Лихоморье. Трилогия (СИ) - Луговцова Полина - Страница 168

Раздав инструкции, Вольга неожиданно прикоснулся к локтю Тильды, заглянул ей в глаза и, будто решившись, притянул ее к себе.

– Не зови меня. Я сам найду вас в нижнем мире, как только смогу.

Тильда не успела ничего сказать: руки, удерживающие ее, разжались, и, глядя на то, как Вольга поворачивается к ней спиной и делает шаг в сторону, она поняла, что через мгновение он сядет на драугра и исчезнет. Ей хотелось окликнуть его, ведь она не знала, увидятся ли они еще когда‑нибудь, но внезапно ее глаза защипало от слез, и пришлось, наоборот, отвернуться, чтобы он случайно их не заметил. Украдкой смахивая слезинки, Тильда услышала быстро удаляющийся хруст гравия и поняла, что Вольги уже нет рядом: драугр уносил на себе его и Руубена к главному корпусу.

– Пора и тебе за ними, – сказал Якур.

– Что? – Тильда растерянно посмотрела на друга, только сейчас осознав, что он все это время стоял рядом и наблюдал за ней и Вольгой. Ей вдруг стало так стыдно, будто Якур застал их за поцелуем.

– По плану тебе пора в медчасть. Отвлекающий маневр же.

– Ах, да! – Тильда разозлилась на себя. Как можно быть такой эгоисткой и поддаваться эмоциям, забыв обо всем на свете?

Якур смотрел на нее с тревогой – ни намека на обиду или ревность в его непроницаемо черных глазах не было. Тильда вспомнила, как злилась на него за то, что он, едва познакомившись с Виолой, переключил на сестру все свое внимание. Сейчас она чувствовала себя неловко от того, что, оказавшись в объятиях Вольги, начисто позабыла о присутствии Якура, а ведь дружила с потомственным шаманом почти три года. Зеленые глаза метателя молний на несколько мгновений заслонили перед ней весь мир, хотя Тильда и Вольга общались всего‑то два дня, не считая короткой встречи на волшебном острове, случившейся в прошлом году и похожей на яркое сновидение, из тех, что запоминаются до мельчайших деталей, отчего со временем начинают казаться реальностью. Всего два дня пообщалась с парнем, и готова идти за ним на край света. Что это, проблемы с головой? «Обруч» уже подействовал на мозг, и в нем начались дегенеративные изменения?

– Держись уверенно, и все пройдет благополучно. – Якур отвлек Тильду от самокопания, напомнив о том, что надо действовать.

– Постараюсь! – Тильда улыбнулась. Он взял ее за руку и пожал на прощание, словно хотел подбодрить, придать решимости.

Через пару мгновений Тильда взошла на крыльцо университета, проследовала между высокими белыми колоннами к массивным дверям, открывшимся на удивление легко и бесшумно, пересекла безлюдный холл и, следуя указателям, довольно быстро добралась до медчасти. Знакомая вонь подсказала ей, что Пункки со своими наездниками притаился где‑то поблизости. Вспомнив о маскировке, Тильда достала из сумки, перекинутой через плечо, небольшую косметичку, в которой кроме зеркальца, расчески и помады находился и флакончик с туалетной водой. Разбрызгав на себя его содержимое, она состроила страдальческую гримасу и, приложив ладонь тыльной стороной ко лбу, вошла в приемное отделение.

Дежурный врач, тот самый, который надевал на нее устройство, внимательно выслушал ее охи и причитания о страшных головных болях, пристально глядя на нее круглыми добрыми глазами доктора Айболита, и казалось, серьезно разволновался от ее слов. Когда Тильда исчерпала запас красноречия, он прошел в дальний угол кабинета и достал из металлического, похожего на сейф, шкафа, небольшую коробочку, которую поставил на стол рядом с Тильдой. Откинув крышку, «Айболит» достал крошечный золотистый ключик с биркой, попросил свою пациентку повернуться к нему спиной и приподнять волосы. Послышался щелчок, и давление «обода» ослабело. Врач повертел его из стороны в сторону, не снимая с головы Тильды, а потом снова замкнул замок и заверил, что теперь устройство уж точно давить не будет. Ключ вернулся в коробочку, и Тильда с ликованием отметила, что внутри нее лежал еще один такой же ключ – скорее всего, от устройства Вольги.

