Скрывая улики. Компиляция (СИ) - Розенфелт Дэвид - Страница 289

— Проклятье! — изумился Гарсия. — Сколько же человек они затравили?

— Чертовски много, — согласился Хопкинс.

Первая фотография на планшете принадлежала Джеймсу Риду.

— Пока никто не сообщал, что видел машину Рида? — спросил Хантер.

— Пока нет, но я собрал дополнительную информацию о нашей первой жертве Грегори Карлсоне, он же Страттер.

— Я слушаю, — сказал Хантер, внимательно изучая набор новых фотографий. Типичные изображения из ежегодника — аккуратные прически, натянутые улыбки и прыщеватые физиономии. Всем им теперь должно быть лет сорок или около того.

Хопкинс откашлялся:

— Грег явно был законченным засранцем. Он бросил среднюю школу в Ранчо-Домингес еще в младших классах и, как его ни разыскивали, исчез из поля зрения на несколько лет. Он не работал, у него не было карточки социального страхования — словом, ничего. Кроме того, он был довольно жестокой личностью. Похоже, он избивал каждую свою подругу, с которой встречался. Несколько раз его арестовывали. Обвинения варьировались от насильственных действий до хранения запрещенных препаратов. Хотя Грег не был дилером. Он никогда не зарабатывал на наркотиках. Вместо этого он стал компьютерным жуликом. Он создавал интернет-компании и выманивал у людей наличность. Кроме того, он вроде несколько раз занимался скамом[23] по электронной почте. Учитывая его биографию, полиция Лос-Анджелеса считает его смерть убийством из мести. Они думают, что Грег наконец обманом выманил деньги не у того человека. — Хопкинс перевернул страницу в своем отчете. — Как ни странно, похоже, он был хорошим отцом.

— У него был сын? — спросил Гарсия.

Хопкинс повернулся к нему и помотал головой:

— Дочка Бет, которую он навещал четыре раза в неделю. Она страдала рассеянным склерозом. Едва только у Бет стали проявляться эти симптомы заболевания, как мать оставила их. Ее нынешнее местонахождение неизвестно.

Хантер продолжал внимательно рассматривать фотографии.

— Предварительный список со всеми их именами и адресами на твоем столе, поверх фотографий, — сообщил Хопкинс. — Мы получили адреса, но пока у нас не было времени установить местопребывание за последние три недели этих двадцати одного человека.

Хантер кивнул.

— Пусть каждый возьмет по семь человек, и посмотрим, что нам принесет следующий час.

Глава 114

Молли провела весь день в тревоге. Что-то не складывалось. Перед ней вспыхивали какие-то случайные картинки, но они становились все более странными и все больше вводили ее в растерянность. Похоже было, что все удваивалось, словно было два киллера, два набора жертв. Теперь она ни в чем не могла разобраться, и это вызывало у нее такой страх, которого она никогда раньше не испытывала.

Она проснулась в середине ночи в приступе клаустрофобии. Комната у нее была достаточно просторная, но воздух в ней застоялся. Когда Молли открыла окна и позволила холодному и влажному зимнему ветерку Лос-Анджелеса легко коснуться ее лица, ее охватило странное чувство, от которого поднялись волосы на затылке. Ей казалось, будто за ней наблюдают. Перегнувшись через подоконник, она всмотрелась в ту часть улицы, которая открывалась из ее окна. Улица была пустынной.

Молли снова легла в постель, но воображение продолжало играть с ней, заставляя бодрствовать весь остаток ночи. Солнце встало в 6.53 утра, и наконец Молли смогла немного расслабиться. Ночные часы всегда воспринимались тяжелее. По какой-то причине образы всплывали резче, реальнее — и болезненнее.

Наконец к полудню она оставила свою комнату. От голода в желудке уже бурчало. По пути Молли нашла магазинчик, где продавались сандвичи, а также пирожки и кофе со сливками. Она заказала сандвичи с салями и сыром, кусок яблочного торта с мороженым и горячий шоколад, после чего устроилась за столиком у витрины магазина.

