Толстая Говядина (ЛП) - Фэй Лейла - Страница 9

Я кончаю, и все мое тело напрягается. Я изо всех сил держусь за его рога, влага хлещет из меня, заливая его лицо. Он хмыкает, впиваясь пальцами в мои бедра, и сглатывает с громким, судорожным звуком. Это делает мой оргазм невероятным, и я сильно содрогаюсь, волны эйфории прокатываются по моему позвоночнику, пока не иссякает последняя.

Черт. Черт. Никогда не думала, что это возможно.

Несмотря на то, что все кончено, я не могу пошевелиться. Я остаюсь там, оседлав его лицо и сжимая его рога, в то время как мои бедра отчаянно дрожат. Я тяжело дышу, мое тело сотрясается с каждым вздохом, пока хватка Лисандера на мне не ослабевает, и он медленно поглаживает мои бока нежными пальцами, успокаивая.

Я делаю глубокий вдох, заставляя взять себя в руки, и неуклюже скатываюсь со зверя, который только что подарил мне лучший оргазм в моей жалкой жизни. Я лежу вверх ногами на кровати, мои ступни на изголовье, но мне пока не хочется двигаться.

Когда он поворачивается ко мне, его огромный, возбужденный член оказывается прямо у меня перед лицом. Я стону, зажмуриваю глаза и закрываю лицо руками.

Это жалко. Совершенно не в моем стиле, потому что я знаю, что лучше не привязываться, но, черт возьми, он как будто вытеснил что-то твердое и болезненное из моей груди, и я внезапно хочу того, чего никогда не позволяла себе хотеть.

Объятий. Покоя. По-настоящему поделиться с кем-то собой, пусть даже просто в сексе.

Черт, я хочу погладить его член, заставить его кончить снова, а потом лечь вместе в его месиво, макая ложку в лужицу подливки. Я так сильно хочу этого, что даже не буду засчитывать это в счет своего долга.

И это глупо и наивно с моей стороны, и я должна немедленно избавиться от этого. Потому что я не могу ни на кого положиться. Когда Лисандер трахнет меня, а потом я ему окончательно наскучу, он отправит меня восвояси, и мне будет еще хуже, чем когда я попала сюда.

Потому что что-то внутри меня будет сломано.

Но не мое сердце. Может быть, моя киска. Да, если я позволю ему трахнуть меня, и это будет так же хорошо, как оральный секс, я буду испорчена для нормальных мужчин с их крошечными человеческими членами.

— Иди сюда, малышка Джуд, — урчит он, поглаживая мои волосы пальцами.

И этого, пожалуй, достаточно. Мне нужно взять себя в руки, иначе я окунусь в это с головой и разобьюсь вдребезги, когда он скажет мне уйти.

Я вскакиваю с кровати и убегаю, запираясь в ванной. Я немедленно встаю под душ, делая все возможное, чтобы смыть все следы того, что мы только что сделали. Внезапно, оказаться покрытой его спермой — последнее, чего я хочу. Это похоже на заявление, и звучит так фальшиво. Он не хочет предъявлять на меня права. Никто этого не хочет. От меня одни неприятности.

Когда я выхожу, большое полотенце, доходящее до середины голени, плотно обернуто вокруг моего тела, Лисандер все еще в комнате, теперь, к счастью, без спермы.

— Кто-то здесь убирался, — предполагаю я, глядя на вентилятор. Он был забрызган, а сейчас безупречно чист. — У тебя есть люди, которые действительно убирают после того, как ты занимаешься сексом.

Я не могу сдержать раздражения, но неохотно впечатляюсь. Он знает, как играть в игру под названием жизнь. Он явно один из победителей.

У меня еще больше причин уйти сейчас, когда я все еще могу это сделать.

— Они носят защитную одежду и получают большие бонусы каждый раз, когда это происходит, — объясняет он без тени смущения в голосе. — Пойдем, детка. Тебе нужно как следует поужинать.

Я колеблюсь, сжимая в руках полотенце. Теперь, когда я стою здесь практически голая, я жалею, что мне не вернули мою одежду, но она исчезла с пола в ванной.

— Я хочу получить обратно свою одежду, а потом мне нужно идти, — говорю я, избегая его взгляда.

Он фыркает так громко, что я вздрагиваю и поднимаю глаза. Лисандер стоит, скрестив руки на груди, и пристально наблюдает за мной, его глаза блестят.

