Лучший иронический детектив - Белова Марина - Страница 70

— Зовите меня Иван Иваныч Иванов.

— Так дело не пойдет, — покачал головой напарник. — Ну что ж, не хотите сейчас говорить — не надо. Придется вам у нас посидеть в отделении до выяснения ваших личностей.

Спутник лысого насмешливо покачал головой, а сам лысый принялся взглядом гипнотизировать напарника участкового. Однако с таким же успехом он мог гипнотизировать жертвенный камень, по-прежнему возвышающийся на полу.

— В каких отношениях вы были с лицами, незаконно проживающими в данном помещении? — продолжал он.

— Как незаконно? — искренне удивился спутник лысого.

— Данная дача принадлежит предприятию, которое не давало указанным лицам права на проживание здесь.

Лысый тоже был озадачен.

— Мы считали, что дача принадлежит им, — нехотя признался он.

— Почему? Кто вам об этом сказал?

— Валентин Юрьевич.

— Так. Как давно вы знакомы?

— Примерно с месяц.

— Цель знакомства?

— Они с Сергеем Николаевичем попросили нас с ними позаниматься.

— Чем именно?

— Не думаю, что я смогу вам это объяснить, — презрительно сказал лысый. — Если кратко — оккультными науками. Слышали про такие?

— Другими словами, — проявил осведомленность напарник, — пытались вовлечь в сатанинскую секту ребенка и заставить его совершить противоправные действия.

— Первый раз слышу про сатанизм, — выпятил губу лысый, — и про противоправные действия.

— Ну как же? — возмутился Юрка и горячо заговорил, боясь, что ему не верят. — А темный Мастер? А черные свечи? А крыса? Вы же велели, чтобы я залез в дом к старухе и взял у нее крысу.

— Чушь! — отмахнулся лысый и сделал шаг к двери. — Полагаю, что мы ответили на все ваши идиотские вопросы. Желаю приятного вечера.

И они оба пошли напролом к двери.

— Стоять, — взревел напарник. — Михалыч, проснись же ты, черт.

Участковый стоял, глупо улыбаясь, и не двигался.

Саша схватил лысого за воротник куртки, но тот неожиданно оказался очень силен. Он почти вырвался из рук Саши, когда на помощь ему подоспел Юрка, и стал виснуть на плечах у лысого, изо всех сил вопя. Саша ударил лысого под коленки и они покатились по полу, подминая под собой по очереди то Юрку, то Сашу, то самого лысого. Напарник участкового в это время набросился на второго. Он придавил его к полу и лежал на нем, тяжело отдуваясь, но, стоило ему пошевелиться, как тот тут же начинал сбрасывать его с себя.

— Дяденька милиционер, — кричал Владик, теребя участкового. — Надевайте на них наручники. Где у вас наручники?

Участковый продолжал улыбаться, качая головой.

— А веревка? Веревка где?

— Нету, — прокряхтел напарник.

— Эх вы! — чуть не плакал Владик, в котором проснулся и бессильно корчился в муках охотничий азарт, — милиция называется.

В это время лысый сумел разметать Сашу и Юрку и, поспешно шагнув к двери, рванул ее на себя и тут же попятился обратно. За дверью стоял изумленный Валерий. Лысый, досадливо чертыхнувшись, поднял на него кулак.

— Держи его! — раздался вопль Юрки. — Уйдет, хватай.

Ничего не понимающий Валерий поднял руку и ребром ладони двинул лысого где-то под ухо. Тот покачнулся и тяжело свалился на пол. Валерий вошел внутрь, запер дверь на ключ и увидел лежащих на полу напарника участкового и извивающегося под ним незнакомого человека.

— Помоги, — прокряхтел напарник. — У нас наручников нет.

Саша уселся поверженному противнику на голову и стал наблюдать за лежащим без сознания лысым.

— Уйди, зараза, задушишь!

Валерий заметался в поисках веревок. Через две минуты он вынырнул из ванной комнаты с мотком веревки в руках. Наконец, барахтающийся под весом доблестного защитника закона преступник был связан.

— Нож, — закричал напарник, — нож тащи, поострее.

Подмятый под напарника сатанист вытаращил глаза, но молчал, судорожно хватая ртом воздух. Огромный нож для резки мяса был тут же принесен из кухни. Сатанист зажмурился, а Валерий отрезал неиспользованный кусок веревки и принялся связывать руки за спиной лысого.

