Выбор сердца (СИ) - Верон Ника - Страница 33

3

Самый запад России. Да, то, что хотелось забыть, снова и снова напоминало о себе. А, может, и к лучшему. Есть возможность выговориться. Не загрузить проблемой, нет. Просто через разговор попытаться еще раз осмыслить ту ситуацию.

— Свадьба была громкая, — прерывая собственные воспоминания, продолжал тем временем Константинов. — Через месяц Ольга не стала ничего придумывать с выкидышем, хотя я бы поверил и в него. Дома всё равно практически не жил: съемки, театр, гастроли. Да и в то время мы уже практически и не жили как пара. Да и куда, учитывая её положение. Она же призналась, что случился сбой в организме. Ну, бывает такое. Слез было море. На столько качественно сыграть… Прямо номинация на кинопремию за лучшую трагическую женскую роль.

Язвительность в собственный адрес. Константинов, оставив диван, остановился у окна. Долго молчал. Наверно, даже, слишком долго. А у Коташовой снова появились сомнения в собственный адрес.

Не до откровения сейчас этому человеку. Просто поразительно, как держится. Если бы немного не знала его, усомнилась бы в любви к собственному ребенку. Думала, после полученной новости уйдет в себя. Готовилась к тихому завершению новогодних выходных. А он находил в себе силы ничего не менять. Как и обещал — оставался рядом, даря праздник.

— У нас уже тогда брак по швам трещал, — вновь спокойно, без надрыва, зазвучал его голос, отвлекая Риту от собственных сомнений. — Непонятные гастроли Ольги вызывали вопросы. Еще через пару месяцев предложил нам разойтись. На лжи поймать не получалось, но чувствовал, что не всё так гладко. А она сказала о своей беременности. И на этот раз — действительно было так. И мне показалось это знаком, учитывая все мои проблемы. Да и, — оглянувшись, признался, — Один пацан рос, постоянно разрываясь, как мне казалось, между матерью и отцом. Хотелось, чтобы у второго ребенка было по-другому. Потом стали доходить слухи. Наткнулся в интернете на интересные снимки. Припер к стене.

'— Что это — Оля? — фотографии, которые ей представил, вопросов не вызывали. Или, во всяком случае, у него. — Эмираты, элитный отдых в Европе.

— Леша, я…

— Оля, я задал вопрос! — это был один из тех немногих случаев, когда вышел из себя. — Откуда деньги на подобное? Или, что, в музыкальном театре зарплаты до небес подняли? Вот это были твои гастроли с хорошими гонорарами?

— Лёш, я не хотела, чтобы ты знал, — на ее красивых глазах навернулись вполне искренние слезы, не поверить в которые было крайне сложно. — Да, я была эскортницей. Просто эскортницей. Правда. Я ничем другим, не занималась. Только сопровождение. Красивое сопровождение. Для всего остального были другие, если возникала такая необходимость. Мне жить как-то надо было. Пожалуйста, не бросай меня. Мне с тобой очень хорошо. Мне спокойно. Леша, правда, у меня всё давно кончено. У меня сейчас есть ты, есть Никитка. Я очень давно хотела ребенка, но не получалось. Леша, ты мне семью дал, о которой я мечтала'.

— Я не поверил, но уступил, — продолжал Константинов, наблюдая, как Рита делает глоток слегка подостывшего чая. На этот раз — без конфеты. — Условие было одно: не лгать и вести нормальную жизнь. Снова ушел в работу. Димка еще в меде учился, Никитка — маленький, о работе Ольги речи не шло. А потом начались нестыковки. При моих попытках разобраться, Ольга твердила о моей параноидальности. Но верно говорят: сколько веревочке не вейся, конец все равно будет. У нас были съемки в Милане. Во время заселения что-то пошло не так, и отель нам, буквально на сутки, поменяли. Шикарный был отель. Видимо, что-то свыше решило остановить бесконечную ложь. Иду в номер, а буквально передо мной, через пару номеров, заходит… — боль. Вот сейчас ясно расслышала в голосе боль. — Честно говоря, думал, обознался. В наглую вошел следом.

«Всего секунду длилось замешательство обоих. А затем смех Ольги. Издевательский, пронзительный. А рядом с ней — 'карлик» с фигурой бочонка на коротких ножках.

