Потерянная Сирена (ЛП) - Мартинез Катерина - Страница 12

Первый помощник постучала в дверь.

— Капитан, ваша гостья здесь.

Тень перестала двигаться.

— Хорошо, — раздался низкий, грубоватый голос с другой стороны. — Впусти её, Серена.

Серена толкнула дверь одной рукой и похлопала меня по заду плоской частью своей сабли.

— Вперед, человечка, — сказала она, — Веди себя как следует, или тебя ждут глубины.

Мне не понравилось, как всё это прозвучало, но ещё больше мне не нравилась мысль о том, что я останусь наедине с капитаном пиратского корабля фейри. И снова у меня не было выбора. Пришло время познакомиться с капитаном Мордредом.

Глава 8

Из всех запахов, которые я начала ожидать на борту пиратского корабля, одеколон не входил в их число. И всё же именно этот запах встретил меня, когда я переступила порог каюты капитана. Учитывая, с какими типами мужчин я сталкивалась до сих пор — грязными, грубыми, склонными к насилию, — неудивительно, что я неправильно представляла мужчину, с которым мне предстояло встретиться.

Я не сразу разглядела его лицо, но, насколько я могла судить, это был высокий широкоплечий мужчина, одетый в длинный чёрный камзол, украшенный серебряной отделкой и эполетами. На нём были сапоги, чёрные брюки и широкополая шляпа, расшитая серебряными узорами и дополненная пучком взъерошенных чёрных перьев.

Однако шляпа не скрывала его ушей… они были длинными, заострёнными и украшались серьгами всевозможных форм и размеров. В некоторых из них было инкрустировано что-то похожее на красные рубины, но все они были сделаны из блестящего серебра, почти в тон седине в его волосах.

Когда он повернул голову в сторону, я увидела его профиль. В отличие от некоторых лиц, с которыми я сталкивалась до сих пор, его лицо было резким, с высокими скулами и прямыми углами, за которые мужчины, как и женщины, готовы были бы убить. Лёгкая седая щетина покрывала его бледные щёки… губы у него были алые, а глаза — почти такого же красно-фиолетового оттенка… кто, чёрт возьми, этот мужчина?

— Добро пожаловать на борт, — произнёс он красноречивым, хотя и опасным мурлыканьем. — Не хотите ли чего-нибудь выпить?

Я нахмурилась.

— Какой напиток? — спросила я.

— Такой, что утоляет жажду.

— Нет, спасибо.

Я наблюдала, как капитан берёт хрустальный графин и наливает себе в бокал тёмно-красную жидкость, подозрительно напоминающую вино — или кровь. «Нет, для крови она недостаточно густая».

— Хорошо, — сказал он, а затем взял бокал, покрутил вино в нём и понюхал, прежде чем сделать изящный глоток. — Пожалуйста, проходите, присаживайтесь.

Оглядевшись в поисках места, где можно присесть, я смогла изучить его покои. Помещение было ухоженным, аккуратным и организованным. В центре комнаты стоял большой стол, вероятно, сделанный из крепкого дуба или любого другого прочного старого дерева, которое имелось в мире фейри; стол был окружён стульями, как обеденный.

Там стояло ещё больше хрустальных графинов с жидкостью, аккуратно свёрнутые в трубочки листы пергамента, разложенные по коробочкам, а также маленькие бочонки и другие предметы, подвешенные на верёвочных гамаках, расположенных высоко под потолком. Его кровать тоже стояла здесь — большая, мягкая и удобная.

По какой-то причине мои щёки вспыхнули, заставив меня отвести взгляд от кровати. Я решила сесть на самый дальний от него стул. Как только я села, капитан повернулся ко мне всем телом. Под длинным чёрным камзолом на нём была надета белая рубашка с оборками. Я заметила, что на лацкане камзола крепились булавки, тоже серебряные.

Одна напоминала герб, другая — череп с красными рубиновыми глазами.

— Вы, должно быть, напуганы, — произнёс капитан.

— Вот как? — спросила я, изо всех сил стараясь не смотреть ему в глаза.

— Вы явно пережили травмирующий опыт, оказались в чужом мире, в окружении незнакомцев и монстров. Никто не стал бы винить вас за то, что вы испытываете боязнь.

