Святых не существует (ЛП) - Ларк Софи - Страница 28

Вкус моей собственной крови во рту.

Я хочу еще.

Я тащу его в пустые кабинеты рядом с галереей. Мой рот на нем, мои руки тоже. Я прижимаю его к столу и опускаюсь перед ним на колени, расстегивая пряжку его ремня.

В этот момент кто-то в другом конце комнаты прочищает горло.

— Как бы мне ни хотелось сохранить наблюдение в тайне, но моя ужасная совесть не позволяет мне молчать.

Это Саймон Грэнди. Коул познакомил меня с ним еще вечером. Он покупатель « Jolie and Voss» - сардонический, бородатый мужчина лет сорока восьми, от которого исходит слабый запах сигар.

Сейчас он ухмыляется, стоя на коленях перед моим учителем именно в той позе, в которой он ожидал бы меня найти, если бы когда-нибудь заглянул в нашу студию.

Мое лицо горит.

Я хочу сказать ему, что никогда не делала этого раньше, даже не думала об этом. Я никогда не сосала член за услугу. Эта идея вызывала у меня отвращение.

Но в данном случае... благодарность была велика. Как и мой порыв пососать член Коула.

— Не нужно смущаться, — говорит Коул. Его темные глаза скользят между мной и Саймоном. — Мара как раз собиралась выразить свою благодарность за все, что я для нее сделал. И раз уж она так чрезвычайно... благодарна... Я уверен, что она будет рада включить тебя в список.

Саймон делает шаг ближе, пытаясь скрыть эмоции, вспыхнувшие на его лице. Волнение. Вожделение. И ликование. ...он не может поверить в свою удачу в этот момент. В то, как удачно складывается судьба.

— Вот она, уже на коленях, — говорит Коул своим низким, шелковистым голосом. — Уверен, она с удовольствием отсосет твой член в качестве закуски к моему. Она уже доказала, что является очень способной ученицей. . .

Подтекст понятен.

Я сейчас на ракете, летящей к определенной цели. Если я хочу долететь на ней до конца, я не сделаю ничего, что могло бы поджечь фитиль. Я не буду рисковать, чтобы не взорвать все раньше времени.

Такова сделка с дьяволом.

Он владеет мной.

Он контролирует меня.

Медленно поднимаюсь на ноги.

Я игнорирую Саймона, как будто его и нет.

Вместо этого, глядя прямо в глаза Коулу, я говорю, — Я хотела тебя. Искренне. Потому что я восхищаюсь тобой. И ты привлекаешь меня, я не буду этого отрицать. Я хотела трахнуть тебя. Но я тебе не принадлежу, Коул. И никогда не будешь.

На мгновение он замирает, бледный и неподвижный. Затем темная, клубящаяся ярость заполняет его черты, словно сосуд, наполненный чернилами. Его глаза - блестящие черные крупинки в море ровного белого цвета.

Я не жду его ответа.

Я просто поворачиваюсь и выбегаю из офиса.

Я прорываюсь сквозь толпу посетителей вечеринки, как комета в небе.

Когда я прорываюсь сквозь них, мой путь перехватывает спутник.

Это Логан, застенчивый и неуместный в своих рваных джинсах и футболке, на которой видны густые чернила, бегущие вверх и вниз по рукам. Он делает шаг мне навстречу, заикаясь о моей картине.

Я хватаю его за воротник и втягиваю в свою орбиту.

— Ты пойдешь со мной.

19

Коул

Мара выбегает из офиса.

Саймон поворачивается и зубасто ухмыляется.

— Ну, попробовать стоило, — хмыкает он.

Я бросаю на него взгляд, который мгновенно стирает улыбку с его лица.

— Я лучше вернусь на вечеринку..., — заикается он, пытаясь проскочить мимо меня из комнаты.

Я отпихиваю его с дороги и сам устремляюсь за Марой.

Я вижу, как ее грива спутанных темных волос исчезает за дверями галереи.

К моей ярости, она схватила за руку какого-то случайного идиота и тащит его за собой.

Что, черт возьми, она себе позволяет?

Ее упрямство начинает меня бесить.

Я хотела тебя... ...искренне.

Моя голова дергается, стряхивая воспоминания об этих словах, словно раздражающую муху, жужжащую возле моего уха.

