Невеста Дьявола (ЛП) - Райли Селеста - Страница 19

— Едва ли. Я ходила по магазинам в рамках бюджета. — Я пожевала щеку. Я купила несколько предметов одежды, чтобы отдать их на благотворительность. Мы с Михаилом также посетили ресторан в центре города и купили более ста порций еды для бездомных. Нелегко было потратить столько денег.

Я сделала это только для того, чтобы отомстить ему за прошлую ночь и разозлить его настолько, чтобы он больше не хотел быть со мной. Я думаю о нем гораздо чаще, чем следовало бы. Мое тело нуждается в нем гораздо больше, чем это необходимо. Чем быстрее мы с этим покончим, тем лучше будет для нас обоих.

Хотя я могу инициировать развод, но такой мужчина, как Алексей, скорее всего, убьет мою семью, чтобы отомстить мне за то, что я ушла. А может, и не убьет, и это просто предлог, который я придумываю, чтобы не уходить от него первой.

— В следующий раз потрать вдвое больше. — Он берет галстук. — Спасибо за подарок.

Мой рот открывается. Я смотрю на него, как шокированная идиотка. Он просит меня потратить вдвое больше, чем я потратила сегодня, и благодарит за то, что я купила для него этот дешевый галстук? Не может быть, чтобы он был настолько спокоен.

— Подожди, ты не расстроен?

Теперь его очередь улыбаться. Зубы у него белые и идеальные.

— С чего бы это?

— Я потратила много денег, на шопинге, за один день. — Мне трудно произнести эти слова, потому что я очень удивлена. Его спокойствие — это не то, чего я ожидала.

— Ты моя жена, Ирина. И у меня достаточно денег, чтобы их тратить. — Он подходит ближе, кладет палец мне под подбородок и поднимает мое лицо вверх. — Неужели ты думала, что я стану суетиться из-за 95 000 долларов?

— Да. — Я не собираюсь лгать. Либо этот человек непристойно богат, либо он сумасшедший. — Я ожидала, что ты разозлишься, по-настоящему разозлишься.

— Это был твой способ отомстить мне за прошлую ночь?

Мои щеки горят. От его тела исходит жар, пронизывающий меня насквозь. Каждая клеточка во мне бессовестно пробуждается от его прикосновений.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

Его взгляд опускается к моей груди. Мое дыхание сбивается, грудь вздымается.

— От тебя одни проблемы, Малышка. Я не должен с тобой общаться, но ничего не могу с собой поделать.

— Ты можешь избавиться от меня и продолжить свою серию убийств. — Только после того, как слова покинули мой рот, я поняла, как он может их истолковать. — Я не имею в виду убить меня.

— Думаешь, я убью тебя, если ты попросишь? — Спрашивает он хриплым голосом.

Я пожимаю плечами.

— Ты ненавидишь моего отца, а значит, и меня. Тебя ничто не остановит, если ты захочешь это сделать.

И почему-то я верю, что он этого не сделает. Люди боятся этого человека и поют его имя, как предсмертный гимн. Он известен как Дьявол Нью-Йорка, но не было ни одного момента, когда бы я по-настоящему боялась, что он причинит мне вред. Даже во время нашей первой встречи на гала-ужине.

Он наклоняется ко мне, так близко, что его цитрусовый и лесной аромат заполняет мой нос. Я становлюсь зависимой от его запаха. Это успокаивает и вызывает желание обхватить его руками.

— Ты моя, Малышка. Ты не имеешь права просить меня прекратить твою жизнь.

Черт возьми.

Если бы кто-то сказал мне, что я когда-нибудь найду привлекательным мужчину-собственника, я бы, наверное, закатила глаза и отмахнулась. А этот мужчина передо мной мог даже лишить меня основных человеческих прав, и я все равно нашла бы его чертовски сексуальным.

Конечно, я не признаю, насколько сексуальна его собственническая сторона. Мне нужно защищать свою самооценку.

— Я не собственность, Алексей. Я принадлежу себе, и только себе.

Его глаза озорно блестят, а губы кривятся в улыбке.

— Тебе нравится идти против меня на каждом шагу, госпожа Вадимова?

Мой позвоночник напрягся, и по нему прокатилась волна статического электричества.

Госпожа Вадимова.

