До тебя (СИ) - Муратова Кира - Страница 20

Судя по всему, свободного времени в ближайшие недели у меня будет немного. Пока войду в курс дела, изучу специфику, познакомлюсь с коллективом. В моих правилах — подходить к любому вопросу основательно.

В связи с этим я решила заранее закрыть все беспокоящие меня моменты. А так вышло, что больше всего меня сейчас беспокоит рубашка Литвинова, одиноко висящая на передвижной вешалке для одежды в моей спальне.

Поэтому, собравшись с духом, еду в областную прокуратуру. Записываться заранее мне не нужно, надеюсь? В конце концов, оставлю пакет у Марии Фёдоровны в приёмной.

Приобретенный на прошлой неделе с рук, небольшой, но удобный в вождении, Опель оставляю на парковке.

Захожу в здание. На первый взгляд, здесь всё по-прежнему. Приглядевшись, отмечаю, что сотрудник на пропускном пункте — новенький. Молодой, едва оперившийся парень, похоже — вчерашний студент.

Поглядывает на меня с явным мужским интересом, но действует строго по протоколу. Спрашивает цель визита. Просит показать паспорт. Вносит данные в журнал посещений. После чего выдаёт электронную карту-пропуск. Прохожу через вращающийся турникет и вызываю лифт.

Двери разъезжаются. Выходят двое. Платиновая блондинка слегка за тридцать в бежевом платье-сафари. Пуговицы платья расстёгнуты очень низко, обнажая покачивающуюся при каждом движении пышную грудь. Это первое, что бросается в глаза. Второе — губы. Вызывающе полные, на грани безвкусицы. Рука косметолога — налицо. Она говорит по телефону. Слышу обрывки фраз.

— … да козёл! Как обычно. Олеся, я же просил не приезжать без предупреждения, бла-бла-бла! — передразнивает кого-то, скорчив пренеприятную гримасу.

Отвечает невидимому собеседнику:

— Да ни хрена он не дал, мам!

Следом за ней волочит ноги девочка лет семи. Одета, как точная копия своей матери. Девочка поднимает на меня глаза. От неожиданности я спотыкаюсь. Такой прозрачно-голубой цвет радужки я встречала в жизни лишь единожды.

Олеся? Проносится в голове запоздалая реакция.

Оборачиваюсь и смотрю им вслед.

В приёмной у облпрокурора тихо. Ни души. Мария Фёдоровна отсутствует на рабочем месте.

Присаживаюсь на диванчик, решив все-таки дождаться прокурорского секретаря и не ломиться в дверь без предупреждения.

В попытке скоротать время достаю мобильный. Листаю ленту в соцсети, и внезапно, повинуясь какому-то импульсу, набираю в поисковой строке запрос: «Олеся Литвинова».

На третьей сверху аватарке выхватываю знакомый цвет волос. Перехожу на страничку.

Профиль открыт. Много фотографий самой Олеси. Селфи в машине, селфи у занавески, селфи на фоне тропического пейзажа. Олеся в окружении подруг с такими же, как у неё, пухлыми губами. Олеся в купальнике на берегу лазурного моря. Замечаю небольшую татуировку на её левой груди, а также чернильные завитки в зоне «бикини». Мысленно закатываю глаза.

Листаю дальше. Фото девочки из лифта. Держит в руках огромного плюшевого медведя, ростом почти вровень с ней самой. Подпись под фото гласит: «С днем рождения, Иванка! Будь счастлива!». И смайлик в виде мишки Тедди. На фото отмечен некий lital24. Догадываюсь, что это Лёша. Перехожу по ссылке. «Это закрытый аккаунт». Учётная запись выглядит абсолютной безликой.

— И давно ты здесь? — вздрагиваю.

Литвинов, одетый в синюю прокурорскую форму, стоит на пороге приёмной.

Блокирую экран своего телефона.

— Только что пришла. Здравствуй.

— Какими судьбами? — игнорирует моё приветствие. Он как будто чем-то раздражён. Моим присутствием? Тем, что явилась «без предупреждения»? Вспоминаю слова Олеси из лифта.

— Я была недалеко и решила зайти, чтобы вернуть тебе рубашку.

— Какую рубашку? — непонимающе хмурит брови.

— Ту, которую ты у меня оставил, когда чинил трубу, — поясняю. Дура! Он и думать забыл об этой тряпке. — В-общем, держи. И ещё раз спасибо, — протягиваю ему пакет.

