Миг запретных ласк - Мэрчент Сьюзен - Страница 10

Дэн шагнул к нему:

— Все в порядке?

— Все хорошо, — кивнул Джек.

Джек посмотрел поверх головы Дэна и увидел, что все разговоры стихли и все смотрят в его сторону.

— Мы слышали, что вы встретили льва. Все слышали выстрел. — Дэн понизил голос. — Что случилось, Джек?

Засунув руки в карманы, Джек вышел вперед.

— Да, там был лев. Взрослый самец, прекрасный экземпляр — не меньше двухсот пятидесяти килограмм. — Он пожал плечами. — Мы зашли на его территорию, и он не был рад нас видеть. Но… — Джек сделал паузу, глядя в темноту, — в Тембе наша политика заключается в том, чтобы стрелять в животное только в самом крайнем случае. Один из наших следопытов, Алекс, выстрелил в воздух и напугал льва, так что он убежал. А мы продолжили наш путь.

Дэн продолжал смотреть на него, и невысказанный вопрос в его глазах никуда не делся. Джек знал, в чем заключался вопрос. Это касалось его честности и способности принимать решение за долю секунды. Но он не знал ответа на этот вопрос, и это чертовски его раздражало.

— Что? — требовательно спросил Джек.

— Ничего. — Дэн пожал плечами. — Абсолютно ничего.

Джек вытащил руки из карманов и направился к барной стойке.

— Итак, у всех есть что выпить?

Несколько часов спустя Джек остановился на дорожке перед комнатой Анны. Он с облегчением увидел, что окна комнаты темны. Хорошо. Нет соблазна постучать в ее дверь.

Он представил, как Анна спит в широкой кровати, ее длинные ноги запутались в смятом постельном белье, золотистые волосы разметались по подушке, и выругался. Да, она совсем взрослая и больше не нуждалась в его защите. Принять эту правду было чертовски трудно.

Но для него она оставалась все такой же драгоценной, как и была всегда.

Вот почему вопрос, который он увидел в глазах Дэна и который весь вечер вертелся в его голове, был таким пугающим. Если бы лев не был напуган криком Алекса и шумом выстрела, что произошло бы? Хватило бы ему времени нажать на спусковой крючок, как рассчитал Алекс?

Но на самом деле вопрос был не в этом…

Реальный вопрос заключался в том, попал бы его выстрел в цель, даже если бы он выстрелил?

Все знали, что последний раз, когда Джек стрелял в животное, чтобы остановить его, он потерпел неудачу.

И чувство вины за эту неудачу будет преследовать его всю оставшуюся жизнь.

Глава 5

— Я думала, — сказала Анна, когда Джек свернул «лендровер» с дороги на пыльный участок земли, — мы едем в школу.

— Так и есть. — Джек заглушил двигатель.

— Но здесь написано «Клиника».

Он посмотрел в сторону кирпичного здания перед ними. Группа женщин, стоявших на солнце с младенцами, повернула голову в их сторону. Одна из женщин подняла руку в знак приветствия.

— Когда мы построили школу пять лет назад, я решил пристроить клинику. Родители, приводящие своих детей в школу, при необходимости могут одновременно обратиться к врачу или медсестре. Некоторые родители каждый день приводят детей за много миль от школы. Такое расположение избавит их от ненужных передвижений.

Он спрыгнул на землю и обошел машину, чтобы открыть дверь Анне.

— Клиника работает не каждый день. Есть четкое расписание. Три раза в неделю здесь бывают врачи и медперсонал. Все отлажено.

Анна соскользнула со своего места и надела соломенную шляпу. Когда они обогнули здание с торца, в поле зрения попала пыльная игровая площадка. Раскидистая марула отбрасывала широкую тень на качели и горки.

Девушка остановилась.

— Разве школа была не под этим деревом?

— Так и было.

Анна подошла к дереву и положила руку на его ствол, проведя ладонью по коре:

— Джозеф обычно сопровождал нас, по дороге обучая, как вести себя в буше. И ты всегда нес меня на спине, когда я уставала. От лагеря недалеко, но мне казалось, что расстояние очень большое.