– Пожалуй, дам тебе витамины. – Врач порылся в другом шкафу, со стеклянными дверцами, за которыми виднелись горы склянок, и подал ей бутылек с розовыми капсулами. – Вот, хороший комплекс, снимает стресс, успокаивает. По одной на ночь будет достаточно.

Усевшись за стол, он отодвинул в сторону коробочку с ключами, раскрыл перед собой журнал и начал что‑то писать. Тильда поблагодарила его и вышла в коридор. За спиной послышался его ворчливый голос:

– Ну и аромат… специально, что ли, чтоб парней отпугивать? Надо же… Проветривать придется, а я не люблю сквозняки.

Судя по звуку, в кабинете открылось окно. Значит, врач отошел от стола и сейчас стоит спиной к нему. Тильда надеялась, что Вольга успеет воспользоваться этим моментом. Она немного постояла у двери, но друг так и не дал о себе знать. Оставаться в коридоре дольше означало привлечь к себе внимание кого‑то из служащих или преподавателей, которые то и дело появлялись поблизости, входили и выходили из кабинетов или шли мимо по своим делам. Тильде не хотелось, чтобы кто‑то остановился и начал приставать к ней с вопросами, поэтому она поспешила к выходу из здания.

Шумное дыхание и тлетворный запах настигли ее на крыльце. Она обернулась, но никого не увидела. К ее ногам со звоном упал знакомый золотистый ключик и, отскочив, полетел дальше, подпрыгивая на ступенях. Тильда бросилась ловить его, хлопая по земле ладонью, и уткнулась взглядом в чьи‑то ноги, обутые в высокие белые сапоги, изрядно припорошенные пылью. Она вскинула голову и медленно выпрямилась. Перед ней стоял Звездов, генерал армии люцифлюсов и отец Вольги. Он двумя пальцами держал ключ, ослепительно сверкавший на свету, лившемся из его глаз. Сердце Тильды ушло в пятки. От ощущения неминуемого провала появилась противная дрожь в коленях. Не было никаких сомнений в том, что Звездову известно, какой ключ находится у него в руках.

– Ты потеряла? – спросил он спокойным ровным голосом.

Звук застрял в горле Тильды, и она просто кивнула, готовясь к тому, что вот‑вот будет схвачена могучей рукой и обвинена в краже.

– Держи! – Звездов подал ей ключ и начал подниматься на крыльцо, с которого она только что спустилась. На последней ступени он оглянулся и произнес изменившимся от волнения голосом:

– Удачи вам, ребята!

После чего гигантскими шагами устремился к дверям и через мгновение скрылся за ними.

16. И будет война…

Выпуская на волю песню‑заклинание, Виола думала о маме – о настоящей маме, той женщине, которая подарила ей жизнь и передала часть своего дара. Скоро они встретятся, пусть и ненадолго, – потом мама отправится в то место, которого заслуживает, в светлый мир. И пусть она уже не человек, а бесплотная душа, но Виола не сомневалась, что узнает ее в любом облике.

Скоро. Совсем скоро!

Каменный великан приближался. Виола чувствовала, как дрожит ледяной пол Лунного чертога под его ногами, видела, как темная громада надвигается, вытесняя собой клубы пара, слышала, как хрустят, ворочаясь, его каменные суставы.

Божена, державшая на руках полудохлое существо по имени Мортем, и Осдемониум, вновь «снизошедший до людей» тем, что уменьшился в размерах, наблюдали за процессом из‑за спины Виолы. Мортем шипел, как порванный шланг, точнее, шипение доносилось из‑под хламиды, наброшенной на нечто с невнятными очертаниями, и увидеть, кто или что там прячется, Виоле пока не удалось. Из‑за отсутствия слуха, зрения и голоса, которые вернулись к ней лишь после того, как разговор между Блаватской и ее двумя мистическими собеседниками закончился, Виола даже не знала, как и с какой целью появился этот Мортем. Но, несмотря на хилый вид, он пугал ее больше, чем Осдемониум, брызжущий чернотой из глазниц и высекающий острием меча искры изо льда. Вид шевелящейся хламиды вызывал у Виолы чувство обреченности: казалось, стоит распахнуть полы, и разверзнется прожорливая бездна, способная втянуть в себя весь мир. Виола старалась на нее не смотреть, но хламида странным образом так и притягивала к себе ее взгляд.