметил, что у входа на первый уцелевший этаж стоят два стражника, браво вытянувшиеся при его приближении, раньше их не было.

— Давно вы несете караул здесь? — спросил он у одного из солдат.

— Ваша светлость, недавно получили приказ охранять день и ночь и никого не пускать вовнутрь, кроме управляющего, вроде как стало пропадать вино из подземелий, — отрапортовал стражник.

Кивнув, Эдрик пошел было в замок, но остановился. Ему показалось, что он чувствует чей-то взгляд. Обернувшись, он увидел только солдат, но странное чувство тревоги его не отпускало…

— Тетя Анция, почему я должна съехать из дома? — капризно спросила Лерия.

— Потому что твой отец задолжал кредиторам большую сумму, и ему не по средствам больше содержать этот дом, его придется продать. Ты поживешь пока у сестры моего покойного мужа, госпожи Ины Кейрис.

— Она старая и глухая, вечно всем недовольная старая дева, я не хочу с ней жить под одной крышей, — раздраженно сказала Лерия.

Девушка привыкла к окружавшему комфорту и совершенно не задумывалась, откуда берутся деньги на красивые платья. А теперь ей придется переехать в маленький домик на окраине Алуэты.

— Лерия, я могу поискать тебе богатого мужа, — Анция Кейрис жевала свою любимую мятную пастилку.

Лерия помотала головой. Нет, ей не нужен никто, кроме зеленоглазого Эдрика.

— А что там, в замке? — спросила она у тетки.

— Герцог Ирвик подарил Ильесте кучу драгоценностей, я сама видела большой ларец в ее покоях. Наверно, когда она родит ему внука, то ее осыплют рубинами с ног до головы.

Слова тетки причиняли Лерии нестерпимую боль.

— Скажите, тетя, а что будет, если супруга герцога умрет, например, при родах? — помолчав, спросила девушка.

— Не говори таких вещей, Лерия, даже если думаешь, что тебя никто не слышит. Но если это произойдет, Эдрику быстро найдут новую жену.

— Но разве он не сможет потом жениться на той, кто ему нравится?

— Не забывай, Лерия, Эдрик теперь наследный герцог. Ему вмиг подберут невесту, которая устроит его светлейшество. Например, у графа Ниеза есть три дочери. Хватит болтать. Лучше прикажи служанке аккуратно сложить твои платья. Не бери с собой много вещей. Мне пора возвращаться в замок, — Анция поднялась, допивая мятный чай.