Спаси меня от меня самого (ЛП) - Уэлч Брайан Филипп - Страница 9

Спустя какое-то время, LAPD, которые изменили значение своего названия на «Laughing As People Die»[22] заключили контракт с одной звукозаписывающей компанией ХХХ, но едва ли эту сделку можно было назвать прибыльной. В основном, лейбл дал им денег, достаточных только чтобы сделать запись и ничего более. Даже в этом случае, главным было то, что они всё-таки заключили контракт. Я помню как Реджи однажды вечером пришёл домой пьяный и внезапно сказал мне: «Я получил контракт с лейблом. Что ты делаешь со своей жизнью, ты, неудачник?» Сейчас это звучит забавно, но тогда это причинило мне сильную боль, потому что мы долгое время были лучшими друзьями.

Плюс, это было правдой. Я был неудачником. И эта правда ранила меня ещё больше. У меня было всё кончено с Шэннон, и у меня становилось всё плохо в Лос-Анджелесе. Приблизительно спустя год, после того как все переехали сюда, у всех начали расшатываться нервы; плюс, я постоянно был пьяным и разбитым всё время. Я начал думать, что я должен уйти прочь от этих парней, особенно от Реджи, поэтому я пошёл к Джеймсу и сказал, «Чувак, я должен уехать. Я должен вернуться домой в Bakersfield и сделать кое-что.» Я всерьёз хотел, чтобы он отговорил меня от этого, сказал, «нет, оставайся здесь, чел». Вместо этого он сказал: «Окей, увидимся.»

У меня не было выбора — я должен вернуться в Bako.

Chevron мне не подходил, так что, когда я вернулся, я устроился в фирму по доставке пиццы от Roundtable Pizza. Я вернулся, потому что устал от пьянства с моими старыми друзьями в Лос-Анджелесе, но как только я оказался дома, всё закончилось тем, что я начал пить с новой группой друзей. Хотя я действительно не знал, что мне делать со своей жизнью, я знал, что должен заниматься музыкой как карьерой, поэтому я пошёл к своему отцу и попросил его, чтобы он выручил меня. Он согласился и дал мне немного денег, чтобы я выучился звукозаписи в L.A. Recording.

Вот таким был я. Это был 1990-ый, мне было двадцать лет и я снова возвращался в Лос-Анджелес, только на сей раз один. На меня давило то, что я буду там одинок, без друзей, но я быстро приспособился; это было только к лучшему для меня. В то время как я учился в школе[23], я также перестал пить, что было ещё лучше.

Несколько месяцев спустя, я получил квалификацию и начал искать работу в бесчисленных звукозаписывающих лейблах Лос-Анджелеса, но никто из них не хотел платить. Они все думали, что я сначала буду работать у них бесплатно, как молодой специалист, прежде, чем они наймут меня на работу как служащего, но я не мог так сделать. У меня было несколько соседей по комнате, где я жил, но при этом у меня всё ещё были счета, которые необходимо было оплатить, а также различные вещи, которые нужно было купить. Бесплатная работа абсолютно не подходила мне.

В конце концов я нашёл единственную работу, связанную с музыкой, которую я смог найти: тестирование драм-машин и звуковых процессоров для одной компании, занимающейся электроникой. Я ненавидел ту работу. В течение многих месяцев всё, что я делал целый день — это нажимал кнопки на этих машинах, после того как они сходили с конвейера, чтобы удостовериться, что все кнопки работают как надо. Иногда я мог прослушивать диски через эти звуковые процессоры, но работа всё равно была отстойная. Это была только подобная унылая рутина: нажать на кнопку. Посмотреть на лампочку. Удостовериться, что всё работает как надо. Следующий. Я работал на работе, которая практически ничего не заставляет делать. Мои боссы одергивали нас и относились ко всем нам, как к чернорабочим.

В дополнение к тому, что я устроился на эту работу, я снова начал пить. Снова стал недоволен своей жизнью, пошёл по той же колее, не занимаясь музыкой и находясь в депрессии. Снова. Тем временем LAPD распались и все парни двинулись в Huntington Beach, чтобы заняться чем-нибудь другим. Я не знал, что с ними в тот момент происходило, но я был так подавлен, что однажды позвонил им и спросил, играют ли они ещё вместе. Они ответили, что у них новый вокалист по имени Corey и теперь они назвались «Creep». Они сказали мне приехать, потусоваться и сходить на вечеринки с ними.

