"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Хай Алекс - Страница 434

Взрывы звучали со всех сторон, кажется, даже на соседней улице, но мои плечи всё равно осыпало крошкой. Меня оглушило, по затылку больно прилетело осколком.

Возникла пауза, и я, вскочив, пулей полетел по улицам. Артиллеристы закончили пристрелку, и сейчас будут бить точнее.

На хрен, пытаться спокойно выбраться посреди этой неразберихи?! Да тут бы просто выжить…

Пальцы сами собой сплелись в особый якорь.

— Ярость пса, — прошептал я, выпуская берсерка.

Время стало замедляться, окрашивая ночной мир, и так небогатый на краски, в чёрно-белый цвет.

***

О, да… Как же давно я не испытывал это ощущение.

Ночь. Яркая Красная Луна, летящая по небу, и смотрящая на меня своим магическим взором. И запах родного Красного Вертуна, приносимый ветром далеко с поля.

Дым. Огонь. Моя стихия…

Это бег без мыслей. Я просто машина, запрограммированная спасти тело любой ценой. А это значит — покинуть город.

Я скачу на всех четырёх лапах, даже не удивляясь, что весь мир видится мне сквозь огненную пелену.

На пути попадаются маги — и в масках, и без. Я вижу, как их глаза округляются от ужаса. Видимо, это реакция на форму Стража Душ, но в любом случае, это преимущество грех не использовать.

Поэтому я сразу же прыгаю, вгрызаюсь в горло. Дёргаю головой, кровь шкворчит на моих раскалённых зубах, но уже через миг я скачу дальше.

Так происходило несколько раз. Прыжок, сбиваю с ног… Мои когти оставляют глубокие раны на груди бойцов…

Но вот уже последние дома позади, и я скачу по высокой траве, подпаливая колоски огненной грудью. Он впереди, мой дом, мой родной Красный Карлик.

***

Я очнулся, лёжа в траве, и зашипел от боли.

Правая рука горела адским огнём, и я отдёрнул её. Взметнулся пепел, моё движение сбило пламя с горящего пучка травы.

— Твою мать, — я прижал обожжённую руку, глядя на запёкшуюся корку.

Я лежал на самом краю большого тлеющего круга. Ветер поддувал в другую сторону, и огонь тихонько подступал ко мне.

Стиснув зубы, я сразу же отполз на безопасное расстояние. Нащупал поясную сумку, где были таблетки «вытяжки». Должна же эта штука помочь?

Машинально я проглотил одну таблетку, а вторую разгрыз, смешав со слюной, а потом выплюнул это всё на обожжённую руку, стал осторожно растирать. От боли я чуть не свалился в обморок, но неожиданно стало легче.

Твою псину, какая же тут классная медицина. Надо будет утащить эту «вытяжку» в наш мир…

Откинувшись затылком на траву, я полежал некоторое время, пытаясь отдышаться. Василий внутри посылал мне какие-то непонятные знаки, но его эмоции были сумбурными, и я толком не мог ничего разобрать.

Потрескивала горящая трава неподалёку, дым от неё время от времени проносился надо мной. Грохотали вдали пушки, бьющие по поместью…

Наконец, моя память стала возвращаться в нужное русло, и тут же я вскочил.

— Жжёный пёс! — вырвалось у меня.

Я смотрел на горящее вдалеке поместье. Оно было довольно далеко, почти у горизонта. И дымный след подпаленной травы, в некоторых местах занявшейся огнём, тянулся прямо от поселения… ко мне.

Это след моего побега!

— Да жжёный… жжёный ты… — я, ругаясь, вскочил на ноги.

На две ноги, как и положено. На две, не на четыре.

— Твою же… луну, — я машинально глянул вверх, на Красную Луну.

Пробоину не было видно, а далеко над горизонтом, за клубами дыма, поднимающегося от поместья Перовских, всходила Синяя Луна.

Что со мной было? Что, на хрен, за режим берсерка?! Мутация?! Магия?!

И почему раньше такого не было?

Нет, я не сошёл с ума. В памяти всплывали чёткие картинки, как я прыгаю на четырёх лапах по задымлённым улочкам. Рядом взрывается попавший в стену магический снаряд, меня окатывает огнём, крошкой и обломками, но толстая шкура спасает…

Шкура?

