Измена в новогоднюю ночь (СИ) - Янова Екатерина - Страница 32

Звоню Эвелине.

– Алло, – тут же отвечает мать.

– Что с бабушкой?!

– Вот, хоть что-то тебя в этой жизни интересует, – с недоброй усмешкой. – Это ты её довела своим блудом с женатыми мужиками.

– Что? – подскакиваю.

– Да-да, – добивает меня мать, – подружка твоя в деревню приехала, слухов там распустила один хуже другого. Что ты жениха своего перед свадьбой бросила, и замужнего из семьи увела. Тебе Зоя Анисимовна не дозвонилась, зато набрала соседку из квартиры напротив. И та ей ещё дров подкинула. Рассказала, что всё так и есть, и видела она, как ты тут с Гордеем по подъездам обжималась.

Боже…

Сажусь, как громом прибитая. Слёзы катятся уже ручьём. Зажмуриваюсь, сгорая внутри от стыда. Я представляю, что ей там про меня наговорили…

А бабушка, она так остро на подобное реагирует…

– Откуда ты всё это знаешь? – спрашиваю убито.

– Так от соседки нашей и знаю. Она до меня снизошла, чтобы всё это вывалить. Ну и потом пришлось мне уже самой бывшей свекрови позвонить, – с явным недовольством в голосе сообщает Эвелина.

– Зачем? – еле выдавливаю. Отношения у них ужасные.

– Тебя спасала, дурёху! И репутацию твою подмоченную.

– Что с бабушкой? Она правда в больнице?

– Да, насколько я поняла. Но мне она не слишком поверила, тебя увидеть хочет.

– Да, я к ней поеду. Я заеду за ключами от машины.

– Кстати, насчёт машины…, – запинается Эвелина.

– Что?

– Эм… приезжай, поговорим.

Собираюсь я очень быстро. На внутреннюю свою истерику стараюсь не обращать внимания. Сейчас нужно понять, что с бабулей, а потом уже всё остальное…

Господи, как всё ужасно. И особенно больно от того, что Гордея в этот момент нет рядом. Да и не нужно. Ещё вчера я, наверное, смогла бы объяснить бабушке, что искренне люблю Гордея, она была бы сто процентов недовольна, но поняла в итоге, когда познакомилась с ним, пообщалась. А вот теперь, в свете открывшихся фактов… Нет у меня больше аргументов ни для бабушки, ни для себя…

Беру записку, ниже дописываю: “Я знаю про ребёнка. Тебя не виню. Верю, ты поступишь правильно. Ребёнок не должен страдать…”

Оставляю там же на подушке, собираю свои немногочисленные вещи, покидаю гостиничный номер.

На такси приезжаю к своему дому. Сразу отмечаю, что машины моей нет на обычном месте. Странно… Эвелина на ней ездила? Вполне возможно. У неё есть генеральная доверенность на машину, так что…

С тяжёлым сердцем поднимаюсь в нашу квартиру.

На пороге меня встречает Эвелина с неискренней улыбкой.

– Дочь, проходи.

Чувствую себя чужой и неуместной в этой квартире. Но вхожу.

– Я тороплюсь, – предупреждаю тут же. – Я возьму ключи и сразу поеду в деревню. Я переживаю за бабушку. Что ты ей вообще сказала?

– Я её успокоила. Сказала, что всё это абсолютная ложь, а ты по-прежнему собираешься замуж за прекрасного парня, с которым вы давно встречаетесь.

– Что ты сказала? – задыхаюсь я.

– Ну а что ты предлагаешь? Нужно было вывалить на неё правду, чтобы добить старуху?

– Нет, но…

– Тем более, вчера, после того как ты уехала, твой парень как раз приходил. Очень галантный молодой человек, и всё ещё хочет быть с тобой вместе.

– Игорь? – кривится моё лицо. – Он мне больше не парень, и я с ним быть точно не хочу.

– Дочка, – берёт меня за руку Эвелина, – ты молода и ещё очень неопытна. Ты же понимаешь, что Гордей теперь никогда не уйдёт от жены.

– А при чём здесь Игорь? – выдёргиваю руку.

– При том, что такие женихи на дороге не валяются. Я понимаю, у вас вышло недоразумение, но он очень хочет с тобой помириться. Он любит тебя, а Гордей просто дурит тебе голову.

– Мама, – обрываю её, едва справляясь с раздражением, – не утруждайся. Давай закончим этот бесполезный разговор. Дай мне ключи от машины, я поеду к бабушке, а все остальные проблемы буду решать потом.