Я проглотила страх, который не хотела ему показывать, и сделала глубокий вдох.

— Я думаю, вы поймёте, что я более вынослива, чем вам кажется.

— И что вы знаете о моём мнении касательно вас?

— Я знаю, что ваши люди думают о моих. Вы думаете, мы ничем не лучше, чем… — я помолчала, подыскивая аналогию. — Чем скот.

— Скот…

— Да.

— Я знаю, у вас нет причин доверять мне, мисс…? — он замолчал.

— Шоу. Кара Шоу.

Он ослепительно улыбнулся, сверкнув идеальными зубами и заострёнными клыками.

— Мисс Шоу, — сказал он, слегка приседая в реверансе. — Меня зовут Мордред, Элдрин Мордред. Рад с вами познакомиться.

— Итак, это… — произнесла я, внимательно наблюдая за ним. — Вы говорили, что у меня нет причин доверять вам.

— Их действительно нет, — сказал он, — Но я могу заверить вас, что ничего не выиграю, если буду лгать вам, и выиграю всё, если буду уверен, что о вас хорошо позаботятся во время вашего пребывания в нашем мире.

— Моего пребывания?

— Вы ведь хотите вернуться, не так ли? В конце концов, это странные и враждебные воды, а вы всего лишь человек.

«Почему в его словах есть смысл?» Бабблз уже забила бы тревогу, предупреждая меня не прислушиваться ни к одному слову из того, что говорил этот мужчина. Все фейри лжецы и ублюдки, так почему же он должен быть другим? Но в нём было что-то такое, что-то в низком, рокочущем тембре его голоса, в его одежде, в его цветочном одеколоне, что говорило мне… у тебя нет выбора.

Конечно, у меня есть выбор. Выбор есть всегда. Вот только следствием этого выбора обычно оказывались смерть, боль или, по крайней мере, сильный дискомфорт. Я глубоко вдохнула через нос, собралась с духом и выдохнула.

— Здесь красиво, — сказала я, — Это я признаю. Но учитывая гигантского краба и всех этих пиратов, я не могу сказать, что предпочла бы остаться здесь, а не возвращаться домой.

— Что, если я скажу вам, что могу это организовать для вас?

Я прищурилась.

— Можете?

Он обвёл рукой каюту.

— Я капитан этого корабля. Я плавал по этим аркадианским водам десятилетиями — я знаю их секреты, их глубокие, тёмные уголки, даже их желания.

— Желания…

— О, да. Океан — это не просто океан. Это живой, дышащий организм, который чего-то хочет и в чём-то нуждается; существо, способное на непостижимую жестокость, а также на сострадание.

— И он говорит вам, чего хочет?

— С каждым дуновением ветерка, с каждой волной, с каждым прикосновением морских брызг. Он сообщил мне о вашем прибытии, он говорил мне, где я могу вас найти, точно так же, как он говорил мне, что вам понадобится помощь, которую только я смогу оказать, если пожелаю.

Мои глаза сузились.

— И вы желаете?

— Я мог бы… — он поставил свой бокал на обеденный стол. — Но сначала мне кое-что нужно от вас.

Я закатила глаза.

— И вот оно. Всегда есть подвох, не так ли?

Капитан Мордред улыбнулся опасной улыбкой.

— Какой же из меня получился бы пират, если бы я был по-настоящему самоотверженным?

— Самоотверженность — это добродетель.

— Как и амбиции, — его взгляд опустился на мою шею, затем на ключицы.

Я порадовалась, что была одета в толстовку, и скрестила руки на груди.

— Даже не думайте об этом, — предупредила я.

Он прижал руку к груди.

— Вы считаете меня таким примитивным, мисс Шоу?

— Вы ещё не сказали, чего от меня хотите.

Капитан нахмурился, и его брови сошлись над идеально заострённым носом.

— Но своим предположением вы запятнали мою честь.

— Я думала, у пиратов нет чести.

— Ещё одно опасное заблуждение, от которого вам следует избавиться. Я мужчина честный и порядочный, как и моя команда.

— На том острове они обходились со мной отнюдь не порядочно.

— И они получат выговор за своё поведение, но нам было бы полезно вернуться к насущному вопросу — вопросу, который может отправить вас обратно домой.

— Хорошо… — я сделала паузу. — Чего вы хотите от меня?