Вот кто я теперь. Я еще не успела к этому привыкнуть. На самом деле, я презирала саму мысль об этом, но от его слов у меня затрепетало в животе. Должно быть, он заметил, как покраснели мои щеки, потому что его улыбка становится шире. Он отступает на шаг, но его глаза не покидают меня.

— Я вижу, тебе нравится твое новое имя.

Мне оно нравится. Я не должна, но мне нравится.

— Волкова звучит лучше.

Он качает головой.

— Я не согласен.

— Не мое дело. — Я хватаю сумочку, пока мое тело не успело отреагировать на него другими безумными способами. — Это напомнило мне, что твои братья присоединятся к нам на ужин.

Алексей моргает.

Я не уверена, что он меня услышал, поэтому повторяю.

— Михаил и Николай присоединятся к нам за ужином. Я не знала, как связаться с Николаем, поэтому попросила Михаила передать приглашение.

— И Михаил согласился?

Я киваю.

— Мне не пришлось его уговаривать. Он ухватился за это предложение.

Его горло дергается, когда он сглатывает, а мои глаза прикованы к нему.

— Вау!

Я внимательно изучаю его. Я не знаю, что сказать о его реакции.

— Только не говори мне, что вы раньше не ужинали вместе.

— Бывало, но только в случае крайней необходимости. — Он делает паузу, прочищает горло, а потом смотрит на меня так, будто я только что совершила нечто идиотское. — Не пойми меня неправильно, мы с братьями любим друг друга. Мы просто показываем это так, что это не связано с совместным ужином или чем-то еще.

— Дай угадаю, пуляете друг в друга? — Учитывая их характер и обстановку, в которой они выросли, логичнее всего предположить, что их язык любви будет включать насилие.

Алексей не отрицает этого, его глаза становятся мутными.

— В значительной степени.

Я чувствую толчок в груди. Трудно сказать, печаль это или жалость, а может, и то, и другое.

— Что ж, думаю, пришло время для перемен. Я освежусь, и, возможно, мы сможем запланировать совместный ужин.

— Ты умеешь готовить?

Я смеюсь.

— Нет. Я чуть не сожгла дом, когда в последний раз пыталась пожарить бекон на гриле. Я имею в виду, что мы можем выбрать, какую еду приготовит Нина.

— По-моему, звучит неплохо.

Я подмигиваю и улыбаюсь.

— Отлично! Я скоро выйду.

Он кивает.

— Ирина?

Я поднимаю бровь, ожидая, что он скажет.

— Спасибо, — шепчет он.

***

— У тебя есть желание умереть?

Николай, младший брат Алексея, улыбается, когда я беру у него цветы.

— Что плохого в том, чтобы подарить невестке цветы?

Алексей хмурится. Мужчина не прилагает никаких усилий, чтобы выглядеть приятным.

— Она моя жена.

Михаил качает головой. Он прикрывает рот, чтобы сгладить зевок.

— Мы знаем, парень. Ты уже сто раз это говорил.

Алексей усмехается. Он засовывает руки в карманы своих треников. Он не похож на того Алексея, который является главой Братвы. Сейчас он просто старший брат и ревнивый муж. Думаю, такая его версия мне нравится больше. Какая-то часть меня хотела бы, чтобы это было все, что с ним связано. Возможно, я бы позволила себе влюбиться в него, если бы это было так.

Меня поражает, как такой человек, как он, может иметь такую страшную репутацию. Интересно, что он делает за кулисами, о чем я еще не знаю. Прозвище «дьявол Нью-Йорка» определенно откуда-то взялось.

Я вдыхаю аромат цветов. Это свежие розы, и они так хорошо пахнут.

— Они прекрасны. Спасибо, Нико.

Он подмигивает, одаривая меня мальчишеской ухмылкой. Ни один мужчина не сравнится с Алексеем, но Николай близок к этому. Михаил же напоминает мне о том, почему девушкам нравятся русские мужчины. Его красота неземная.

Румянец заливает мои щеки, когда в голове мелькает мысль о том, что у меня будет сын, похожий на них. Он был бы очень милым ребенком с идеальными родителями и самыми лучшими дядями.

— Его зовут Николай, а не Нико. — Говорит Алексей, в его голосе звучит нотка ревности, которую я чувствую. — И я могу подарить тебе цветы получше.