Лучший иронический детектив - Белова Марина - Страница 74

— Как в воду глядела, — проворчал Саша. — И чего ты не мужик?

— Зато у меня есть масса других достоинств, — утешила его Наташа. — А еще у меня есть мысль.

Клеопатра Апполинариевна с надеждой посмотрела на нее. Саша ревниво отметил, что на него тетя Клео так не смотрела.

— Какая? — спросила тетя Ася.

— У нас этим летом в детском лагере работали два отличных парня-туриста. — Натуся работала в какой-то общественной организации, занимающейся летним отдыхом детей из малоимущих семей. — Они отличные ребята, работали бесплатно, потому что им интересно. Я думаю, что здесь им будет намно-о-ого интереснее…

— Ты думаешь? — усомнился Саша.

— Категорически! Я им сейчас же звоню и ручаюсь, что сегодня — в крайнем случае — завтра — они будут здесь. И тогда — только держись!

— Замечательно! — вздохнула тетя Ася. — Только у меня на всех подушек уже не хватит.

— У меня можно взять, — умоляюще сказала Клеопатра Апполинариевна. — И поселить тоже у меня. Я понимаю, вам тяжело, голубушка — столько народу…

— Что за глупости! — с укором сказала тетя Ася. — Нам надо сейчас всем вместе держаться, чтобы действовать согласованно.

И она пошла считать подушки, мысленно благодаря предков за то, что они не поленились выстроить такой огромный дом. Если детей немного уплотнить — отдельная комната для каждого казалась ей уже барством, — Ирку уложить в одной комнате с Клео, то, пожалуй, все уместятся. А к плите, — решительно подумала она, — встанут все!

Насчет всех у тети Аси были сомнения, но, не успела она домыть посуду после обеда, как Натуся уже замесила тесто и потушила капусту для начинки.

— Слава Богу, — сказала тетя Ася, — что ты приехала, Натуся. А то они так быстро все съедают, что готовить я не успеваю. Перевод совсем забросила. Идите-ка все купаться, а я — за компьютер. Наташка, берешь пирог на себя?

— Асенька, мы с Натусей вдвоем управимся, — успокоила ее Клеопатра, — садись за компьютер и о нас не думай.

— Ничего подобного. — вдруг заявила тетя Ася. — Я тоже купаться пойду, раз Натуся приехала. А то лето кончается.

После суетливых сборов решили пройти мимо дома Клеопатры Апполинариевны — ей нужно было надеть купальник, выудить из бочки с водой шляпу и заглянуть в почтовый ящик. Впереди всех несся Рики, азартно гоняя пустую пластиковую бутылку. Он, не оглядываясь, помчался к дому Клео, помня, что там всегда его ждала ласка и вкусное угощение. Пока все ожидали Клео, расположившись у крылечка, Рики решил обежать весь сад. Гоня перед собой пластиковую бутылку, он добежал до зарослей малины и вдруг остановился перед кустом, яростно лая.

— Чужого учуял, — на бегу крикнул Саша, и помчался на его лай.

— Клеопатра Апполинариевна, вы в порядке? — бросились в дом тетя Ася с Натусей.

Ошарашенная Клеопатра Апполинариевна, которую крики застал в тот момент, когда она собиралась влезть в купальник, выскочила из спальни, стыдливо прикрываясь сброшенным платьем.

— Что случилось?

— Ничего, — ответила Натуся, наступая на ногу тете Асе. — Мы подумали — вдруг вас в доме кто-то ждал.

— Все в полном порядке, — благодарно ответила Клеопатра Апполинариевна.

Прихрамывая, тетя Ася побежала к малине, чтобы помочь Саше. Рики по-прежнему в крайнем возбуждении носился у малины, а Саша метался за ним, то и дело бросаясь в кусты и никого в них не замечая. Когда к нему подбежала тетя Ася, они стали метаться вдвоем, пока Рики не шмыгнул, наконец, в узкий просвет между двумя кустами. Саша, встав на четвереньки, бросился за ним, на ходу крикнув тете Асе, чтобы она ждала его у кустов. Рики ожесточенно копал под малиновым кустом в глубине зарослей, и оттуда выскочил большой крот. Спасаясь от Рики, крот побежал прямо под ноги тете Асе. Та завизжала от неожиданности, и на выручку к ней бросились все остальные, включая Клеопатру Апполинариевну в бирюзовом купальнике. Некоторое время все молчали, наблюдая визжащую тетю Асю и Сашу, который, стоя на четвереньках, высунул из кустов свою сердитую исцарапанную физиономию. Успокоившийся Рики мирно прилег в тени куста, с невинным любопытством глядя на взъерошенных детективов.

