Слишком сладко (ЛП) - Дайс И. А. - Страница 6

Инстинктивно я поворачиваю свое тело в другую сторону.

Как будто это меня спасет…

Несмотря на то, что инстинкт «бей или беги» побуждает меня к бегству, мои внутренности становятся горячими, когда в моей голове раздается твой великолепный голос. Я вспоминала эти слова слишком много раз. Еще чаще я вспоминала его широкие плечи, темные волосы и низкий, грубый голос.

— Спасибо, — говорю я, застегивая влажную юбку, чтобы он не смог задрать ее и проверить ожог на моем бедре, но в то же время я бросаю вызов своим инстинктам, встречая его испепеляющий взгляд. — Все не так плохо.

Он изучает меня, словно пытаясь прочесть мои мысли, его черты прищурены, на челюсти проступает мускул.

— Отлично. Что ты собираешься делать?

Тоби вмешивается с коротким, неловким смешком.

— Сейчас ничего, верно?

Я уже собираюсь согласиться, как вдруг мне в голову приходит идея. Это не то, что я хотел, но достаточно близко и все равно обозначает время, которое я провожу за игрой в бридж.

— Разве есть что-то плохое в Королеве Червей?

— Нет, это круто. Хочешь?

— Да. — Я касаюсь внешней стороны запястья. — Здесь.

— Королева Червей? — спрашивает Нико, привлекая мое внимание как раз в тот момент, когда Нокс подходит с еще одним черным кофе для него. — Карточная масть?

— Да, она играет в бридж, — отвечает за меня Тоби, отодвигая еду в сторону. — Разве ты не сказал по телефону, что тебе нужно вернуться в офис?

— Планы меняются, — отрезает Нико, устремляя на Тоби пристальный взгляд. — Я закончил на сегодня.

— Почему ты не захватил что-нибудь поесть?

— Я поел.

Тоби вскидывает бровь, но проигрывает битву взглядов и пожимает плечами, снова глядя на меня.

— У тебя есть татуировки? Ты знаешь, как это будет происходить?

— У меня есть несколько. Я в курсе процесса.

— Хорошо, давай сделаем это. Это не займет много времени. — Он встает, жестом приглашая меня следовать за ним. — Тебе нужны черные или красные чернила?

Я сажусь на белый стул для пыток, отворачиваясь от зеркала.

— Красные, пожалуйста.

— Как у тебя с болью? Может, принести обезболивающее?

— Нет, не волнуйся. Я не буду плакать, — он ухмыляется, подтаскивая поближе небольшой табурет, а затем кладет мое запястье на подставку для рук.

— Как твоя сестра?

— Она в порядке. Тусуется, как всегда.

— Я давно ее не видел.

— Она жила в Лондоне несколько месяцев, но ей там не понравилось, и она переехала обратно две недели назад. Сегодня она организует девичник. Ты найдешь ее в Q, если соскучился.

— Какое совпадение. — Он посмотрел на Нико, явно забавляясь. — Вот куда мы сегодня идем. Ты должен встретиться с ней, парень. Я не знаю другой девушки, которая умеет веселиться так, как Айша.

— Я знаю ее. Она мне не нравится.

Первый резкий укол иглы задевает мои нервные окончания, но я слишком погружена в свои мысли, чтобы чувствовать боль, пусть даже слабую. Моя сестра — нимфоманка. Самопровозглашенная, но врачи наверняка согласятся.

От одной мысли, что Нико может знать ее, у меня сводит живот. Неужели он тоже улизнул из нашего дома после того, как заставил ее кричать в соседней с моей спальне?

Он заставляет мое сердце биться по двум разным причинам, и я не уверена, какая из них сильнее: похоть или беспокойство.

Я вздрагиваю, что Тоби ошибочно принимает за боль.

— Пять минут, и я закончу, — заверяет он.

— Коди спросил тебя на прошлой неделе, не против ли ты вернуться на площадку, — говорит Нико, резкость его голоса смягчается с каждым словом. — Ты танцуешь?

— Нет. Я иногда работаю с диджеем, который играл на вечеринке. Твоим братьям нравятся каверы, которые мы записываем, поэтому они попросили меня спеть несколько песен.

Он замолкает, глядя мне в глаза с интенсивностью пикирующего ястреба.

— Фортепиано, вокал… Что еще?