– Дело в том, – поджимает губы Эвелина, – что бабушка ждёт тебя в гости именно с Игорем. Я обещала, что вы приедете вместе.

– Что? Ты совсем уже?! – обтекаю я.

– Нет, – отвечает с непробиваемым лицом. – Игорь готов тебя отвезти. Он сейчас должен подъехать.

– Пусть Игорь везёт куда хочет и кого хочет, мне плевать. Я поеду сама!

Прохожу в комнату, начинаю искать ключи от машины, но их нет на обычном месте.

– А ехать тебе не на чем, – заявляет вдруг Эвелина. – Машину я продала.

Застываю, медленно поворачиваюсь, встречаясь с ледяным взглядом матери.

Хочется спросить: «Как ты могла?» Но это бессмысленно.

Да, машина была её подарком, но я всегда знала, что моя мать одной рукой даёт, другой отнимает намного больше.

Я не хочу доказывать ей что-то про мораль и справедливость. Пусть подавится.

Сейчас меня интересует один вопрос: как попасть к бабушке. Я должна её увидеть и успокоить. Иначе этот ледяной ком страха добьёт меня окончательно. Бабуля – это единственный мой близкий, дорогой человек. И она сейчас намного важнее всех остальных.

– Вопросов не будет? – выгибает бровь Эвелина. – Отлично, что ты всё правильно поняла, дочка. У меня сейчас небольшие финансовые проблемы, прости, – разводит руками.

– Я пойду, – встаю, иду в прихожую.

– Постой, – протягивает пакет. – Вот здесь лекарства, их Зоя Анисимовна просила привезти как можно скорее, потому что в деревне их, как обычно, нет. Игорь тебя отвезёт, – смотрит в телефон, – вот, он уже внизу.

Как во сне беру пакет.

– Дочка, – вдруг ловит меня за руку мать, – ты не обижайся, ты потом поймёшь, что я тебе желала только добра.

Ничего не отвечаю. Не вижу смысла. Так горько и больно в груди… Впрочем, я привыкла. Похожее чувство меня преследует всю жизнь после каждого общения с Эвелиной.

Когда я была маленькой, мне до безумия хотелось понять, почему она меня бросила, почему никогда по-настоящему не любила… А сейчас, я просто хочу забыть о её существовании.

Выхожу на крыльцо, вижу машину Игоря. Нет, ничего не екает в груди. Даже ненависти к нему больше нет.

Конечно, хочется послать его подальше, но… Быстро прикидываю варианты. Автобус в бабушкину деревню ходит раз в три дня, и ближайший будет только послезавтра, на такси будет очень дорого, а денег у меня банально нет.

Тяжело вздохнув, набираю номер Гордея. Гудки-гудки-гудки… Не берёт. И это понятно. Ему сейчас не до меня.

Что ж, сжимаю в руках пакет с лекарствами. Обречённо иду к машине Игоря. Заметив меня, он тут же выскакивает с приветливой улыбкой.

Иду с каменным лицом мимо него, сажусь сама на переднее сиденье.

Нахмурившись, он садится за руль.

– Ты всё ещё не остыла?

– Готова воспользоваться твоими услугами как таксиста, не более. - То есть мириться ты ни в какую не собираешься? - Нет!

– Что ж, – вздыхает он. – Могу я тогда взамен тоже попросить тебя об услуге?

Глава 38.

Смотрю хмуро на Игоря.

– Если эта просьба связана с тем, чтобы вернуться к тебе, то нет, – отрезаю я.

– Я не прошу тебя вернуться ко мне. Я прошу всего лишь сыграть роль для моего отца, – как-то устало смотрит Игорь.

– Нет!

– Ань…, – начинает он.

– Я пойду, не нужно меня никуда везти, – пытаюсь открыть двери, но Игорь тут же блокирует их.

– Не кипятись. Поехали, – со вздохом заводит мотор и отъезжает.

Смотрю на него с возмущением, но… Вдруг понимаю, что сейчас он какой-то другой. Нет в нём привычной бравады, лёгкого налёта цинизма, и угрозы я от него совсем не чувствую.

– Что? – поворачивается Игорь.

– У тебя что-то случилось?

– Можно и так сказать. Забей, – отворачивается к окну, нервно проводя рукой по волосам.

– И что, ты просто так отвезёшь меня к бабушке без всяких условий? – спрашиваю с сомнением.

– Ну а что мне остаётся делать. Не силком же тебя тащить к отцу. Да и я действительно виноват перед тобой.