Хантер сказал ей, что, может быть, вечером перевезет ее в другое место — в дом его друзей, но пока он так и не позвонил. Она покончила с пирогом, и ее внимание привлек невысокий коренастый человек в костюме Санта-Клауса, который стоял через дорогу. Он увлеченно звонил в большой золотистый колокольчик, собирая деньги на какое-то благотворительное мероприятие. Молли наблюдала за ним целых пять минут. Никто из прохожих ничего не дал.

— В наши дни никого и ничто не волнует, не так ли? — бросил высокий мужчина за соседним столиком, заметив внимание Молли к Санта-Клаусу.

— В общем-то да, — грустно кивнула она.

На мужчине было длинное черное пальто и темная старомодная широкополая шляпа.

— Это печальный мир, где у людей больше нет тяги к благотворительности, — сказал он и провел языком по потрескавшимся губам.

Молли не знала, что ответить, и поэтому просто улыбнулась и сделала глоток горячего шоколада.

— Вы же не из Лос-Анджелеса, верно?

Она с интересом посмотрела на него.

— Характерную для Лос-Анджелеса улыбку я замечаю за милю. В ней есть что-то фальшивое, но только не у вас. Ваша… — он помедлил в поисках нужного слова, — добрая и искренняя.

— Спасибо. — Она слегка покраснела.

Мужчина заметил ее смущение и встал, собрав свои вещи.

— Я надеюсь, вам понравится Лос-Анджелес, — сказал он, протягивая ей руку.

Молли деликатным прикосновением пожала ее. Рука у мужчины была сильная и уверенная.

— Меня зовут Райан. Райан Тернер.

Ее губы снова расплылись в улыбке.

— А я Моника.

— Радуйтесь Лос-Анджелесу, — снова сказал он и, выйдя из магазина, подошел к Санта-Клаусу и бросил несколько монет в его ведерко.

Вернувшись в гостиницу, Молли снова не могла уснуть из-за плохих снов и сидела в дремоте перед телевизором. Она не знала, спит или бодрствует, когда видения вернулись, но ее ударили кастетом по лицу.

Открыв глаза, она увидела, что стоит перед зеркалом в ванной, голая и окровавленная.

Глава 115

Если бы обладатель хоть одной из двадцати одной физиономии на фото, пришпиленных к планшету, как-то упоминался в данных полиции, его отпечатки пальцев хранились в досье и их можно было бы сравнить с тем смазанным отпечатком, найденным в доме в Малибу, но ничего этого не было. Перед Хантером, Гарсией и Хопкинсом была двадцать одна физиономия совершенно обыкновенных образцовых американцев. Никто не был под судом, ни у кого не было проблем с налоговым ведомством или с какой-либо правительственной организацией. Никто никогда не был в суде и даже не избирался в состав присяжных. Максимум, что им вменялось, было два неоплаченных штрафа за парковку.

Двадцать один человек, в чьих жизнях по документам было столько же приключений, как в стакане молока. Их профессии варьировались от профессора университета до сценариста, от врача до временно безработного.

Первым шагом было исключение всех, чей рост превышал или недоставал до шести футов двух дюймов. Такой подход оставил им двенадцать возможных подозреваемых. После проверки авиационных билетов и данных паспортного контроля из списка были вычеркнуты еще пять имен.

— Мы можем исключить из нашего списка доктора Педро Ортица и доктора Майкла Грифтона, — сказал Гарсия, когда прекратил говорить по телефону. — В ту ночь, когда было совершено нападение на отца Фабиана, они работали в ночную смену.

— Джейсон Лоуэлл выехал в кемпинг со своими учениками в тот уик-энд, когда была убита Дебби Ховард, — сообщил Хопкинс. — Его тоже можно смело исключить из списка.

Хантер потер усталые глаза. Он был на ногах почти сорок восемь часов и сомневался, что им что-то дадут телефонные звонки и изучение базы данных. Они искали кого-то, у кого в подсознании хранились психологические шрамы, полученные двадцать пять лет назад. Хантер не сомневался — была какая-то причина, которая вызвала взрыв ярости убийцы. И совсем недавно. Та самая последняя капля.

Он понимал, что очень трудно, сидя за столом, выяснить причину такого срыва. Ею может послужить что угодно — конфликты на службе, потеря работы, большие финансовые трудности. Все это надо было детально расследовать.