Ночь на троих (СИ) - Лав Кира - Страница 29

И я взрываюсь от первого же прикосновения языка к клитору! Слишком остро, я возбуждена так сильно, что немного больно!

Трясусь в оргазме, получая успокаивающие поцелуи, и тихий шепот на ухо:

— Какая чувственная… Отвал башки просто!

Мне не дают прийти в себя, не дают понять, кто есть кто. Я просто… Существую во всем этом и получаю невозможное удовольствие.

Мои ноги разводят. Пальцы, снова языки и губы, укусы на груди, и…

— Боже!

Слишком острое вторжение, слишким ярко!

Один из мужчин двигает бедрами, нещадно вбиваясь в меня, а второй дарит контраст и мягко целует в шею и губы, позволяя подняться куда-то на небеса…

Потом меня переворачивают. Я стою на коленях, мамочки…

Горячий член снова вдавливается в меня и трахает так сильно, что перед глазами сыплются искры! А второй… Руки, язык. Я снова делаю это, не желая прекращать.

Я чувствую, как они меняются, снова чувствую язык на клиторе, пока сама снова облизываю горячую головку члена.

И этот язык… Он совсем не там, где должен быть! Я дергаюсь, но меня припечатывают громким и ощутимым шлепком, не давая двигаться и протестовать. Этот секс совершенно другой, но я совру, если скажу, что не в восторге от него.

Боже… Это слишком, слишком!

Он снова входит, я срываюсь на громкие стоны, получая одобрительные стоны и еще парочку шлепков. Кажется, я просто потеряю сознание от яркости чувств… Так нельзя, нельзя!

Снова руки и губы, меня много целуют и ласкают, я залюблена до невозможности!

Тот, кто сзади, накрывает пальцами клитор, пару минут потирает его, доводя до пика, а потом…

Его пальцы вдавливаются туда, где еще недавно был язык, но я не готова! Не готова к таким потрясениям, я просто…

Но тело мое кричит совсем другое, когда срывается с обрыва в сильнейший оргазм, кончая именно от того, к чему я была не готова.

Боже… Не хватает воздуха, не хватает мыслей понять произошедшее, не хватает вообще ничего ровным счетом!

Я дышу так тяжело, словно бежала по пустыне без капли воды. Горло побаливает от криков, ноги не держат, и я падаю…

Заботливые сильные руки подхватывают меня и укладывают обратно на пол и утягивают в объятия.

Снимают повязку, но открыть глаза я просто не в силах. Я труп, всё. Не ищите меня больше.

Глава 30. Демьян

Ведет от нее. Пиздец просто, как сильно. Никогда такого не было еще у меня, никогда в жизни. настолько в мозгах застряла, что я думать вообще ни о чем не могу больше.

И чем больше времени мы проводим вместе, тем сильнее я понимаю, что начинаю ее к Дану ревновать. И это лютый крах. Потому что к нему я никогда не ревную. Ну… иногда, ладно. И только Киру. Но у нас бывали уже тройнички, мы забавлялись без всяких “но”, трахали девчонок и расходились, даже мысли не было ни единой, чтобы претендовать на кого-то по отдельности после совместок.

А тут — пиздец. Накрывает от соседки нашей не по-детски. Свалилась на голову, пришли домой, а она тут сидит, воинственная вся. И все. И заклинило. Я сразу запал, с первой секунды, крышу сорвало, стоп-краны тоже.

Но думал пройдет, просто тянет на новенькое, неискушенное. Трахну и все, как рукой снимет. А нихера. Не проходит. наоборот, только сильнее затягивает, как будто приворожила меня.

Хочется быть единственным у нее, но у нас какой-то уговор негласный, что нас трое. И как уговорить ее сделать выбор в мою пользу — я не знаю. Потому что не готов я уже что-то делиться. Но мы с Даном на равным для нее, я уверен. Она это постоянно показывает, чтобы мы не надумали себе чего лишнего.

Молодец она, конечно. Развлекается с двумя, с двумя крутит. А выбор делать?

Хотя… не принуждал никто ее к выбору-то. Зависаем втроем, клево все.

Да. Классно. Кроме того, что она не полностью моя. Меня бесит это. Надо присвоить, мне так легче дышаться будет.

