Секреты и Соблазнение (ЛП) - Мов Бьянка - Страница 4

Как будто по нажатию кнопки, все вокруг меня стихло, горячие разговоры уже закончились.

Моя ручка упала на пол, и я наклонилась, чтобы поднять ее. Как раз вовремя, в комнату ворвался профессор.

Сначала я видела только кончики его ботинок, пока мой взгляд не блуждал все выше и выше и, наконец, не остановился на его лице.

Его чернильно-черные волосы были немного вьющимися на концах, лицо точеное, и все же в нем было что-то ангельское.

Да, он был хорошо сложен, но у него не было широкого телосложения человека, который слишком много времени проводил в спортзале. Белая рубашка на пуговицах слегка обтягивала его предплечья, а темно-серые элегантные брюки идеально сидели на бедрах.

Он посмотрел на меня, и я могла бы поклясться, что что-то в выражении его лица изменилось, по крайней мере, на мгновение, прежде чем его глаза снова стали ледяными.

Профессор повернулся к нам спиной и написал что-то на доске неровными буквами. Я воспользовалась моментом его невнимательности и повернулась к Лейле.

— Сколько точно лет этому парню? — Я старалась говорить как можно тише — тщетно.

— Встань, — прошипел мистер Престон. Я едва могла поверить своим ушам. Я никогда не слышала такого властного тона ни от одного профессора.

Я приподняла бровь. Кем он себя возомнил?

— Я сказал тебе встать. У тебя плохо со слухом или весь этот дым затуманил твой разум?

Мой рот открылся, и я сжала кулаки. Гнев огнем разлился по моей груди, и я чуть не набросилась на него. Я едва удержалась от комментария. Было бы нехорошим предзнаменованием нажить врага профессору в первый же день, поэтому я неохотно последовала его требованию.

— Продолжай, что ты ей сказала? Нам, конечно, всем не терпится узнать, — насмешливо сказал он. Когда я не ответила, он сделал шаг ко мне, скрестив руки на груди.

Я не позволила его поведению унизить меня, не позволила ему заставить меня чувствовать себя неполноценной, поэтому я одарила его своей самой очаровательной улыбкой и ответила: — Мне просто интересно, сколько тебе лет. Дьявольская ухмылка расползлась по его лицу.

— Достаточно взрослый, чтобы быть твоим профессором. Садись. — Не говоря больше ни слова, он снова обратил свое внимание на доску.

Действительно, очень интригующе.

3

После обеда у меня было свидание с моим несносным репетитором. Да, на него было приятно смотреть, но его дерьмовый характер портил его красоту.

Я постучала дважды. По глупости, я дважды заблудилась, прежде чем нашла эту комнату, так что довольно сильно опоздала.

Не дожидаясь ответа, я открыла дверь и вошла. Здесь пахло хорошим виски и сигаретным дымом. Я затянулась, скучая по вкусу жженого табака на языке.

Мистер Престон раздраженно оторвал взгляд от своей стопки бумаг, несколько мгновений изучал меня и снова опустил глаза.

— Ты хочешь, чтобы я села? — спросила я, оглядывая маленький офис.

Очевидно, он не заботился о порядке, потому что его вещи были разбросаны повсюду. Книжные полки занимали целых три стены. Они были так плотно упакованы, что я боялась, что они могут рухнуть в любой момент. Но больше всего меня поразило пианино в углу. На темном лаке уже скопилась пыль — печальное отражение того факта, что здесь никто не ценил музыку.

— Делай, что хочешь, главное, держи рот на замке — сказал он, даже не взглянув на меня.

— Но я думал, ты меня обучаешь — фыркнул он. — Ты думаешь, я зря трачу свое время, давая тебе частные уроки?

Я не ответила на его вопрос и уже собиралась повернуться и уйти, когда он снова заговорил.

— Куда, по-твоему, ты направляешься?

— Ты сказал, что не будешь меня учить. Я предполагала, что это будет означать, что я могу уходить.

— Ты предположила неправильно. Садись и делай свою домашнюю работу или что-то в этом роде.

Разочарованная, я поплелась к его столу и села напротив него.