— Асенька, — наконец сказала Клеопатра Апполинариевна, — зачем же ты Сашеньку в кусты загнала?

Тетя Ася, наконец, замолчала и махнула рукой.

— Пошли на пляж, — сказала она печально.

Ирка с Броней, идя позади всех, хихикали всю дорогу до пляжа. Клеопатра Апполинариевна, забыв от полноты впечатлений надеть что-нибудь поверх купальника, неторопливо вышагивала в нем по деревенской улице под руку с Натусей, мило болтая о разных рецептах приготовления кваса.

На пляже собрался весь местный бомонд. Профессор Захар Ильич в широченных трусах и шляпе стоял у воды, пробуя ее ногой. Он мучительно решал, хочется ему в воду или нет. Услышав сзади себя голоса, он оглянулся и широко улыбнулся, увидев тетю Асю и всех ее подопечных.

— Добрый день, милые дамы. Саша, с приездом. И вас выманило на природу летнее солнышко?

— Да вот, — неопределенно сказал Саша, — отдыхаем изо всех сил.

— Ну что, — отошел от воды Захар Ильич, — молодежь — в воду, а мы, старики, погреемся на бережку?

— Нет и нет! — решительно заявила тетя Ася. — На бережку пусть молодежь греется, если хочет, а я окуну свои старые косточки в вожделенную прохладу.

Захар Ильич с сомнением поглядел на воду, соглашаясь, что она прохладная, но не чувствуя никакого вожделения. Мимо него шумно, разбрасывая брызги, вошла в воду Клеопатра Апполинариевна.

— Ах, хорошо, — зычно радовалась она, присев, а потом поплыла. За ней, решив не оставлять ее без присмотра, поплыла тетя Ася. Захар Ильич, медленно и высоко поднимая ноги, вошел в воду по колено.

Саша с Натусей, не чувствуя никакого уважения к его сединам, с разбегу помчались в воду, обдав его веером брызг.

— Захар Ильич, — позвала его Натуся, вынырнув из воды рядом с ним. — А вы умеете плавать?

— Ну… когда-то, в молодости.

— Так поплыли, — обрадовалась она и потянула его за руку.

— Я… видите ли… — заволновался профессор, но Натуся уже кричала, чтобы Владик отнес на берег профессорские часы и шляпу, а Саша хохотал, глядя, как, оказавшись в воде, Захар Ильич судорожно стал грести по-собачьи, вытаращив глаза и надув щеки.

— Не так, Захар Ильич. — Саша подставил руку под его живот и Захар Ильич успокоился. — Вы наслаждайтесь. Просто расслабьтесь и не спешите.

— За-а-рик, ты забыл про свой ревматизм, — кричала с берега его жена, но Саша шел по дну рядом с ним, поддерживая его под живот.

— А ведь в самом деле, знаете ли, — удовлетворенно пыхтел профессор, — вода, знаете ли… источник бодрости — буль-буль, — и здоровья.

Саша помог ему выбраться на берег.

— Не волнуйтесь насчет ревматизма, Нина Федоровна, — сказал он его жене. — В таком горячем песке ревматизму не остается шансов.

И он поплыл догонять отплывших далеко от берега тетю Асю с Клеопатрой Апполинариевной.

В это время из-за камышей за излучиной реки за ними внимательно наблюдали чьи-то глаза. «Подплыть незаметно, нырнуть… дернуть под водой за ноги — мгновенная смерть, и даже не вскрикнет». Человек тихонько поплыл брассом, стараясь плыть бесшумно, когда заметил подплывающего к двум пожилым женщинам молодого мужчину. Он что-то кричал им и махал руками. Подплыв совсем близко, он что-то сказал, и они все повернули к берегу.

«Сорвалось», — с отчаянием подумал человек, — «а времени почти не осталось».

Ничего не подозревающая троица выбралась на берег. Клеопатра Апполинариевна вытащила карты из недр своей сумки.

— Захар Ильич, Нина Федоровна — присоединитесь? — предложила она, тасуя колоду.

— В карты? — плохо скрывая презрение, переспросил Захар Ильич.

— А как развлекались в перерывах между охотой древние скифы? — спросила его тетя Ася, вкладывая карты ему в руку.

— О, они изобретали для этого множество… — оживился профессор.

— Крести козыри, — перебила его Нина Федоровна.