Прикосновение (СИ) - Галл Юлия - Страница 62

— У меня много вопросов.

— Сосредоточься на главном.

Девушка нахмурилась. Опять у мастера очередные проверки ее уникальности. Бесит. Когда тебе говорят: «думай о главном», понимаешь, что в голове все пустеет, и ты не к месту думаешь, что так и не поужинала сегодня и даже воды не взяла.

Голубой шлейф, тянувшийся за девушкой, стал расползаться, и Дия, закрыв глаза, коснулась рукой своего дара. Нужно стольким помочь…

Маленькому Нику обязательно нужно создать возможность окунуться в магический поток. Это, кажется, единственное средство для его исцеления.

А еще надо понять, с чем можно сочетать плоды пыльцовки, чтобы накормить отравленных детишек. Вот только священное дерево уникально, и вмешательство магии людей может не сработать. Обрабатывать плоды пыльцовки нельзя, иначе все полезные и магические свойства разрушаются. Можно только добавить, размешать, сгладив концентрацию.

А еще Шая. Надо найти способ наполнить ее источник силой, восстановить резерв. Диара мысленно перебирала травы и маг элементы, имеющие свойства стимуляции Источника. У некоторых деток иногда он не просыпался, и тогда его пробуждение стимулировали. Но то дети, а Шая уже взрослая девушка. Так, может, даже хорошо, если ее дар заснет? А если он заснет, а метод стимуляции не сработает? Да и вообще, такое может не сработать, но и навредить. Ели уставшего человека уложить спать, а через полчаса разбудить и ждать, что он станет бодрым и веселым, — глупо.

Девушка недовольно замычала. Столько мыслей, столько вопросов, голова раскалывается, а думать об одном не получается. Дядя пытался учить ее расставлять приоритеты, но в результате образ мышления Диары победил. Помощник Калеб заявил о нестандартном развитии её мозгов, связав это с пробуждением сильного дара. Дядя, спустя время, с ним согласился, и, когда у Дии начиналась такая каша из мыслей, головная боль была обычным делом.

— Невероятно! — мастер по-прежнему не выходил из заклинания сокрытия. Но восторг, прозвучавший в его голосе, заставил девушку открыть глаза. Перед ней в воздухе висела страница Голубой книги. Светлая, словно сотканная из лунного сияния, наполненного небесным цветом, она была девственно чиста и словно ждала, когда девушка протянет к ней руки.

— Я не знаю, что спрашивать, — прошептала она.

Страница скользнула ближе, словно торопя пообщаться с ней, и Диара протянула ладони. Лист волшебной книги плавно опустился в руки, став более материальным, но на его поверхности все так же царила пустота.

— Я думал, ты спросишь, как помочь Шае, — заметил мастер-наставник, наконец, снимая с себя заклинание сокрытия.

— Использовать священную вещь для помощи одному человеку? — уточнила Диара.

— Подловила, — пропыхтел Олирг и уселся на пол рядом.

— Теперь верите? — девушка подставила страницу мастеру, и тот с восхищением осматривал ее.

— Я тебе и в первый раз поверил. Но видеть самому — в разы интересней.

Девять лет назад точно такая же страница появилась перед ней в монастыре. Мастер-наставник был его служителем и, почувствовав пропажу священной вещи, питавшей Святые стены, отправился на ее поиски. Девочку он нашел быстро, да та и не скрывалась, только заметила, что не вскрывала кладку, где замуровали святыню. Обследование стен это подтвердило.

Мастер несколько раз забирал страницу, но утром та вновь оказывалась на столе девочки. И, в конце концов, мастер сдался. Поместил на место святыни несколько чешуек Дракона. После гибели Хранителя их было много. Магический фон монастыря восстановился. Сам же Наставник о пропаже страницы никому не сказал, зато стал уделять пристальное внимание девочке, сумевшей призвать священную книгу, точнее ее страницу.

— Почему вы тогда отдали мне первую? — поинтересовалась Дия.