Напарник облегченно выпрямился.

— Молодец, — сказал он, протягивая руку Валерию.

— Валерий, — машинально сказал тот, пожимая протянутую руку.

— Костя, — так же машинально ответил тот, изо всех сил тряся руку Валерия. — Как ты вовремя, — сказал он обессилено. — Если бы не ты, они бы точно сбежали.

— Это я понял, — кивнул Валерий. — Те самые? — спросил он, кивая на связанных преступников.

— Не совсем — все еще отдуваясь, сказал Костя. — Подельники их. Они сатанинскую часть изображали. Как я их в отделение доставлю?! — посетовал он. — Этот, — кивнул он на участкового, — стоит тут, как китайский болванчик, без всякого толку.

Валерий удивленно уставился на участкового.

— Что это с ним?

— Гипноз, — пояснил Костя. — Вон тот лысый его загипнотизировал.

— Попрошу без оскорблений, — вдруг очнулся лысый. — Никакой я вам не лысый, а Григорий Иванович.

— Что не мешает тебе быть лысым, — заржал Костя. — Вот и познакомились.

— Пошли, — поднялся Валерий. — Помогу тебе отвезти их в отделение.

— Я с вами, — дернулся было Саша.

— Ни в коем разе, — замотал головой Костя. — Ты за детей отвечаешь, сиди тут. Заодно Михалычем попробуй заняться, — кивнул он на участкового. — Вдруг отомрет.

Когда Валерий и Костя увезли связанных сатанистов, Саша почувствовал, что не на шутку проголодался.

— Первым делом мы должны сделать — что? — обратился он к мальчишкам.

— Привести в чувство участкового, — отрапортовал не забывающий свой долг Владик. Саша почувствовал угрызения совести. Он про участкового забыл, как только за Костей захлопнулась дверь, и уважительно посмотрел на своего младшего двоюродного братца.

А братец в это время от души наслаждался беспомощным состоянием участкового. Поддался какому-то сатанисту, позволил себя загипнотизировать, — позор. Владик счел, что момент его торжества и отмщения за испытанные им унижения в доме Клеопатры Апполинариевны настал.

— Ну что, милиция? — развязно проговорил он, подойдя к участковому, который сейчас был похож на большого младенца — того и гляди, начнет пускать пузыри. — Налицо… — Владик, наконец, с наслаждением выговорил давно рвущееся с языка запретное слово. — Налицо, — повторил он, упиваясь своей безнаказанностью, — халатность при исполнении служебных обязанностей.

На лице Михалыча отразилась упорная работа мысли.

— Выехать на вызов без элементарных… — Владик сказал бы: «орудий задержания», если бы знал это выражение. Но поскольку он был всего лишь одиннадцатилетним ребенком, он сказал: — …без элементарных инструментов.

Лицо Михалыча выразило на этот раз неясное беспокойство.

— И первый раз, — продолжал Владик, — вы нам не поверили. Думали, что крысу…

Михалыч нахмурил брови.

— … что крысу просто так убили. Я ведь говорил…

— Заткнись, нахал очкастый! — вдруг заорал милиционер.

— Молодец, Владька! — восторженно закричал Саша. — Отмер. Это его слово «крыса», наверное, в чувство привело.

— Распустили пацанов! — орал Михалыч, будто его, наконец, прорвало. — Никакого уважения к милиции.

Владик сначала отскочил от него от неожиданности, а потом всерьез обиделся.

— Чего обзываетесь-то? — тоже заорал он. — Что, я неправ был? Неправ, да? Я вам тут помогал-помогал,… черта с два вы бы тут без меня справились.

— Да, — перебивая друг друга, вступились за Владика Броня с Юрой. — Вам помогаешь-помогаешь, и никакой благодарности. Оскорбляете только…

— Это чем помогали-то? — захлебывался милиционер.

— Скажете нет?

— Скажи «да» — вмешался Саша, дружески обняв его за плечи. — Тем более, что без пацанов, похоже, мы бы и правда не справились. Хоть они и нахальные, — подмигнул он. — Ты лучше скажи, ты теперь в порядке?

— Вроде в порядке, — хмуро сказал участковый.

— Ничего не в порядке, раз обзывается, — продолжал обиженно бубнить Владик.

— Там колбаса с сыром оставались, — потер руки Саша. — Свежие. Пошли чайку попьем. От гипноза колбаса — первое средство.