"Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Кравченко Игорь Игоревич "warwarig" - Страница 428

— Хм… А вы правы. Почему мы должны жалеть тех, кто уничтожил будущее нашей страны? — с энтузиазмом согласился Карраскилья, сразу сообразив, что не просто сохранит место, но это место станет куда почетней. — Не смог, конечно, но сделал для этого все. Сначала попытались принести Алехандро в жертву, потом, когда не получилось, попытались убить по-другому.

— Поэтому ритуал мы должны ускорить. Пока преимущество на нашей стороне. Но стоит дону Болуарте где-то засветиться, появятся вопросы, а искать ответы на них будут упорно. Мы должны все провернуть до этого.

Говорил он так уверенно, что придворный чародей лишь согласно кивал, будто попав под чары голоса. Но чары исчезли ровно в тот момент, когда Охеда прекратил говорить.

— Вы, дон Охеда, не учитываете, что в преемники назначен представитель отнюдь не незначимого семейства, — спохватился Карраскилья. — У нас могут начаться проблемы с гравидийской аристократией. Та кандидатура устраивает обе стороны, потому что мать юноши знатного мибийского рода.

— Не начнутся, дон Карраскилья, — насмешливо сказал Охеда. — Вы чем слушали? В начале разговора я сказал, что наша сладкая парочка получила Благословение на Счастливый Брак. Кто в Гравиде выступит против герцога Болуарте? Только идиот. Не зря нынешняя почти покойная королевская семья так жаждала от них избавиться.

— Это же идеальный вариант, — радостно согласился Карраскилья. — За это надо срочно выпить, а заодно обсудить совместную стратегию.

— Именно так, дон Карраскилья, совместную, — голос Охеды потяжелел. — Мы с вами должны быть заодно, чтобы больше не случилось ситуации, подобной недавней. Да, она почти разрешилась, причем в нашу пользу. Но мы не держим ситуацию под контролем, рассчитываем только на удачу. И это происходит по вашей вине.

Карраскилья стыдливо отвел взгляд. Он уже давно раскаялся в своем глупом мальчишеском поступке. Так хотелось щелкнуть по носу Охеду, а в результате щелкнули по носу ему. И чувствительно щелкнули.

Глава 10

Герцог был персоной с активной жизненной позицией, поэтому нахождение в запертом пространстве ему быстро приелось. Или приелось делить комнату с Оливаресом, который в последнее время храпел так, что никакие чары не могли изолировать. Когда Болуарте вскользь прошелся по этой особенности проклятийника, тот ответил, что ему как-то пришлось взять на себя откат с одного из наводимых проклятий, и это — всего лишь отголоски. Болуарте понятливо покивал, но не поверил. Зато в качестве компенсации вытащил из Оливареса все подковерные мибийские интриги, которые проклятийник знал или о которых только догадывался. В результате герцог сделал множество записей и даже начертил пару схем, благо бумаги в Убежище хватало.

Забегавшая в их комнату Жирнянка так внимательно выслушивала разговоры, как будто собиралась стать специалистом по политике. Возможно все дело было в том, что она оказалась выдернута из естественной среды обитания, а это место для растений не особо подходило. Естественного питания Жюли не хватало, она перебивалась нерегулярными мясными кусочками на кухне, но это не помешало ей выпустить пару новых листочков, пока мелковатых и бледноватых. Никакого сравнения с толщью и насыщенностью тех, что выросли на свободе. Вот оно, прямое доказательство того, что любое заключение вредно здоровью и психике.

— Алехандро, мальчик мой, нам нужны свежие газеты. — Герцог не испытывал ни малейшего неудобства от того, что вломился ко мне в комнату даже без стука. Эта дверь не имела никаких запоров, а запирать чарами было слишком затратно по времени, поэтому делал я это только на ночь. — Пачка свежих газет спасет нас от новостного голода и поможет составить представление о том, что происходит в мире.

— Убежище восстанавливается, чтобы дотянуться до Храма, — напомнил я. — Пока энергии на это не хватает.

— Но, как я понимаю, Алехандро, почти не тратя энергии, вы можете открыть его там, где основная привязка, и прогуляться до населенного пункта, — предложил Болуарте. — Сангреларские твари вам не страшны.

