Дело о менделевской лампе - Левинсон Пол - Страница 10

- Светлячки, - прошептал Эймос, хотя я уже все понял. Я видел светлячков прежде, любил их в детстве, рассматривал на иллюстрациях, когда корпел над определителем насекомых Одюбона. Но такого я не встречал никогда.

- Мы используем насекомых для многих целей, не только для освещения, - сказал Эймос, подводя меня и Лори

(которую держал за руку) к многоярусным деревянным клеткам, затянутым сеткой.

Я пригляделся и увидел рои насекомых - пчелы или нечто похожее, - каждый в своем отделении за марлевой перегородкой. В нескольких секциях я разглядел и пауков.

- Это наши сети, Фил, - пояснил Эймос. - Сети и паутины нашего информационного шоссе. Конечно, эти насекомые куда медлительнее и не столь многочисленны, как ваши электроны, зато они гораздо разумнее и обладают большей мотивацией, чем неживые частицы, передающие для вас информацию. Да, наши средства связи не могут сравниться по скорости и дальности с передающими телебашнями, телефонными линиями и компьютерами. Но нам это и не нужно. Нам не нужны скорость, повышенное давление и вторжение в личную жизнь, порождаемые электронами. Нам не нужны цифры, шум и хаос в эфире. Потому что наши носители информации выполняют работу, которую мы считаем важной, и выполняют безошибочно.

- И заодно они столь же смертельно опасны, - добавил я. - Во всяком случае, когда дело касается пожаров. Природа наносит ответный удар.

Я снова восхитился мудростью этих людей. И этого парня. Ведь он, хоть я и не был с ним согласен по поводу преимуществ живой связи перед электрической, разбирался в теории коммуникаций не хуже любого специалиста…

- А природа никогда по-настоящему и не отступала, доктор д'Амато, - пробасил сзади знакомый голос.

Я обернулся.

- Исаак…

- Прошу прощения, но меня зовут Джон Лэпп. Я притворился братом Якоба, так как не был уверен, что вы не снимаете меня скрытой камерой. Мы с Якобом примерно одного роста и комплекции, вот я и рискнул. Вы уж простите, но не доверяю я вашим техническим штучкам.

Да, лицо и голос точно принадлежали Исааку Штольцфу-су, зато речь стала гораздо более повелительной и «городской». Я заметил, как глаза Лори восторженно распахнулись.

- Мистер Лэпп,- пробормотала она, запинаясь, - я очень польщена знакомством с вами. То есть я здесь уже бывала с Эймосом, - она нервно сжала руку парня, - но не надеялась встретиться с вами…

- Что ж, я тоже польщен, юная леди, - пробасил Лэпп,- и приношу вам искренние соболезнования. Я всего раз виделся с вашим отцом - в тот день, когда изображал Исаака,- но знаю со слов Якоба, что он был хорошим человеком.

- Спасибо, - тихо произнесла Лори.

- У меня для тебя кое-что есть, Лори Бюхлер. - Лэпп полез в карман длинного темного плаща и достал нечто напоминающее дамскую сумочку, сплетенную из нитей очень привлекательного мшисто-зеленого цвета. - Это придумал Якоб Штольцфус. Мы ее назвали «лампа-сумочка». Она сделана из особых растительных волокон, окрашенных экстрактом светящегося мха с добавкой вытяжки из люминесцентных грибов. Сумочка светится в темноте и будет светиться несколько месяцев - если погода не окажется слишком сухой. Потом сможешь поменять ее на новую. Отныне, если пойдешь по магазинам после заката, то всегда сможешь увидеть, что лежит у тебя в ридикюле и сколько осталось денег. Судя по тому, что я знаю о дамских сумочках - а у меня три дочки чуть моложе тебя, - это новшество может оказаться весьма полезным.

Лори приняла сумочку и просияли:

- Огромное вам спасибо! Как раз эту штучку папа и собирался мне привезти в тот вечер, - пояснила она мне. - Он думал, что я об этом не знаю. Он хотел взять сумочку на ферме Якоба и сделать мне сюрприз на мой день рождения. Но я-то знала… - Ее голос дрогнул, на глаза навернулись слезы.

Эймос снова обнял Лори, а я погладил ее волосы.

- Будь Мо жив, он захотел бы разобраться во всем до конца, - сказал я Лэппу. - Вы предполагаете, кто мог его убить… и отца Эймоса тоже?

Он уставился на меня:

- Мир меняется у вас на глазах, доктор д'Амато. Огромный лось вышел прогуляться на главную улицу города Брэттлборо, что в Вермонте. А в пригороде Нью-Гэмпшира застрелили медведя весом в четыреста фунтов…

- Нью-Гэмпшир вряд ли можно назвать пригородом, а Мо убил не медведь. Он умер в машине рядом со мной.

- Это ничего не меняет, доктор. Животные утрачивают осторожность, бактерии безумствуют, аллергия распространяется все шире. Все это фрагменты одной картины, а отнюдь не случайность.

- И этим занимаются ваши люди? Сознательно?

- Мои люди? Нет. Заверяю вас, мы не сторонники агрессии. Все, что вы здесь видите, - он повел рукой, указывая на всевозможные растения и мелких животных, которых я был бы не прочь рассмотреть повнимательнее, - предназначено только для улучшения жизни. Как сумочка Лори.

- Как светлячки, сжигающие дома? - уточнил я.

- Круг замкнулся. С этого я и начал. Увы, но мы не единственные, кто постиг возможности природы гораздо глубже, чем это допускает ваш технологический мир. У вас есть пластмассы, используемые в полезных целях. И есть пластик, используемый во зло, - например, та пластиковая бомба[2] , которой взорвали самолет над Шотландией. Мы вывели этих светлячков, чтобы они давали свет и умеренное тепло.

Он указал на ближний угол амбара, где словно бил фонтан сепии и Звездного света. Я пригляделся внимательнее и заметил, что он состоит из мириад крошечных светлячков. То была огромная менделевская лампа.

- Этот рой состоит из светлячков различных видов, - продолжил Лэпп, - тщательно подобранных таким образом, что их вспышки накладываются и создают непрерывный и длительный свет. А окружает их сетка настолько мелкая, что самих насекомых вы не видите - если только не станете вглядываться очень внимательно. Но есть люди, которые продолжили начатый нами отбор в другом направлении - во зло, в чем вы и убедились на ферме Штольцфуса и в доме Бюхлера.

- Но если вы знаете, кто эти люди, то сообщите мне, и я уж постараюсь, чтобы их деятельность пресекли.

И тут на лице Лэппа впервые отразились эмоции.

- Ваша полиция пресечет их деятельность? Так же, как вы вывели из бизнеса промышленную мафию? Как остановили поток наркотиков из Южной Америки? Как ваши Объединенные Нации, НАТО и все ваши замечательные политические организации покончили за эти годы с войнами на Ближнем Востоке, в Европе и Юго-Восточной Азии? Нет уж, спасибо, доктор. Люди, употребившие силы природы во зло, есть наша проблема. Мы уже не считаем их своими и справимся с ними собственными методами.