Основания русской истории - Никитин Андрей Леонидович - Страница 680

брата твоего Ростислава, и за всю братью и головы свое сложити «…» а Гюргя не хочемъ». В результате князья послушали совета «и тако отрядиша Володимера, брата свое, по веже с торкы и с кооуи и с берендеи и с печенегы, а сами поидоша къ Треполю»[Ип.,427].

Второе упоминание «коуев/ковуев» содержится в начале ст. 6670/1162 г., сообщающей, что «поиде Мьстиславъ из Володимиря полком своимъ с галичьского помочью, а Рюрикъ поиде ис Торцьского с Володимеромъ съ Андреевичем и с Василкомъ съ Гюргевичем, и с берендеи, и с куи, и с торкы, и с печенегы» на Изяслава Давыдовича, после чего действуют просто «черные клобуки» [Ип., 517].

Третье упоминание мы встречаем в ст. 6678/1170 г. в связи с тем, что Мстислав Изяславич послал «Михалка князя Дюргевича Новугороду, къ сынови, с коуи, Бастеевою чадью; и бысь весть Рюрикови и Давидови… и яста Михалка за Межимостьемъ ко Мозырю идуща; ту же льсть издея Бастии надъ Михалкомъ» [Ип., 372].

Наконец, четвертое и основное упоминание «коуев/ковуев» находится в ст. 6693/1185 г. в рассказе о походе новгород-северского князя Игоря Святославича, на этот раз выступая уже в качестве сюжетообразующего элемента. Здесь сообщается, что, поехав из Новгорода, Игорь «оу Ярослава испроси помочь Ольстина Олексича, Прохорова вноука с кооуи черниговьскими» [Ип., 63 8], которые снова всплывают в рассказе об уряжении полков: «Игоревъ полкъ середе, а по правоу брата его Всеволожь, а по левоу Святославль, сыновця его, на переде емоу сынъ Володимерь и дроугии полкъ Ярославль, иже бяхоу с Ольстиномъ кооуеве» [Ип., 639]. Когда половцы ударились в бегство, «Святослав же Олгович и Володимерь Игоревич и Ольстинъ с кооуи стрелци поткоша по нихъ» [Ип., 640], после чего «кооуи» упоминаются еще трижды в связи с их бегством: «бысь же светающе неделе, возмятошася ковоуеве полкы побегоша» [Ип., 641-642], «не бяхоуть бо добре смялися с ковоуи» [Ип., 642] и в заключении, что «съ 15 моужь оутекши, а ковоуемь мнее» [Ип., 644].

Вот всё, что известно о «ковуях», поскольку ни в одном другом летописном своде, кроме списков, восходящих к протографу Ипатьевского (Хлебниковский, Погодинский, Ермолаевский, Яроцкого, а также летописей типа Густинской, восходящих к архетипу Ипатьевской, но передающих его в сильном сокращении4), какие-либо упоминания «ковуев» отсутствуют.

4 ПСРЛ, т. 2. СПб., 1843, с. 231-232.