"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Хай Алекс - Страница 526

Уже через секунду я оказался рядом, подхватывая его винтовку, и выстрелил с колена. Тот умник, который отчаянно жестикулировал за барханом, даже не успел понять, что не так… Здесь тоже оказался заряжен пирусный патрон, и я с некоторым злорадством мысленно сопроводил полёт пули.

Далёкая фигурка даже крутанулась, выписав пируэт. Я опустил магострел и сел на песок, чувствуя какое-то внутреннее опустошение.

Пришло точное знание, что всё, это конец. Врагам.

Сразу же заныли все мышцы, а дыра в желудке напомнила, что там, в скалах, печёная картошка ждёт.

— Вася, совесть имей, — рыкнул я, пытаясь встать сквозь боль в мышцах.

Надо было видеть взгляд Филиппо, когда я, целый и невредимый, молча вернулся к костру, аккуратно положил свой магострел на покрывало, сел и жадно сожрал картофель. Потом хлебнул из трофейной фляги, посидел пару минут, встал, и снова ушёл за дюны.

Трупы были тяжёлые, но я упорно подтащил всех троих, сложив их возле укрытия. Мародёрство — это всегда плохо. Но не тогда, когда ты сам гол как соко́л, и эти твари пытались тебя убить.

Серые Хранители выглядели совсем обычными солдатами. Увидишь такого и не заподозришь, что он является членом какой-то тайной инквизиции. У всех троих была обычная экипировка царских солдат: магострел, нож, походная сумка.

Когда Филиппо увидел того беднягу, которого я снял первым выстрелом в голову, то старик склонился где-то за скалой, изрыгая бесценный ужин обратно. Ведь защитных артефактов у этих несчастных не было.

Да, пирусная пуля по своему действию напоминала разрывные патроны, да ещё и с ужасным импульсом. И то, что осталось от головы, скорее напоминало… ту обугленную картофельную шелуху, из которой я недавно вытаскивал нежное парящее нутро.

— Сын мой, это просто ужасно! — Филиппо, тряхнув седыми прядями, взглянул ещё и на того, которому оторвало руку, и снова склонился в рвотном позыве.

Усмехнувшись, я снял срезал ткань с обоих изувеченных и прикрыл кровавое месиво.

— Это они? — спросил я, осматривая карманы.

Святоша пока не отвечал, и я быстро покидал на покрывало трофеи.

Три фляжки с водой, конверт с провизией, одна коробка пирусных патронов, и ещё одна с жёлтыми задками. Хомусные, если я правильно помню, со стихией земли.

Пузырёк с таблетками пириума. По аналогии с эфириумом, который использовали маги воздуха для получения большей силы, эти таблетки должны были служить магу огня. Видимо, страховка на случай, если Красная Луна после ухода оставит вообще без магии.

У всех троих были ножи. Простые и одинаковые, но гораздо удобнее, чем ритуальный кинжал Филиппо, и я радовался, как ребёнок, понимая, сколько у меня теперь игрушек. Тем более даже есть, из чего выбирать.

Особенно порадовали три магострела — у одного счастливчика он даже был усиленный, как у Царской Гвардии. Его ещё назвали, как я помню, «славинским».

Удивительно, учитывая, что подстреленный обладатель магострела был одет в обычную форму. Значит, чернолунники не брезгуют принимать в служители и магов? Таблетки пириума, кстати, принадлежали ему.

Я поднял магострел, рассматривая две линзы, установленные на прицельной планке. Это не был полноценный оптический прицел, но стекло было отшлифовано достаточно чисто.

Когда же я попробовал прицелиться, то приятно удивился… Странно, что эти умники не смогли снять меня, ведь картинка с перекрестием довольно чёткая, и дальность отличная.

Я рассмотрел стекло повнимательнее, прислушался к чувству псионики, и почуял какие-то тонкие плетения. Ну, ясно, без хорошего мага-технаря здесь не обошлось. Мне осталось только гадать, свойства какого камня тут были использованы, но пируса в стекле я не чуял.

У «пораскинувшего мозгами» я обнаружил ещё одну, очень ценную находку. Карта с проложенными на ней маршрутами.

Горный массив Святого Диофана. С одной стороны его подпирал какой-то город Великорюревск, с другой пустыня. Скорее всего, та самая, в которой мы и находились.