Нахождение с теми парнями, выпивка, и различные глупые вещи, помогли мне затолкнуть свою депрессию в то место, где я больше не мог её чувствовать, туда же, куда я отбрасывал всю боль в своей жизни. Я не знаю как это было, но нахождение с ними всегда заставляло меня чувствовать себя лучше, поэтому я начал тусоваться с ними всё больше и больше. Это длилось недолго, до тех пор пока Дэвид не попросил меня, чтобы я уехал с ним и нашим хорошим другом Дэнни.

Это звучало хорошо для меня, поэтому я оставил эту работу по тестированию драм-машин и уехал в Huntington Beach, вместе с пятнадцатью драм-машинами, которые я украл у компании (я сказал себе тогда, что так и надо, поскольку мои начальники плохо обращались со мной, а значит заслужили это). Когда я добрался до Huntington Beach, я подал объявление в газету, чтобы продать эти драм-машины за двести долларов каждую. Несколько парней договорились со мной, что избавятся от этих драм-машин в счёт моего проживания, так что я полагаю, что я прямо причастен к продаже украденных драм-машин. На эти деньги я прожил ещё несколько месяцев, но я никогда не чувствовал, что поступил хорошо, украв их. Я только сделал то, что как я чувствовал, я должен был сделать в то время.

Как и многие из тех вещей, который я делал.

Последующая жизнь в течение года была довольно лёгкой. Я не играл музыку вообще — только праздновал на вечеринках, тусуясь с моими друзьями из Creep, напивался, и смотрел как они репетируют. Они были довольно хороши, но я считал, что если они собирались чего-то добиться в музыкальной индустрии, то им нужна большая помощь.

Как раз в то время я переборол свой страх перед наркотой и начал пробовать некоторые новые вещи. Один из моих друзей продал мне грибы и кислоту, и я попробовал их. Мне понравилось и то, и то, поэтому они вошли в мою рутинную жизнь вместе с алкоголем в течение нескольких месяцев, пока у меня не случился второй случай паники из-за наркотиков. Я выпил грибной чай однажды вечером в квартире друга, и почти сразу же у меня начался мощный наркотический эффект. Там была группа людей в квартире и мне действительно стало казаться, что они все хотят схватить меня. Я побежал к своей тачке, чтобы попытаться уехать домой, но как только я сел в неё, мне стало казаться, что каждый автомобиль, проезжающий по улице, был командой SWAT[24], приехавшей, чтобы схватить меня. Чёрта с два, я им не дамся. Мне слишком страшно. Я лёг на передние сиденья и уставился на свой стерео. Теперь они не видят меня, и всё будет хорошо.

Но была одна проблема: мой стерео начал быстро расти в размерах. Я смотрел и смотрел на него, и чем дольше я на него смотрел, тем больше он становился, пока не начало казаться, что он стал таким же большим как сам автомобиль. В целом, я несколько часов провёл сидя в своей машине, стоящей у тротуара, и всё это время у меня происходили параноидальные галлюцинации. Когда я наконец успокоился, я решил поехать домой. Но снова у меня возникла проблема: местный коп начал ехать за мной.

Это заставило меня затаить дыхание на какое-то время. Я продолжал ехать так спокойно, как только мог, и после нескольких минут, он повернул. Я вздохнул.

Больше никаких наркотиков. Не в течение нескольких лет, а когда-либо вообще. Довольно скоро, Дэнни, Дэвид и я переехали в новое место в центре Huntington, где я жил в переднем кабинете. Я не знаю, действительно ли это планировалось как кабинет в будущем, или только маленький офис. Скорей всего это должно было быть кабинетом, поскольку вы бы не смогли поставить там стол. Это была крошечная комната с окном, и достаточным местом для двойной кровати, моего стерео, моей гитары и маленького комбика. Было примерно фут свободного места вдоль одной стены, которой не касалась кровать.