— Дай угадаю. У тебя проблемы с обязательствами.

Я бормочу, скрещивая руки на груди, чтобы подражать ему, но что бы я ни делала, я никогда не буду выглядеть так внушительно, как он.

У тебя есть сила только тогда, когда держишь палец в его члене, коварный голос шепчет в глубине моего сознания, и я поджимаю губы, чтобы не отвлекаться, в то время как моя киска радостно пульсирует.

— Здесь не за что брать обязательства! — я рычу, стоя на своем. — Я доставляю тебе неудобства с тех пор, как мы встретились, и хотя я благодарна, что ты спас меня по доброте душевной, я не буду добавлять тебе проблем. Просто верни мне мою одежду, и я больше не буду тебе мешать.

Он мгновение изучает меня, его хвост напряженно подергивается.

— Я не могу ее вернуть. Я сжег ее.

Я таращусь на него, моя грудь раздувается от возмущения, пока я пытаюсь осознать его явную дерзость.

— Это была моя одежда! — визжу я.

Он пыхтит, дым вырывается из его широких ноздрей, завиваясь вокруг металлического кольца.

— Она воняла.

Я открываю рот, чтобы накричать на него, но, черт возьми, он прав. Я стискиваю зубы и сердито смотрю на него, дрожа от ярости.

— Прекрасно. Тогда я возьму полотенце. До свидания.

Едва я делаю шаг к двери, как он встает передо мной, преграждая мне путь. Он тяжело дышит, вся его грудь работает, и за этим завораживающе наблюдать, даже несмотря на мой гнев.

— Ты никуда не пойдешь, малышка Джуд, — говорит он низким и сердитым голосом. — Я спас тебя не по доброте своего гребаного сердца. Я не хожу повсюду и не подбираю бездомных животных, хочешь верь, хочешь нет. Я спас тебя, потому что я эгоистичен и движим инстинктами, и это было единственное, что я мог сделать. У меня не было выбора. У меня до сих пор его нет. Твой запах живет под моей кожей, и он останется там навсегда, и ты нужна мне сейчас, как воздух. А это значит, что ты не уйдешь. Не сейчас. Никогда.

Глава 7

Глава 7

— Это просто смешно! — кричу я, вскидывая руки, полотенце развязывается и соскальзывает с моего тела.

Лисандер пялится на мою обнаженную грудь, ноздри раздуваются все быстрее и быстрее, и я хватаю полотенце и быстро прикрываюсь, кипя от злости. Это так унизительно, и, Боже, я бы хотела, чтобы счастливый голос, который сейчас торжествует в моей голове, заткнулся, чтобы я могла убедительно разозлиться.

Но я не могу этого отрицать. Часть меня действительно хочет остаться и слишком рада упрямству минотавра. Ха-ха-ха.

— Я не прочь воспользоваться твоим долгом передо мной, чтобы удержать тебя здесь, — говорит он, подходя ближе, пока мне не приходится запрокинуть голову, чтобы видеть его упрямое лицо. — Прямо сейчас в моем подвале находится человек, которого послали сюда убить тебя, Джуд. У него был пистолет. Ты дважды обязана мне жизнью, и если это то, что нужно, чтобы удержать тебя здесь, прекрасно. Ты у меня в долгу, девочка. И в качестве компенсации я хочу, чтобы ты жила со мной.

Я набираю полную грудь воздуха, чтобы накричать на него, а затем выдыхаю, сдуваясь. Кого я обманываю? Я хочу остаться. И если он формулирует это таким образом, это звучит как то, что я действительно могла бы сделать. Это чистая сделка. Долг и его погашение. Я думаю, что смогу это сделать. Оказаться в ловушке долгов, в которых на самом деле виновата я сама, в некотором роде освежает.

Я хочу хоть раз пострадать из-за своих собственных ошибок. Хотя, пока обойдемся без страданий. Не знаю, может, все изменится, когда мы наконец трахнемся. Я уверена, что этот член разорвет меня на части.

Но я также верю, что оно того стоит.

Я не могу поверить, что рассматриваю это, но он прав. Я принадлежу ему, и я, может быть, неудачница и нищая, но у меня есть честь. Я верну этот долг, как бы он того ни хотел. Когда мои плечи опускаются и я слегка киваю ему, Лисандер раздраженно подходит ближе и обнимает меня. Я прижимаюсь лицом к его горячей груди, напряженная и настороженная, но не желаю отстраняться.