Измена. Тайная малышка от бывшего мужа (СИ) - Дэй Дари - Страница 8

Меня чуть не вырвало, когда я обнаружил, что то же самое я пытался на днях проделать в своем кабинете. Со своей, черт, женой!

Слава богу она отказалась! А я был так испуган из-за этого пятна на рубашке, что пытался ее отвлечь всеми способами.

Как оно только там появилось?! И правда что-ли кто-то в лифте прижался? А потом еще скандал этот ночью. Из-за чертова запаха.

И я дергаюсь каждый раз, будто и правда виноват, что люди пользуются своими духами, а смею рядом с ними стоять.

С того момента, как я позволил себе оступиться – прошел целый год. Чертов год!

И весь этот год я жил в какой-то агонии. В непомерном чувстве вины, и, кажется, до сих пор боялся признаться себе, что мой брак с самой прекрасной женщины в мире начался с банальной измены. Моей измены. В первый же месяц после того, как мы поженились...

Конечно, Тамара еще пыталась предпринять пару попыток. То задерживалась на работе специально. То увязывались за мной на обед. То падала, якобы спотыкаясь. И прямиком ко мне в руки. Или вот… Как в кафе в тот черный день моей жизни – положила руку на мою. Скинул, конечно. Не сразу. Сначала опешил, не поняв, какого хрена она вдруг забыла наш уговор.

– Если не хочешь потерять работу, забудь этот вечер. Между нами ничего не было.

– Да без проблем, – усмехнулась она тогда, и даже руки вверх вскинула, мол: «Не претендую вообще». – Ты сам то… Сможешь забыть? Ты ведь женат?…

– Женат, – обрезал я сразу. – И жену люблю. Так что не о чем тут говорить.

– Как знаешь, – пожала она плечиком, и вышла из кабинета.

И все вроде ровно, спокойно. А потом на нее будет снова находит. Вот как сейчас. Явилась сюда на ночь глядя. Зачем? Сообщить о проверке? Ну бред.

– Иди, Том, – кивнул я на дверь. – Уходи. И, знаешь что?... Я думаю тебе больше не место в моей фирме.

Увольнять ее было стыдно. Да.

Но держать ее рядом еще хреновее. Ведь подсознательно я продолжал винить ее во всех смертных грехах, и задумывался – а был ли вообще тот мужик, в которого она влюбилась как кошка? И были ли те страдания вечером - правда? Или это просто уловка, чтобы такой идиот как я заглотил наживку, и поломал к херам свою жизнь?

– Ты меня… Увольняешь? – Ее глаза округлились.

– Я выплачу тебе пособие, Тамар. Но… это все.

Она облизала губы кончиком острого языка и заметалась взглядом по чистым стенам подъезда.

– Ты не можешь, Руслан. Весь бухотдел на мне держится. Ты что вообще делать собрался?

– Найду другого держателя, – хмыкнул я. – Все, Тамар, иди. От греха подальше.

Она истерично всплеснула руками. А потом резко успокоилась, и закрыла руками лицо.

Начала жалобно всхлипывать.

– Я же тебя люблю, Руслан! С первого взгляда влюбилась! Ночей не спала! А ты со мной… так!

– Так не было все-таки?

Она убрала руки и посмотрела:

– Чего не было?

– Того мужика, из-за которого я тебя успокаивал?

Поняв, что попала впросак, Тамара густо покраснела и опустила глаза. А я с сожалением понял, что в просак попал я, а не она.

Повелся, как идиот.

Девица вновь принялась хныкать, с концами растеряв весь свой лоск.

– Нет, – грубо отрезал. – Второй раз не прокатит. – Указал ей на дверь. – Уходи.

И сам развернувшись, открыл дверь квартиры.

В нос тут же ударил запах моей любимой жены. Моей девочки. Тонкий аромат, еле слышный. Не парфюма даже, а тела. Так пахла она.

И я, подкошенный этим запахом, захлопнул дверь, и осел там же, в прихожей. Точно так же как сидела она в день, когда правду узнала.

Как узнала? – вдруг всплыл в мыслях вопрос.

А потом я сложил дважды два – секретарь сообщил, что ко мне приходила жена. И что она передала ей, где меня нужно искать.

А это кафе, и чертовы поползновения Тамары. Сашка и так что-то чувствовала. Интуиция у нее что-ли вопила? Как увидела Тому у меня в кабинете, так в ураган превратилась.