Вся карта была испещрена маршрутами, сделанными от руки. Многие из линий вели вниз, на юг, но некоторые проходили через горы Диофана и соединяли целый комплекс каких-то строений или поселений.

Я с интересом пригляделся, но меня отвлёк вернувшийся к костру бледный Филиппо.

— Храм Первого Полнолуния, — сказал он, заметив, где я держу палец, — Там много святынь Красногории… О, Незримая, эти еретики даже не боятся ходить через Святые Земли!

— Святые? — переспросил я, не отрывая пальца от карты.

Для меня все эти значки были филькиной грамотой.

— Да. Вот, начиная от Усыпальницы Рюревских и до места Явления Незримой…

Он говорил что-то ещё, но я на миг словно отключился. Внутри меня проснулся Василий, который вместе со мной жадно всматривался в значок — небольшая изящная вазочка с витиеватой буквой «Р».

Усыпальница Рюревских… А этот Великорюревск на западе — это столица, получается? Ну точно, всё логично!

Мои руки задрожали от нетерпения, и я понял, что надо утихомирить буйного юнца. Так, спокойно, Василий, дай мне подумать. Я помню о духах рода, я обо всём помню.

Спокойно свернув карту, я принялся снижать поток гормонов в крови. Мне нужны холодные мозги.

— Как ты смог победить их? — взволнованно спросил Филиппо, стараясь не смотреть в сторону мёртвых тел.

Ну вот, не дают даже помедитировать. Я вздохнул, поднимая голову:

— Это и есть Серые Хранители?

Старик кивнул, пригубив воды из фляги:

— У них должна быть татуировка где-то вот тут, — он коснулся своих рёбер под мышкой, показывая.

Я полоснул ножом у одного, рассекая ткань. И вправду, невзрачный серый кружок, который в темноте можно было спутать с большой родинкой.

— Как же они тебя нашли-то?

— Я даже… — старик задумался, — Скорее всего, какие-то послушники из моего храма выдали. Я ведь, прежде чем уйти сюда в паломничество, рассказал кое-кому о видении от Незримой.

Видение посетило Филиппо, когда он обычной тёплой ночью посапывал в своём прифронтовом храмике, и оно было довольно необычным. Хотя и очень знакомым.

Ему привиделось, что в мир приходит Чёрная Луна, и всё вокруг умирает, становится чёрным и безжизненным. Сам он стоял в пустыне, и там же увидел прекрасную деву…

— Она сидела верхом на «угольке». Понимаешь, это такое свирепое существо, которое приходит из другого мира через Красные Вертуны, и только богиня может оседлать его.

Я молча кивнул. Если бы только Филиппо знал, насколько близко я знаком с «угольками».

— О, это точно была Незримая, и как же она была прекрасна, — Филиппо покраснел, а я вспомнил нашу ночь с Эвелиной, когда она лихо скакала на мне.

Кажется, я знаю, кого точно именно видел старик в своём видении.

— Волосы чёрные, как смоль, на лбу её серый псарэс, а на груди кромешный тхэлус. В руках копьё о двух острых концах, один горит пламенем, а другой…

— Грудь большая? — вдруг спросил я.

— А?! — Филиппо вдруг замялся, а потом покраснел, то ли от злости, то ли от смущения, — Да как смеешь… Да как ты вообще!

Удивительно, каким храбрым снова стал этот старичок, когда смертельная опасность миновала и лежит рядом ровненько, без признаков жизни.

— Значит, большая, — усмехнулся я, — Магострел у неё такой не висел, на лямке?

Глаз Филиппо округлился ещё больше, и я понял, что попал в точку. Уж лямку-то святоша должен был увидеть, тем более, на такой груди.

Вот же жжёный псарь! Так и поверишь в существование глобального божественного плана.

Я только покачал головой, и так читая на лице старика всё, что мне нужно:

— Ясно. И что же тебе сказала прекрасная Незримая?

Филиппо свирепо сверлил меня единственным зрачком, но потом сдулся. Мне даже не надо было накачивать взгляд псионикой, и так его проняло моей уверенностью.

— Чтобы я шёл за ней в пустыню, и чтобы искал тебя. Того, кого я спас много лет назад, ослушавшись Верховный Совет.