— А я даже рада, Константинов, что так получилось. Ты мне задачу облегчил'.

Он тогда не совсем понял её фразу. Вернее сказать — совершенно не понял. Отыграл сцены, запланированные на Милан. Вернулся в Санкт-Петербург. Собрал вещи и на всегда ушел из семьи, никому ничего не объясняя.

— Рассказать никому ничего не мог, — признался он. — Сорвался. С полгода просто тупо пил. Последние недели три вообще упивался до полусмерти. Если бы не Димка с Арциховским, концы отдал бы точно. Потом, с год, не то, что запаха, самого вида алкоголя переносить не мог. С Димкой почти год не общался. В глаза парню стыдно было смотреть. Так, созванивались. Попал под его жесткий контроль. Семеныч запихал в свой мелодраматический проект, на женскую главную роль которого, вне кастинга, была утверждена Лерочка Вешник. Её отец выступал главным спонсором данного киношедевра и, заодно, удовлетворял желание своей единственной дочери стать кинозвездочкой. Мне в то время, не то, что Лерочка, королева красоты Вселенной не нужна была. И разговор у нас об этом с ней был, — не стал Константинов скрывать.

— И она — смирилась? — с сомнением прозвучал вопрос Коташовой.

Как-то вот в романах, да и в жизни, бывает, дамы не прощают своим несостоявшимся кавалерам принципиального отсутствия интереса. Тем более, когда предполагаемый кавалер вращается в определенных кругах, с определенными возможностями.

— Во всяком случае, врагом для нее не стал точно, — с уверенностью прозвучал ответ Константинова. — Да, был ей интересен, — не стал скрывать очевидного. — И она этого интереса не скрывала. Может, в силу неопытности, может по каким-то другим причинам. Не исключаю, что интерес не пропал до сих пор. Но за четко обозначенные рамки наше общение не выходит.

— И тем не менее, помощь… — осторожно начала Рита, остановившись буквально в полу шаге от «звезды».

— Да, с Никитой помогла. Даже скорее не она, а её отец. Ну, да, так подозреваю, по личной просьбе единственной дочери, — подтвердил Алексей, удерживаясь от соблазна обнять стоявшую совсем близко молодую женщину. — Во всем сейчас происходящем виноват только сам, — продолжал он уверенно. — Действительно, психологически очень долго и тяжело выходил из своего того состояния. Добивал факт, что, выбор-то был мой. Очень боялся, что прознает пресса. Тем более, когда стал «копать», узнал много интересного. Матерью моего сына стала женщина без моральных принципов. Увлекающаяся определенного рода препаратами. Мне бы тогда заняться вопросом мальчишки. Возможно, не вышло бы вот так. Вместо этого ушел в себя. Жизнь остановилась. Было потеряно время.

— А потом? — поинтересовалась Рита.

— А потом… — снова короткая пауза. — Потом встретил тебя. Не знаю, что зацепило. Думал, после всей той заварушки просто мозги на место еще не встали, — признался он. — Старался не думать о случайной встрече. Не получалось. Вернулся в Питер. Загрузился работой по полной. На износ. С одним из фильмов вышел простой, бывает такое. Запланировал отдых в Сочи. А тут Димка со своим Балтийским море и Калининградом. А у меня перед глазами — ты в своей суперкуртке с Глашкой. Теперь могу сказать с уверенностью — летом сюда летел намеренно. Точно знал — сделаю всё, чтобы увидеть тебя. Когда встретились в Зеленоградске, поверить не мог в удачу. А ты на контакт не шла совсем. Такая смесь колючего ежика с улиткой. Ну, наконец-то, улыбнулась, — обронил он, заключая Риту в объятия.

— Ты был женат, а я от таких очень устала, — выдала она совершенно неожиданно. И, кажется, испугалась собственного признания. Хотела отстраниться, чтобы вот именно сейчас увидеть его реакцию на свои слова. Однако, Константинов только усилил объятия.

— Я тебе обещаю, у нас все будет отлично, — заверил он, чуть склонившись к ее ушку. — Очень надеюсь, что происходящее ускорит развод. Скажу честно, благодаря тебе и появились мысли в необходимости разобраться с прошлым. Хотя, если быть до конца честным, до сих пор не могу понять, на кой ей нужен наш брак. Счета — перекрыты, мальчишку рано или поздно, а заберу.