Рунный круг в сказках и мифах. У источника Урд - Прудиус Елена Константиновна - Страница 50

Современный христианин назовет это верой, и это верно, только вера в данном случае имеет вполне реальную основу — некие древние и мощные символы и образы. Есть образ Всемогущей Любви как источника жизни и образ любимого, защищенного этой любовью. Если вспомним сказку Метерлинка "Синяя птица", то мы увидим, что брата и сестру — Тильтиля и Митиль в поисках птицы счастья хранил образ Материнской Любви, которая появлялась в самых трудных ситуациях, поддерживая детей. Современная сказка о Гарри Поттере имеет сходный сюжет: в самые тяжелые моменты Гарри спасают призраки его родителей.

Суть происходящего описал Дж. Фрезер в своем фундаментальном исследовании мифологий и религий различных народов "Золотая ветвь". Первобытный человек и современные маги оперируют функциями символического мышления, за неимением синицы в руках они взаимодействуют с журавлем в небе. Это соответствует принципам имитативной (гомеопатической) и, в меньшей степени, контагиозной (работающей по принципу заражения, контакта) магии. Но сначала немного про общие принципы магического (читаем, символического) мышления. Большая их часть описана Фрезером.

Первое — вера в телепатию, взаимодействие на расстоянии.

Второе — причина и следствие могут быть связаны как прямой, так и обратной связью.

Третье — подобное действует на оригинал.

Четвертое — вещи, бывшие во взаимодействии, сохраняют связь.

Пятое — всеобщая одушевленность, в том числе, мира вещей. Так, в скандинавской мифологии имена имеют копье Одина — Гунгнир, молот Тора — Мьёлльнир, ожерелье Фрейи — Брисингамен, котел эйнхериев (воинов, упокоившихся в Вальгалле) — Эльдхримнир, в котором варят вепря Сэхримнира. И так до бесконечности. Мир весь живой, текучий, изменчивый, "лепкий" (по выражению русского писателя А. Амфитеатрова).

Можно выделить и шестое: поглотив (съев) часть кого-то, ты ассимилируешь его качества. На этом во многом основан феномен каннибализма — поедания своего сильного врага.

Магия имитативная опирается на принцип сходства, подобия. Создавая образ кого-то и взаимодействуя с ним, мы властны делать то же самое с реальным объектом. Подобие неким образом переносит действие в нужное русло. Мысль становится материальной, а мыслеобраз — действующей силой. Первобытный человек чувствует мир достаточно плотным для того, чтобы ощущать себя как его часть, все перемещения которой передаются и резонируют в остальном мире. Эффект бабочки (теория Хаоса): если в одном полушарии бабочка взмахнула крылышками, то в другом это движение может породить цунами. Все зависит от силы мысли и веры мага в свое чародейство.

Магия контагиозная опирается на принцип контакта человека с неким предметом, как бы заражающим его своей сутью (вспомним заряженную воду Алана Чумака). Так, можно производить манипуляции, сжигая волосы или кусочек одежды объекта своей волшбы. Или можно носить их с собой в качестве талисмана (у матерей часто хранится младенческий локон ее ребенка). Из области, близкой нашей современности, на этом основан феномен фетишизма: особых сексуальных предпочтений, связанных с пристрастием к конкретным объектам, принадлежащим женщине, особенно, напоминающей мать. Таким объектом может стать цвет одежды, высота каблука, а также особая форма груди, ног, длина волос, в общем то, что по Юнгу, составляет образ анимы, внутренней женщины, хозяйки внутреннего мира мужчины. Кстати, женщины-фетишистки тоже есть — сколько угодно. С феноменом фетишизма связан один из сюжетов народных сказок, в котором герой в поисках своей любимой должен найти ее среди абсолютно похожих на нее девушек: "голос в голос, волос в волос". Внешние атрибуты сходны, и только внутреннее содержание имеет специфику. Незримо опираясь на этот принцип контагиозной магии, девушка хранит давно высохший цветок, подаренный ее любимым, юноша целует косынку своей возлюбленной и ее следы на песке. Да мало ли что еще.

А теперь коротко о том, как это связано с принципами современной психотерапии. Все психотерапевтические практики, которые направлены на работу с символами, образами, архетипами, имеют своими корнями магические практики первобытного человека. Это в первую очередь игровая детская психотерапия, это сказкотерапия, метод активного фантазирования, символ-драма, гештальт-терапия, психодрама, многие техники НЛП. Везде, где мы работаем не с реальным объектом, а с его замещающим образом или отражающим его символом, взаимодействуем с ним, воссоздаем или реконструируем модель прошлых с ним отношений, а затем моделируем будущие, мы являемся в какой-то степени первобытными магами. Только дикарь мне больше напоминает вдохновенного Моцарта, создающего свою музыку по наитию, интуитивно, без анализа, а современный психотерапевт смахивает на Сальери:

Для меня в данном случае актуальной задачей практикующего психотерапевта, мага, целителя, матери, растящей ребенка, одним словом того, кто пытается повлиять на процессы развития и изменения, является следующая: сохранить вдохновенность Моцарта и обрести ответственность и понимание процесса Сальери. Вероятно, это общая задача нашей эпохи, люди которой дерзнули познать мир, кинув в огонь лягушачью кожу его тайны. Теперь нам еще долго придется искать прекрасную царевну-лягушку в тридевятом царстве.

Что касается конкретных магических техник, то я сама практикую в основном внутренний круг магии, т. е. мысленную работу, своеобразную медитацию над образом, в данном случае, образом руны — ее графическим символом и персонажами из области мифологии, сказок, прочей литературы, которые отражают ее содержание. Внешний круг магии — заклинания, создание мыслеформул, меня интересуют куда меньше. Вот создание рунических амулетов и талисманов — хорошая вещь. Важно, чтобы этот объект был создан собственными руками и в состоянии глубокого настроя на ситуацию. Важна не столько технология, сколько сосредоточенность процесса, потому что результат всегда уникален, как уникальны люди, участвующие в творчестве. Считается, что делать рунические наборы и амулеты лучше из природных материалов: дерева, глины, кости. Древние предки наши использовали для этой цели камни. Они-то, собственно и являются единственными достоверными памятниками прошлого, т. к. дерево и глина куда менее долговечны. Галина Бедненко рекомендует так же использовать для этой цели соленое тесто, только предупреждает, что изделие нужно беречь от домашних животных и людей, чтобы талисман не был съеден как вульгарное печенье. Мои рунные наборы: первый из глины, второй из древесины можжевельника. Однако более важно, что они создавались в "сильном" месте с участием значимых для меня людей.