Сломленный(DC) - "Valik Murigov" - Страница 67

Я так и не смог вновь стать профессионалом в метании ножей, они всё также летели мимо, часто раня меня самого. Готовка стала самой ужасной, все получалось не вкусным и ужасным на вид. У меня почти не осталось увлечений, ведь что бы я ни начинал, всё получалось из рук вон плохо.

Самым горьким для меня стало предательство моей сестры. Слишком уж сильно на нее повлияло общественное мнение обо мне. С каждым мгновением она отдалялась всё дальше, пытаясь сохранить своё общение с другими. Я не понимал, почему она так изменилась, но, как говорят, даже самые крепкие узы со временем истончаются. Так и наша связь с ней блекла.

Я не мог винить её. В её глазах было противостояние, она всё так же любила меня, но общаться со мной становилось всё труднее. В школе постоянные издевательства: сначала она меня защищала, но и когда попадает тебе, это становилось все болезненнее для нее. Дома у неё были свои увлечения, которые я не мог поддерживать в силу своей беспомощности. Тогда я и попросил ее, постараться не общаться со мной в школе, чтобы ее не затрагивали мои проблемы.

Главной же проблемой, почему меня все считали странным, стали мои ведения, которые возникли внезапно. Вспышки были короткими, но яркими, я переживал весь спектр эмоций и часто не мог оставаться спокойным. Представьте, сидит человек за партой и внезапно кричит и начинает говорить какой-то бред — это обо мне.

Походы к врачу стали постоянным делом, но они разводили руками, говоря, что я полностью здоров. Просто выписывали мне успокоительные из-за каких-то там «магнитных бурь» — абсурд, но другого они ничего не могли сделать. Таблетки частично помогали уменьшить силу этих видений, они стали менее яркими, но всё же появлялись то тут, то там.

Старшая школа, ставшая для меня ужасным местом, наконец закончилась. Я мог выдохнуть и избавиться от этого ужасного места. Я смог закончить чуть выше среднего, и моих оценок должно было хватить, чтобы поступить в медицинский колледж. Я уже подал документы и ждал результата. Мне пришло уведомление, что ответ должен прийти сегодня, поэтому я сидел на кухне, смотрел в окно на проходящих пешеходов и ждал, пока приедет почтовый фургон.

Вера в то, что изучая тело, я смогу найти ключ к возвращению своих способностей, держала меня на плаву. Да, я жил мирно, больше не было такой угрозы моей жизни, ничего интересного, но это была не жизнь, а лишь попытка жить.

Спустя еще пятнадцать минут ожидания на нашей улице наконец появился почтовый фургон. Остановившись у соседнего дома, он разносил письма и закладывал их в почтовые ящики. Терпение заканчивалось, и я не мог сидеть на месте. Стоило ему подъехать к нашему дому, как я вышел на крыльцо. Дождавшись, когда он положил все письма в ящик, быстро взял их и направился к дому, я быстро опустил их на тумбочку и стал искать нужный конверт. Вот он, от медицинского колледжа Мелвина Грина.

Открыв письмо, я стал читать текст, пропуская приветствие: «Мы получили ваши результаты,» — так, пропускаем дальше и вот оно, — «По результатам комиссии мы приняли решение зачислить вас на первый курс нашего учебного заведения.»

— Да, хоть что-то хорошее! — радостно вскрикнул я, подняв руки верх. Опустившаяся трость упала на пол, а за ней и я, не удержавшись. Я пытался схватиться за что-нибудь, но не получилось.

Даже упав, я не переставал улыбаться. Совсем скоро я смогу всё изменить, ещё немного

— Эй, чего ты тут развалился? — раздался голос Алисы. Подняв взгляд, я увидел сестру, стоящую на лестнице. Она была одета в уличную одежду и, похоже, собиралась куда-то идти. Мне не нравился её новый стиль, который изменился. Она стала носить всё черное и сделала пирсинг на носу. Всё это были влияния её новых друзей.

— Я поступил! — радостно сообщил я.

— Ладно, — просто пожала плечами Лаиса. Она не проявила никаких эмоций, и переступив через меня, открыла дверь. — Скажи маме, что я буду поздно.

Всё настроение сразу ушло. Она даже не порадовалась за меня, словно я и не был её братом, с которым она прожила так долго. Поднявшись с пола и взявшись за трость, я зашагал к себе в комнату.