— У меня нет домашней работы — возразила я. Какова была цель этой встречи? Очевидно, у него не было никакого интереса учить меня чему-либо, а у меня было еще меньше интереса проводить с ним свое свободное время.

Он медленно выдохнул. Это было почти так, как если бы даже само мое присутствие раздражало его. Затем он достал из одного из своих ящиков белую нитку — наушники, как я поняла.

Что все это значит?

— Просто слушай музыку. — Я подключила их к своему планшету и включила, все это время не сводя глаз с его лица.

Наконец, он прервал наш зрительный контакт, поэтому я откинулась на спинку кожаного кресла, выбрала свою любимую песню и посмотрела на потолок, мысленно рисуя картину.

Громкая музыка заставила меня забыть о том, что меня окружает. Я вспомнила время, когда я могла играть эту песню даже во сне, когда мои пальцы не предавали меня.

Словно в насмешку, мой указательный палец дернулся, и я возненавидела себя за то, что предалась старым воспоминаниям. Они не принесли мне ничего, кроме сердечной боли и печали.

Странное тепло распространилось по моей груди, змеясь по шее и рукам. Я знала, что мой профессор наблюдает за мной, чувствовала его взгляд на своей коже и позволила ему поступать по-своему.

Я не знала, как долго я так сидела, то ли я задремала, то ли музыка просто затуманила мой разум, но внезапно мистер Престон возвышался надо мной. Я прищурилась и вынула один наушник из уха.

— Урок окончен. Возвращайся в свою комнату. — сухо сказал он.

Я встала, расправила юбку и взяла свою сумку. Но, прежде чем повернуться, чтобы уйти, я в последний раз посмотрела в его ярко-голубые глаза. Я должна была признаться себе, что этот цвет мог бы бросить вызов любому пляжу в мире.

— Спасибо вам за вашу помощь. Мои горизонты расширились. Я не могу дождаться нашей следующей встречи, профессор.

С этими словами я ушла.

***

Сбитая с толку, я очнулась от сна без сновидений, не уверенная, сколько прошло времени. Когда я ненадолго прилегла после занятий, на улице все еще было светло. Из окна я могла догадаться, что луна сейчас в зените.

Судя по храпу Лейлы, она крепко спала. С полуоткрытыми глазами я вытащила свой планшет и посмотрела на время — сразу после полуночи. Несмотря на усталость последних нескольких дней, я чувствовала себя совершенно бодрой. О сне не могло быть и речи, поэтому я приняла очень глупое решение и улизнула.

Дверь скрипнула, отчего волосы у меня на затылке встали дыбом. Я почти испугалась, что разбудила свою соседку по комнате, но, когда мое ухо коснулось холодного дерева, я ничего не услышала.

Как раз для таких случаев я сказала ей, что иногда хожу во сне и меня не следует будить. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.

В этот час коридоры казались еще более жуткими. Холодный сквозняк заставил меня замерзнуть, и я проклинала себя за то, что не надела что-нибудь потолще.

Только мои шаги нарушали тишину. Время от времени зажженные свечи указывали мне путь все глубже и глубже в сердце академии. Кончики моих пальцев пробежались по старому гобелену, проследили шероховатую поверхность каменных колонн. Это было умиротворяюще; я могла бы провести так всю ночь.

Я любовалась портретом прелестной молодой женщины, когда вдруг услышала, вдалеке шаги, почти бесшумные, но быстрые. Блять. Ясно, что у меня не было бы ночи в одиночестве.

С бешено колотящимся сердцем я поползла в противоположном направлении, стараясь двигаться в тени, отбрасываемой свечами.

Ощущение того, что я добыча, не утихало, как бы далеко я не отходила от источника шума. Это было почти так, как если бы эта странная аура встревожила все мои человеческие инстинкты. Я повернула налево и там….

Перед моими глазами предстала узкая деревянная дверь с железными украшениями. У меня не было времени думать, но я поддалась страху быть пойманной и исчезла в кромешной тьме чулана.

От адреналина у меня перехватило дыхание. Я прислонилась к каменной стене, мысленно считая до ста. Я думала, что в какой-то момент этот человек исчезнет.