Не знаю, конечно, как дальше будет с Даном. Мы всю жизнь дружим, но чувствую я, когда малышка сделает выбор — дружбе пиздец. И не потому что она с нами двоими спала, не, это был общий выбор, тут похер. А потому что второй из нас, на кого выбор не падет, будет психовать и ревновать. И быть рядом, зная, что она не твоя… Ну, это пиздец откровенный.

И я не знаю, что теперь делать и как с эмоциями своими справляться. У нас еще сдача квартир скоро, ну, в смысле, дом, где мы квартиры с Даном купили — готов, скоро вручат ключи, можно мебелью заставлять и переезжать. А как переезжать? Надо кому-то одному девчонку с собой утаскивать, но… кому?

И это сильно кипятит меня уже какой день. После того, как мы шалили у нее в мастерской это и началось. Я перестал себя контролировать. Хотел сделать так, чтобы от меня громче кричала, чтобы трогала больше, целовала. Как поехавший, соревновался в сексе, дурдом!

Надо срочно всю эту херню с Даном обсуждать и решать что-то, потому что так скоро цапаться начнем и Киру напугаем — не выход.

Сегодня у Дана бой, он готовится, я готовлюсь, просто иначе. На моих плечах — ответственность за организацию, за его — хорошо размяться, восстановиться от прошлого раза, выйти и победить. Мы работаем в одной команде уже очень давно, успеха тоже добивались вместе, и сейчас рычать друг на друга из-за девчонки и похерить всю карьеру, когда она только-только в гору пошла — не вариант вообще. Впереди дохера побед, чемпионство, нельзя разрушить все из-за тупых эмоций!

Но Кира… Не знаю. Не могу даже слов найти, что из-за нее у меня в голове творится.

Вот сегодня. Она в курсе, что у Дана бой. Переживает ходит, не спит, не ест. Говорит, помнит, каким он избитым в прошлый раз вернулся, боится теперь, волнуется. Как кошка липнет к нему, обнимает, целует, говорит что-то. А меня подкидывает аж! Настолько, что я его раньше времени в назначенное место тяну, придумывая какой-то тупой предлог о том, что надо площадку проверить и размяться лучше обычного.

Кира не хочет нас отпускать, но больше Дана. Дерется-то он, волнуется. Ясное дело, что если что, влетит ему, но я опять психую! И это вообще ненормальная херня, учитывая тот факт, что о том, что мы пока втроем и никаких претензий друг к другу не имеем, мы договорились еще на берегу.

— А можно я с вами поеду? — пищит Кира, удерживая нас на пороге.

— Не надо, хулиганка, дома сиди, — хмыкает Дан. — Ты девочка нежная, тебе не надо на такое смотреть. Ночью меня если что пожалеешь, ладно?

Вот. Опять. Меня передергивает и переворачивает!

Кира настаивает еще немного на том, что ей обязательно с нами ехать надо, но в конце концов успокаивается, покорно кивает, целует нас по очереди, но мне упорно кажется, что Дана целует дольше, и отпускает.

Еще бы перекрестила в дорогу, честное слово. Это для нее это первый бой, а для нас привычное дело. Дан в отличной форме, ему соперники обычно все уступают. В самом начале проигрывал, да, в подпольных боях выхватить может, потому что там никому правила не писаны, но все равно выигрывает. А тут, официально, все гладко проходит. И сегодня пройдет, она зря кипишь поднимает.

Но едем мы туда все равно на моей, опять же, из соображений, что Дан может быть не в состоянии ехать сам. Скорее всего, так и будет, в любом случае сил на бой уходит просто немеренно. Официальные поэтому и редко так, раз в несколько месяцев, потому что восстанавливаться долго приходится.

Садимся в машину, едем. Я молчу. Хотя сказать дофига чего хочу, но перед боем не хочу. Я дурак ревнивый, конечно, но не ублюдок, чтобы лучшему другу перед боем настроение портить.

Но Дан начинает сам…

— Что происходит? — спрашивает меня, когда притормаживаем на светофоре.

— Ничего, — веду плечами.

— Не пизди. Ты напряженный, как пес цепной. Ждешь, пока цепь снимут и кинешься. Выкладывай.

— Дан, давай не сейчас? Бой пройдет, в себя придешь и перетрем. Сейчас не лучшее время.

— А когда лучшее? Я же вижу, ты как на иголках ходишь, бесишься, Меня и такой настрой перед боем не супер устраивает, чтобы ты знал. Выкладывай.