Я смутил ее.

Она была так уязвима, стоя на коленях передо мной... Я ничего не мог с собой поделать. Я хотел посмотреть, как далеко я смогу завести ее.

Чем больше она бунтует против меня, тем сильнее я хочу ее раздавить.

И чем сильнее она цепляется за свои убеждения, тем дальше я намерен тащить ее по темным и извращенным тропам...

К тому времени как я добираюсь до входных дверей, Мара и ее незадачливый спутник уже забрались в такси и отъехали от обочины.

Куда, черт возьми, она направляется?

Я поставлю маячок на ее телефон. Первым делом завтра. Я уже должен был это сделать.

Соня перехватывает меня.

— Тебя ищет Маркус Йорк, — говорит она.

— Что? — рассеянно говорю я.

— Он вон там. — Она указывает. — Пойдем, я приведу тебя, он говорит, что должен сообщить тебе что-то «важное».

— Еще бы, — раздраженно говорю я.

Йорк - градостроитель и самопровозглашенный «покровитель искусств». Он влиятелен в этом городе, но он также был близок с моим отцом, а это значит, что я его терпеть не могу.

— Коул! — говорит он своим рокочущим голосом, крепко хлопая меня по обоим плечам.

У Йорка небольшой рост, с всклокоченными волосами и цветочным лицом. У него длинные зубы цвета слоновой кости, которые всегда на виду, потому что он постоянно улыбается. Клоунская прическа и добродушный тон призваны обезоружить людей, с которыми он встречается. Я знаю лучше - Йорк - акула, жадно откусывающая от каждого строительного контракта и сделки по зонированию, которая проходит через его стол.

— Я должен навестить вас, — говорит он. — Я слишком давно не приезжал в Seacliff.

Он был одним из тех многочисленных компаньонов, которые часто посещали личный кабинет моего отца на первом этаже дома. Через эти двойные дубовые двери в то или иное время проходило большинство людей из Сан-Франциско. Теперь никто и никогда не приходит в мой дом. И я намерен так и оставить.

— Весь свой бизнес я веду в своей студии, — говорю я.

— Но мы же старые друзья.

Йорк поднимает свои суровые брови.

— Дружба, основанная на бизнесе, превосходит бизнес, основанный на дружбе.

— Это говорит твой отец, — смеется Йорк.

Я ненавижу сравнения со своим отцом.

Ловкий оператор, Йорк видит, как поджались мои губы, и быстро меняет тему.

— Я говорил Соне, что у нас есть прекрасная возможность. Город выделяет два миллиона на монументальную скульптуру для парка Корона-Хайтс. Мы будем принимать эскизы весь следующий месяц. Думаю, ты захочешь принять участие в конкурсе. И Шоу тоже, готов поспорить.

— Где Шоу? — спрашиваю я, бросая взгляд на Соню. — Он никогда не пропускает «New Voices».

Потому что он никогда не пропустит трах с одним из этих новых голосов.

Соня пожимает плечами. — Его имя было в списке гостей...

Хотя я бы предпочел отложить столкновение Шоу с Марой, его необъяснимое отсутствие еще хуже.

Я в дурном настроении, более взволнован, чем был за последние месяцы. Мне все время интересно, куда делась Мара, что она делает в данный момент. И мне совершенно наплевать, о чем болтает Йорк.

— Это твой шанс раз и навсегда оставить свой след в этом городе, — напыщенно говорит Йорк. — Прославить свое имя.

Я тонко улыбаюсь. — Я не уверен, насколько широко хочу, чтобы мое имя было известно.

— Тогда тебе не стоит быть таким чертовски талантливым, — хмыкает Йорк. — У тебя есть месяц, чтобы подготовить предложение - не пропусти срок. Ты знаешь, что я замолвлю за тебя словечко.

Я подавляю усмешку, возникающую при мысли о том, что мне нужен Маркус Йорк, чтобы рассказывать о своем дизайне.

Вместо этого я ощущаю жужжание телефона в кармане и достаю его, осаждаемый иррациональной мыслью, что Мара могла написать мне сообщение.

Близко... Это уведомление о движении камеры в ее студии.

Хорошо. Она бросила парня и решила немного поработать. Как трудолюбиво с ее стороны.

Недостаточно знать, где она, нужно ее увидеть.