Растроенный, несмотря на радостную новость, я принялся изучать письмо тщательнее. Меня зачисляют в общежитие 28 августа. Здесь был список вещей, которые стоит взять с собой, и всё.

Что ж, до времени, когда я уйду, оставался не так много — всего лишь один месяц. Скоро начнется очередная глава моей жизни. Колледж — это место, где формируется основа твоего жизненного пути. Либо ты поймешь, что он неверен, либо продолжишь идти по нему, несмотря ни на что.

Я уже посмотрел все научные статьи по генной инженерии и изучил всё, что можно. В мире появилось огромное количество трудов, связанных с развитием человеческого организма. Пока эти труды были не слишком интересны: повышенная физическая сила, реакция, устойчивость. Это не многократное увеличение, а лишь на десятки процентов. Да, если вы поднимали сто килограммов и с помощью определенных процедур получили прибавку к силе в 40%, это не кажется чем-то значительным. Я помнил силу своего тела в те годы. Я был равен по физическим показателям взрослым. Даже сейчас я слабее, чем был в детстве, что даже звучит издевательски.

Главной же проблемой таких трудов являются побочные эффекты. Вы платите огромную цену здоровьем за увеличение природного потенциала. По простому, вы умрёте, не дожив и до сорока. Хотя это только теории, и практических исследований в открытом доступе нет, наверняка где-то они и проводятся, но до общества такое не доходит.

Меня же интересовали исследования не об увеличении своей физической силы, а о уме. Лишь благодаря ему я смогу двигаться дальше. Потенциал высокого интеллекта, столько теорий и мнений. Кто-то говорит, что ты умён от рождения, и только это определяет твой ум, но жизнь доказала множество раз: разум порой бывает непредсказуем. По всем показателям один человек умнее, другой же и вовсе не сможет ему составить конкуренцию, и тут появляется опыт

Человек, что обладал куда скудными знаниях в математических науках, лишь на опыте превзошёл своего конкурента в построении моделей. Туту выступает этот фактор, ваш высокий интеллект бесполезен, если не уметь применять его. Лишь совокупность высокого интеллекта и способности направить все эти знания на достижение цели, правильно применить их в любых задачах, позволит стать действительно умным человеком.

Притронувшись к своей голове, я понимал мне не хватает лишь одного элемента, что была вырвана какая-та часть меня. Всегда, когда я чувствую, что почти решил задачу, я наталкиваюсь на какую-то стену, словно кто-то не дает мне пройти, словно цепи сдерживают меня, не давая вырваться. Такое ощущение преследует меня всегда. Что бы я ни делал, меня тянут назад. Я пытаюсь их сломать, вырваться из оков, но они слишком прочные.

Сейчас я понял лишь одно: нужен фактор риска. Человеческий организм способен превзойти свои пределы на краткий миг, когда окружающая среда заставляет его это сделать. Эволюция заложила в нас потрясающий инструмент — приспосабливаться к внешней среде. Но кроме этого, существует триггер, когда тело способно выйти за свои пределы за счет адреналина. В огромных количествах, попадая в кровь, он заставляет организм работать на износ, но позволяет выжить. Так мышцы способны поднять в десятки раз больший вес, чем в обычных условиях. Да, вы повредите все кости, связки и мышцы, но сможете это сделать.

Значит нужна угроза жизни, любая. Только когда ты стоишь на пороге жизни и смерти, ты найдешь в себе силы вырваться из этой петли. Так я думал, но у меня не было ни смелости, ни каких-либо идей, как это сделать, не навредив себе.

Оставалось лишь надеяться, что я получу куда больше знаний об организме в колледже, и тогда у меня появятся идеи. Для реализации этих идей требуются финансы, и я давно искал способ, как найти нужную сумму. Тогда я и наткнулся на тёмную сторону интернета. Там было всё, что можно представить, и, конечно же, была работа. Разная, и часто нарушающая закон. Но я нашел ту, что была наименее ужасной из всех зол. Я регистрировал кошельки в других странах, где законы были куда мягче. Так я переводил небольшие суммы из одной валюты в другую, людям нуждающихся в этом. Мне платили небольшой процент, всего 2%. Но этого было достаточно, чтобы не бедствовать. Я догадывался, откуда эти деньги — явно не с продажи попкорна, но я думал, что ничего страшного не делаю, ведь всего лишь перевожу деньги.