— Для пятилетнего ребенка расстояние и правда казалось огромным. Идем, нас ждут в школе.

Полчаса спустя, чуть не оглохнув от хора детских голосов, кричащих им на прощание, они вышли из школы и забрались в машину.

— Это отличный проект, Джек. Я очень впечатлена. Ведь ты достиг всего этого за… сколько… пять лет?

— Да. — Он кивнул. — Было непросто, но мы добились этого. Образование — ключ к решению стольких проблем! Это путь к избавлению от бедности для этих сельских общин.

Джек говорил так страстно и выглядел таким… одухотворенным!

— Одна эта школа и клиника улучшили жизнь стольких людей, взрослых и детей, и все это благодаря тебе. Это, должно быть, потрясающее ощущение.

— Ну, я, конечно, доволен. Здесь замечательные учителя и медицинские работники. И дети проходят каждый день огромные расстояния, чтобы попасть в школу. Я рассчитываю получить некий эффект от образования, который приведет к сокращению браконьерства. Но пока унция рога носорога продается дороже, чем унция золота, это будет борьба. И я знаю, что жизнь этих сообществ зависит от экологии. Без дикой природы не было бы туризма, и многие источники средств к существованию просто исчезли бы. Наша цель — обеспечить образование, чтобы больше людей могли быть трудоустроены на местном уровне в сфере туризма и научных исследований. Мы также поддерживаем создание малого бизнеса.

— А мы можем посетить некоторые из них? Чем больше положительных примеров я смогу включить в свои выводы, тем больше у вас шансов на успех в получении средств.

— Конечно!

— Часть финансирования, которое ты надеешься получить, пойдет на расширение школы и исследовательского центра, да?

— Точно. Большая школа означает больше учеников и больше учителей. Расширенный исследовательский центр означает больше рабочих мест и более глубокое понимание того, что некоторые из наших исчезающих видов находятся в огромной опасности, а также поиск способов остановить или, по крайней мере, замедлить их сокращение.

Джек положил руки на руль и через лобовое стекло смотрел куда-то вдаль. Немного помолчав, он продолжил:

— Мы все знаем об изменении климата и о том, как мы разрушаем планету с помощью пластика, вырубки леса, добычи и сжигания ископаемого топлива, но большинство из нас думает, что мы ничего не можем с этим поделать. Если бы мы все сделали что-то, каким бы незначительным это ни было… — Джек посмотрел на нее. — В таком городе, как Лондон, ты не чувствуешь этого. Здесь я вижу, как это происходит. Засухи и наводнения, исчезновение животных… Если мы не сделаем все, что в наших силах, чтобы остановить это, исчезнут некоторые виды животных, птиц. Я не могу остаться в стороне и позволить этому случиться. — Джек указал рукой на школу и клинику. — Это то, что я могу сделать. Разумеется, этого недостаточно, и, может быть, уже поздно предпринимать что-либо, но ничего не делать — это не вариант.

— Но что ты будешь делать, если твою заявку не одобрят?

— Я, конечно, буду разочарован. Но дело не столько в финансовой поддержке, сколько в признании, которое мы получили бы, если бы твой институт поддержал нас. Авторитет Тембы на международном уровне стал бы выше, нас заметили бы и оценили. В этом и есть главная ценность. — Твои амбиции достойны восхищения, Джек, а то, чего ты достиг, — это потрясающе. Но есть одна вещь, которая меня озадачивает… Одиннадцать лет назад Темба представляла собой скопление крытых соломой хижин под деревьями буша. Школа была под открытым небом, и не было клиники. Большинство трудоспособных мужчин ушли работать на шахты, и твой отец зарабатывал, развлекая компании богатых охотников, которые приезжали и платили за охоту на крупную дичь.

Анна увидела, как Джек стиснул челюсти.

— Так и было.

— Откуда взялось финансирование на все это?

— Алмазный рудник чрезвычайно прибылен.

Анна кивнула:

— Добыча полезных ископаемых — не моя область, но институт определенно заинтересуется тем, как управляется рудник, как формируется прибыль, и всеми сопутствующими процессами. Но, — медленно продолжила она, — как насчет охоты?