— Это было не обязательно, — отрезает безэмоционально. Но пакет берёт.

— Обязательно. Не хочу быть тебе должна.

В это время в приёмную заходит Мария Фёдоровна. За те десять лет, что мы не виделись, на её лице, конечно, добавилось морщин. Но в целом она всё такая же: свежий румянец и доброта в глазах — никуда не делись.

— Алёнушка! — секретарь отца радуется мне, как родной. — Иди ко мне, девочка моя, дай обниму!

— Я на минутку, Мария Фёдоровна. Мне уже пора. Дела.

Целую её в теплую морщинистую щеку. Бросив Литвинову коротко и официально «До свидания», ухожу.

На проходной сдаю пропуск. Парень, который встречал меня при входе, судя по погонам — младший лейтенант, осмелев, спрашивает:

— Девушка, а мы случайно не знакомы?

Понимаю, к чему он ведёт, и, качая головой, улыбаюсь. Мужское внимание всегда приятно, тем более в последнее время у меня с этим дефицит.

— Это нужно срочно исправить, — продолжает лейтенант. — Меня Андрей зовут. А тебя?

— Васильев! — раздаётся жёсткое. — Я не помню наизусть Вашу должностную инструкцию, но совершенно точно уверен, что там не значатся неуставные знакомства с посетителями, — в голосе Литвинова сталь.

От его ледяного тона меня передёргивает, что уж говорить о бедном Васильеве. Вскочил на ноги, на лбу моментально — испарина.

— Зайди ко мне перед окончанием рабочего дня, — ох уж эти прокурорские замашки.

— Есть, товарищ подполковник! — чеканит Васильев, лицо которого идёт красными пятнами.

Улыбаюсь лейтенанту ободряюще уголками губ. Поворачиваюсь к Литвинову:

— Еще раз до свидания. Товарищ подполковник.

Надеюсь, больше не увидимся.

Глава 20. Маска, которую я ношу

В новом офисе я устроилась достаточно быстро. Такое чувство, что все пазлы встали на место. Не скажу, что это работа моей мечты. Но в целом я довольна. Главное для меня, что здесь обошлось без протекции моего чересчур заботливого папули.

Я тружусь в департаменте судебной работы с юридическими лицами. Начальник нашего мини-отдела, состоящего из четырёх человек — парень примерно моего возраста, может чуть старше. Его зовут Захар Гордеев. И по всем понятиям он — просто красавчик!

Брюнет с голубыми глазами. Стильная стрижка-канадка. Небрежным движением руки Захар поправляет свою слегка удлинённую челку, прочесывая её назад. В такие моменты я будто слышу беззвучный, но такой осязаемый женский «а-ах».

Помимо начальника, штатное расписание департамента предусматривает двух юристов. Это, соответственно, я и моя напарница Вероника. Веронике двадцать восемь лет, она замужем. Детей нет. Судя по тому, как она тоскливо рассматривает фотографии моего Макса, здесь кроется какая-то проблема.

Четвёртый — помощник юриста. Его зовут Паша Седов, но между собой мы называем его «Павлик». Павлику двадцать один, он студент пятого курса заочного отделения юридического факультета.

Моя работа на фирме связана в основном с судебным представительством. По долгу службы я частенько посещаю тот арбитражный суд, в котором проходила практику в студенческие годы.

Сегодня после окончания рабочего дня Захар предложил собраться всем нашим маленьким дружным коллективом в недавно открывшемся лаунж-баре. «Для своих» — так охарактеризовал это заведение мой начальник.

Мы берём одно такси на всех и мчим по указанному Гордеевым адресу. Место, действительно, необычное. Стильно оформленная терраса обрамлена воздушными белыми шторами, которые развеваются на ветру. Таким образом, создается впечатление уединённого пляжного бунгало. Вид с террасы открывается ровно на недавно отремонтированную набережную нашей городской речки. Речная зона оснащена фонтанами, которые функционируют в основном в вечернее время. Искрящиеся в лучах цветной подсветки брызги воды создают непередаваемую атмосферу.

Не задерживаясь на террасе, Захар уверенно проводит нас внутрь. Здесь всё устроено в виде классического бара. Вдоль панорамных окон в два ряда расставлены столы. Мягкие, на вид очень удобные, диванчики, никаких стульев, кроме как у стойки бармена. В центре бара высокий плоский аквариум с тропическими рыбками, разделяющий пространство на две части, наподобие прозрачной голубой стены.