А вечером… Вечером я сам все подтвердил, поняв что скрывать дальше бессмысленно.

– Ну и что? – Я сцепил руки в замок, бесцельно пялясь на них, – молодец. Похерил свой брак. И жену. А так и надо тебе. Так и надо, да. Ты ее просто незаслуживаешь. Правильно сделала, что ушла от тебя, слышишь? Она все правильно сделала. Не смей за ней ехать. Не смей жизнь ей дальше ломать.

10

10

Пять лет спустя.

– Кажется, наш отель покупают, – шепнула мне Поля на ухо, когда мы увиделись на ее перерыве.

Документы выпали из моих рук, а сердце в груди тревожно загрохотало.

– К-как? Как покупают? Поль, ты с чего это взяла?

Сестра неловко вытерла пот со лба тыльной стороной ладони и огляделась по сторонам.

– Ты только не говори никому, ладно?

– Да конечно, – продолжала я недоумевать. – Кому я скажу?

Полька пожала плечами.

– Я и тебе говорю только потому что сестра. А так, сама понимаешь, старшему менеджеру простая горничная бы не стала такие вещи рассказывать.

Я с укоризной на нее посмотрела.

Да, за эти пять лет многое изменилось. Я устроилась на работу в тот же отель, что и Полина. На ту же должность – в качестве горничной. Пахала как не в себя, двойные и даже тройные смены брала, лишь бы не сидеть у нее на шее, снять отдельное жилье, и хоть копеечку отложить, пока малыш не родится.

Однако, поработать удалось только три месяца. А дальше – сложная беременность, сохранение, и несколько недель к ряду в больнице.

Малыш… Вернее малышка… Родилась раньше времени. Моя Вероника. Врачи чудом вытащили ее с того света – осложнения при родах. И теперь у меня навсегда в груди страх поселился – я боюсь каждого ее чиха, каждой разбитой коленки. Вечно кажется, что вот-вот, и с ней что-то случится.

Гоню от себя эти мысли, вдруг правда, что мы сами притягиваем все беды к себе? Но, нет-нет, да и возникают опять.

Скрипя зубами, мне пришлось принять помощь бывшего мужа, которую он так упрямо совал первые месяцы. Узнал мой номер карты, сделал перевод на крупную сумму – вернула.

Заказал курьера из банка с доставкой конверта с наличкой – я не взяла.

Но, когда поняла, что у нас с маленькой просто нет выхода, мне ее нечем будет кормить – затолкала гордость подальше и забрала очередной перевод.

С тех пор каждый месяц он переводит мне на карту деньги. Но я их не трогаю – берегу. Решила, Ничка подрастет и сама распорядится богатством. Это не мои деньги. Ее. Пусть хоть что-то от отца достанется.

Ведь он о ней до сих пор не знает…

Я со страхом сглатываю, как обычно бывает, когда катаю в голове эти мысли. Правильно ли сделала, что не сказала ему?

А потом сама себя осекаю. Мы развелись. Мы расстались. У него своя жизнь. Не сказала о ребенке тогда – сейчас нечего и заикаться. У Руслана наверняка уже новые отношения. Не будет же пять лет мужик бобылем ходить.

Да и мне пора приглядеться… Вон, хотя бы к Ивану Сергеевичу… Холостой. Не женат. Наш начальник. Хозяин отеля. Передернула плечами. Нет. Не к нему. К кому-нибудь другому.

– Эй, ты меня вообще слышишь? – Пощелкала сестра пальцами у меня перед глазами. – Или витаешь там в своих важных делах? – Поддела она.

– Да, извини. – Мне вновь стало стыдно.

Все время кажется, что должность я свою получила отнюдь не заслуженно. А только потому что Иван Сергеевич на меня глаз положил.

И то, что я пахала в три смены еще будучи горничной (а ведь никто тут так не убивался) – совсем не имеет значения.

– Так вот, я мусор пошла выносить, и у кабинета Ивана Сергеевича его разговор по телефону подслушала. Случайно, конечно, – нагнувшись начала Полинка доверительным шепотом.

Теперь я поняла, почему сестра говорить не хотела. Если кто-то даже из младших менеджеров прознает, что горничные разговоры начальства подслушивают – сразу обязаны будут ему доложить. А я – старший. Доверенное лицо, можно сказать.

Но сестру, конечно, не сдам, в какую бы гульку не закручивала меня моя совесть.