— Фортепиано — моя страсть. Пение — просто для удовольствия. — Свободной рукой я нащупываю уголок одежды и закручиваю ткань между пальцами. Я пишу песни, и благодаря Сикс я встречаю людей из индустрии.

— У тебя есть время позже? Я хочу тебе кое-что показать.

Боже, как может приглашение звучать как угроза?

От одной мысли о том, что я останусь с ним наедине, меня лихорадит, я напрягаюсь и задыхаюсь одновременно. Когда он смотрит на меня, мои ноги хотят бежать, а яичники предпочли бы выползти из моего тела и погладить его.

— Извини, но у меня есть планы.

— В следующий раз, — отвечает он, бросая взгляд на мое запястье, и в кои-то веки я спокойно воспринимаю его слова, когда его глаза слегка расширяются. — Ты в порядке?

— Она в порядке, — отвечает Тоби, подкладывая под мое запястье небольшое полотенце, чтобы собрать излишки крови. — Ты же знаешь, что анестетик не вводится, верно? Это крем, Мия. В следующий раз попроси его, а не принимай обезболивающие перед приемом, — усмехается он.

Обезболивающие не являются причиной того, что у меня так сильно идет кровь из крошечной татуировки, но, учитывая, что в прошлом четыре художника отказали мне, когда я объяснила, что у меня может быть обильное кровотечение, я не стала поправлять Тоби.

Через три минуты он закончил. Он дезинфицирует новые чернила, а затем покрывает их кремом после обработки. Все идеально. Маленькая, но не слишком, буква и сердце симметричны, хотя он и не использовал трафарет.

— Спасибо. И спасибо, что объяснили другое значение. — Я достаю из сумки марлю, быстро накладываю повязку и держу руку вертикально, чтобы предотвратить кровотечение.

— Да, не стоит. Береги себя, Мия. Не носи браслеты, пока все не заживет.

Мой взгляд переходит на Нико, и я не успеваю остановить себя, как делаю еще один неловкий взмах рукой.

— Пока.

— Я тоже ухожу. Я провожу тебя.

— Куда ты идешь? — Тоби хмурится, открывая коробку с едой на вынос. — Ты, мать твою, только что пришел. Садись.

Нико ничего не объясняет, просто похлопывает Тоби по плечу, а потом берет ключи с журнального столика, пока я расплачиваюсь за татуировку.

— Где твоя машина? — он смотрит вверх и вниз по улице, как только мы выходим из студии.

— Я не могу водить. — На его лице мелькает удивление, и я понимаю, что это звучит так, будто я слишком молода для вождения. — Я имею в виду, я ужасный водитель. Через пять минут после первого урока я разбила машину инструктора. Больше я никогда не садилась за руль.

Фары зеленого Мерседеса, припаркованного у обочины, дважды мигают.

— Садись. Я отвезу тебя туда, куда тебе нужно.

— Очень мило с твоей стороны, но я возьму такси.

Черты его лица напряглись, уничтожив мягкость, которая была там секунду назад.

— Я не причиню тебе вреда, Мия. Ты ведь знаешь это, правда?

Я не очень хорошо разбираюсь в характере, но я не настолько параноик, чтобы думать, что брат моего друга — сын мэра и внук самой прекрасной восьмидесятилетней женщины, которую я когда-либо встречала, — может причинить мне вред.

— Да.

— Тогда садись.

Я снова качаю головой.

— Такси подойдет, спасибо. — Я покачиваюсь на каблуках, а когда он ничего не отвечает, добавляю «пока» и, щелкнув каблуками о тротуар, ухожу, успокаиваясь с каждым шагом вдали от Нико.

— Увидимся в Q, — говорит он мне вслед.

— Не увидимся.

Меня не приглашают потусоваться с сестрой. Разница в возрасте, мировоззрении, стиле и характере сказывается на нас уже много лет.

— Пока, — повторяю я, прежде чем скользнуть на заднее сиденье такси.

ГЛАВА 4

Мия

В доме, как всегда, тихо. Айша на свидании, но на этой неделе вместо того, чтобы выбрать другого мужчину в клубе, она ужинает с тем, кого выбрала на прошлой неделе во время девичника, — Тоби из Q, татуировщиком. Похоже, они дают друг другу второй шанс.

Не думаю, что до сегодняшнего вечера она вообще ходила на свидания. Она два часа бегала между ванной и спальней, готовясь, и постоянно стучалась в мою дверь, демонстрируя одно откровенное платье за другим, пока не остановилась на розовом платье в обтяжку.