— Прочитал твой вопрос, что ты ей тогда задала. Тебе было одиннадцать с половиной лет, но твоё желание помогать людям было невероятным. А еще… Тогда впервые я увлекся изучением истории и текстов. Выяснил, что не с каждым из князей книга решалась заговорить. А тот, кто все же смог задать ей вопросы, получал ответ на одной странице листа, и этот ответ уже не стирался. Когда же правители использовали все страницы, которыми владели, книга замолчала. Выход был один: или передать книгу наследнику, или тем, кто сможет оживить ее, как сделала сейчас ты. Но, по мнению княжеских советников, это сулило угрозу власти, и страницы поместили в монастыри и храмы.

— Но здесь же библиотека…

— Сколько раз просил… Мысли шире. Это для тебя библиотека, а для страницы — Храм Знаний. Так вот, история Книги гласит: есть избранные, имеющие возможность призывать страницы святыни, и вопросы, которые они задавали, всегда служили на благо миру и людям.

— И мой вопрос «как оживить умирающих в монастыре», вы посчитали именно таким?

— Сначала он мне показался детским и наивным. Но ты приняла ответ и стала приносить указанные травы и цветы. Дарила их пациентам, и они стали бороться за жизнь.

— Монашки этого не оценили, — улыбнулась Дия, вспоминая свое детство.

— Поначалу то да. Ты своими поступками нарушила столетний устав монастыря, — согласился мастер. — Но твои букеты прижились, и сейчас они стоят в каждой келье монастыря. И все чаще люди покидают стены святыни, уходя на своих двоих домой, а не на кладбище.

— Я не знала об этом.

— Ты не спрашивала. Зато наставница мне частенько пишет и вспоминает тебя.

— Передавайте ей привет.

— Обязательно. Что собираешься делать? — мастер кивнул на страницу.

— Если я спрошу ее о спасении одного человека, она не ответит, — заметила грустно Дия. — Значит, надо спросить так, чтобы ответ послужил спасением большего количества людей. Пока я не могу сформулировать четко свой вопрос.

— Тогда забирай ее с собой и ложись спать. Утро вечера мудренее.

— А как же магия стен?

— Как и в прошлый раз. Положу вместо нее чешую.

— Много ее у вас?

— Достаточно.

— А можно посмотреть?

— На чешую?

Дия кивнула. Мастер полез в карман и вытянул объемистый мешочек. Открыв его, достал пластину размером с ладонь, чем-то напоминавшую рыбью чешую. Протянув ее девушке, с интересом смотрел, как та укладывает на коленку страницу священной книги и берет в руки чешуйку. Словно хрустальная, та мерцала нежными и плавными переливами радужных расцветок, но в свете магических светлячков эти цвета были холодными. Мертвыми.

— Она же пустая, — тихо заметила Дия. — Священной магии Хранителя в ней не осталось.

— Живой энергии нет. Но сама по себе чешуйка — часть священной материи. Когда ее помещают в магический центр, она пробуждается. Срабатывает, словно ключ, запускающий работу механизма.

— Мастер, почему вы так верите, что я избранная? — девушка протянула чешую обратно.

— Потому что я вижу знаки. Ты можешь многое отрицать, даже порой не понимать их, но верующий человек умеет разглядеть истину. Избранные, в любом случае, удивительные люди. Я не жду от тебя подвигов. Просто живи, учись, работай, продолжай спасать людей и позволь мастеру быть рядом и по мере своих сил помогать тебе.

Дия улыбнулась речам наставника, но неожиданная догадка стерла ее улыбку.

— Помогать? Мастер, а меня, правда, случайно забыли в библиотеке?

— Ну-у, — наставник Олирг неожиданно шустро поднялся. — Поздно уже. Пойдем, провожу тебя до общежития.

— Мастер.

— Что-то я кушать хочу. Хорошо, у себя в комнате пару пирожков припас. Ты не хочешь?

— Мастер!

Дия вскочила и бросилась за наставником, шустро уходящим к выходу библиотеки.

Глава 42

Искренность

Три тела в синей форме зависли в воздухе. Артефакторы, удерживая их сетью из кристаллов, отслеживали сознание шпионов. Просматривая и записывая их память, выдавали информацию, с кем встречались, кому отправляли сообщения. Мел хмурилась, а Роберт пополнял список людей для очередной проверки.

— Уничтожу! — время от времени шипела княжна, слыша новые имена.