— Зато мне страшны местные любители приключений, — ответил я, посылая запрос Шарику: — То, что он сказал про Убежище, — правда?

— Есть такое, — подтвердил ками. — Затраты энергии минимальны. Только Болуарте не знает особенностей этого Убежища: если в нем нет владельца, жизнь замирает и все отправляются в стазис.

То, что никто не будет пытаться вскрыть тайники в мое отсутствие, меня скорее порадовало. Разумеется, сообщать герцогу о невыполнимости его желания я не собирался. Явно же он не просто так хочет меня выпихнуть из убежища — вот пусть и узнает, что такое облом, если я сочту целесообразным его предложение. Газеты я ему принесу, конечно, но на то, чтобы пошариться по Убежищу и поискать в нем тайники, пусть и не рассчитывает. Тайников, кстати тут и не было, как сообщил мне Шарик. И не потому, что природа Убежища не позволяла их делать, а потому, что дон Леон не видел в них смысла: ни один чародей в его жизненное пространство доступа не имел.

— Вам? Страшны? — герцог рассмеялся. — Именно поэтому Серхио мечтает о том, как бы прогуляться по местным дорогам? Говорит, самый лучший способ немного размяться и заработать.

Размяться мне хотелось и самому, но одно дело — идти знакомыми дорогами в знакомое поселение, и совсем другое — выходить где попало и искать нужных людей неизвестно где. Хотя и в Уларио у меня не сказать, чтобы были обширные знакомства, но там хотя бы все уже отработано.

— А основная привязка у Убежища где?

— Где ты его в первый раз открыл, если не перенастраивать. Нам было не до перенастройки.

— Значит, у замка Бельмонте. Твою подругу можно будет попросить нас доставить до Уларио?

Шарик потоптался на моем плече, собираясь с мыслями.

— Платить ей чем будешь? Разве что по дороге на себя пару охотничьих команд приманишь? Тогда согласится.

В комнату просочилась Жирнянка и подергала меня за штанину, привлекая внимание. Неужели тоже хочет с нами на волю?

— И вашу питомицу, Алехандро, неплохо было бы выгулять, — заметил герцог. — Растению тут плохо, ему нужен солнечный свет и плодородная почва.

Жирнянка согласно замотала веточками, и я в очередной раз уверился, что она что-то понимает в человеческой речи. Видно, пошли ей на пользу беседы Оливареса и Болуарте.

— Жюли, могу тебя выпустить наружу, — предложил я ей. — Немного погуляешь. Если что — всегда можешь затеряться в кустах.

Жирнянка задумалась, а Болуарте спросил:

— Так как, Алехандро, поможете нашему делу? Сходите за газетами? А заодно и пару писем отправите.

— Пару писем?

— Дон Оливарес согласился с моими доводами о непричастности к нападению Карраскильи и собирается с ним списаться. Артефакт связи утерян, но на такой случай у них был обговорен особый канал связи. О нас в Мибии будет знать только Карраскилья.

— Вы говорили про письма, а не про письмо.

— Еще от меня будет пара, — невозмутимо дополнил Болуарте. — Нужно прощупать, кого мы сможем использовать. Осторожно прощупать, не выдавая информацию о том, что вы и моя дочь выжили.

— Но вы выдаете то, что выжили вы, — намекнул я.

— Разумеется. А как я иначе буду договариваться? — хмыкнул он — С духами договоры никто не заключает. Я должен показать, что жив и в силе.

В интригах местных королевских дворов он разбирался куда лучше, так что я согласился побыть всего лишь гонцом и отнести письма на почту Уларио. Жадный герцогский взгляд, шарящий по библиотечным шкафам, я проигнорировал, потому что до наследства Мурильо Болуарте не добраться, пока я этого не разрешу.

Основной риск представляла не моя прогулка через Сангрелар, а как раз письма, которые два интригана рассылали по тем, чьей помощью собирались воспользоваться. Влезать во все это не хотелось категорически. Ни как курьер, ни как основное действующее лицо. Мне понравилась размеренная жизнь в башне, где я занимался тем, что было интересно, попутно изучая чародейство и создавая что-то новое, улучшающее жизнь, мою и других. А вот отбиваться от тех, кто приходил забрать наши жизни, мне не понравилось. Мои интересы — в созидании, а не в разрушении.