Я недоверчиво потрогал себя за плечо, за щеку. Даже попробовал на остроту клыки…

Нет, обычный человек. Но ведь мне не показалось, и я рвал зубами горло славинских магов? Нет, не только славинских…

Судя по Василию, эмоциональный фон от которого выровнялся, об этом он и хотел мне сказать.

— Так, ладно, — я с кряхтеньем встал.

Долго удивляться и волноваться было не в моей привычке. О том, что произошло, можно подумать и на ходу.

Магострел куда-то запропастился. А пистолет? Вот он, лежит рядом.

Плащ оракула на мне, но изрядно обгорел. Фуражка слетела, а поясная сумка осталась.

Я опустил руки в карманы плаща. Ого, нож… Это хорошо.

Так, отлично. Пистолет, три патрона к нему. Сумка с документами и таблетками, несколько браслетов — огненный, водяной и воздушный. Пара ободков с тхэлусом.

Оглянувшись на горящее поселение, я скинул с себя плащ, бросил его в горящую траву. И быстрым шагом пошёл прочь от горящего поселения.

***

Уже занималась заря, когда я добрёл до опушки леса, вдоль которой шла укатанная грунтовая дорога.

Всё было отлично в моём плане, кроме отсутствия воды, и жажда понемногу о себе заявляла.

Пробоина выползала из-за горизонта, являя своё чернющее звёздное око. Она словно видела меня насквозь, со всеми моими тайнами, и я машинально полез в сумку, чтобы наконец проверить документы, да и просто отвлечься.

Там оказались две книжечки.

В первой красовалась моя чёрно-белая фотография, причём качества не особо хорошего.

«Василий Пёсин, две тысячи сто сорок девятого года рождения».

«Безлунный. Мастеровой. Корнями своими уходит к достославному роду Пёсиных, чья одлунность…»

— Закончилась в две тысячи сто мохнатом году, — прошептал я, усмехнувшись.

Я пробежался дальше глазами. Там говорилось, что «отличился в праведном служении роду Перовских, который в свою очередь с честью служит роду Вепревых»…

Так, значит, я теперь Безлунный.

Открыв вторую книжицу, я обнаружил какое-то подобие военного билета. В нём говорилось, что за «заслуги перед родом Перовских» и в «связи с наличием Подлунных предков» мне «дозволено отправиться в ряды Царской Армии».

При этом я ещё могу и дослужиться до титула «Подлунных», чтобы в дальнейшем вернуться и продолжить службу на благо рода Перовских.

— Ух, Альберт, услужил, так услужил… — хмыкнул я.

Прикрыв глаза, я по привычке настроился на ощущение тонкой псионики. Пробежался пальцами по страницам, и почуял лёгкую эманацию.

Как я и думал, любой документ имеет магический след, поэтому оракулы легко могут проверить его на подлинность. Мне оставалось надеяться, что Альберт Перовский был довольно сильным магом, и подделку никто не раскроет до того момента, пока она не затеряется в армейских архивах.

***

Лес тянулся вдоль поля насколько хватало глаз, и дорога была прямой, исчезая на горизонте. Поэтому я давно заметил точку, постепенно превратившуюся в крытую повозку. Её медленно тянула гнедая лошадка, и скрип несмазанных колёс я услышал шагов за сто.

Интуиция молчала, но я несколько мгновений боролся с желанием скрыться в лесу. И всё же продолжил идти, намереваясь просто разминуться с повозкой.

Мало ли, вдруг воды раздобуду?

Это была обычная телега на двух колёсах, крытая сверху грубой тканью, натянутой на толстые гнутые прутья. Спереди на дощечке сидел миниатюрный худой возничий, одетый в чёрную просторную робу, с накинутым на лицо капюшоном.

Лошадь зафырчала, когда получила команду притормозить. Заскрипели колёса.

Мне тоже пришлось остановиться, когда я почувствовал на себе взгляд из-под капюшона. Нет, опасности не было, это скорее любопытство, хотя какое-то странное…

— Путник впервые видит Избранницу Последнего Привратника? — раздался чистый женский голос.

Надо признаться, я даже не знал, от чего вздрогнул.

То ли от неожиданности, что незнакомец оказался девушкой с ужасно звонким голосом. Теперь-то ясно, почему ямщик такой миниатюрный.

Или я вздрогнул от того, что сказала эта особа? Избранница чуть не выбила почву у меня из-под ног, и я покосился на Пробоину, чернеющую в небе.