Алхимия Страсти. Минт и Черника - Корн Полина Владимировна - Страница 4

Догнал ее и сделал предложение.

Не понял. Она мне отказала?! Но почему? Ведь я ей понравился, вон как кожа пошла мурашками от возбуждения, говорят, женщины с короткими ножками легче испытывают оргазм и вообще более страстные…

Я крутился вокруг нее и так, и эдак, попутно вдыхая ягодные духи, сделанные из высококачественных ингредиентов. Такой черничный флер сложно сотворить, мне ли не знать! Ведь я столько мучился со своим мятным одеколоном. Капризная травка мало кому поддается, но в итоге я нашел к ней подход, а значит, найду и к Чернике.

Ай! А пшикать-то зачем?! Да еще и такой отравой. Не зря я ношу в серьге нейтрализатор внешних воздействий, копил на него два года, он постоянно защищал меня от приворотов, но от эликсира мужского бессилия впервые!

Пришлось присмотреться к женщине внимательнее. Хороша. Пухлые пунцовые губы, созданные для поцелуев, сердитый взгляд, от которого в штанах шевелится настойчивее, так и хотелось стереть с ее лица эту гневную морщинку на переносице. Я нес какую-то фигню, а сам наблюдал за ее реакцией. От слова «оргазм» у девчонки уши покраснели. Она старательно расправила волосы, чтобы никто не заметил, но от меня невозможно скрывать такие мелочи, когда я по-настоящему заинтересован в близости с женщиной.

И чем дальше, тем становилось азартнее и интереснее. Она локоть баюкала, словно тот болел, унеслась в очередь, виляя бедрами, подражая заправским соблазнительницам, вот только… сдается мне, она это делала ненамеренно. Этот испуганный взгляд, бегающие глаза фиалкового оттенка, хлопки длинными черными ресницами. Должно быть, я случайно разбередил старую травму. Сделаю внутреннюю пометку: не трогать Ягодку за правую руку, в особенности локоть.

Мимо нас пронесся малец, который сообщил о присутствии Каштана. О да, я так ждал этого часа. У меня есть чем удивить гада. Я подкрался к Черничке и заметил, что она тоже смотрит на рыжего балбеса, изрядно попившего моей крови в Академии. И взгляд у нее отнюдь не такой, какой я привык видеть от других леди: не полон восхищения и обожания алхимиком с титулом Лучшего. Она резко отвела взгляд, когда увидела, что Каштан смотрит на нее в ответ. Все ясно, Ягодка прячет боль.

Мне совсем расхотелось издеваться над ней. Да, аристократка, каких я раньше не знал. Леди с большой буквы «Л». А ведь этих двоих связывало нечто намного большее, чем можно было представить. Я помнил ту скандальную статейку про девушку Каштана. Но сейчас, глядя на нее, совсем не видел темпераментную развратницу. Она мяла в руках шелк, нервничая.

– Хочешь сделать ему больно? – Вопрос словно сорвался сам собой. Я неосознанно считал ее желание через сломленную позу. Неожиданно Черника кивнула, не стала ерепениться и протестовать, просто кивок.

А потом дала согласие на поцелуй. Которым я сразу воспользовался. И быстро понял, как ошибся на ее счет, как ошиблись газетчики и что Каштан сделал больно не только мне.

Она отвечала с неохотой, сопротивляясь, как подросток, целующийся впервые, но я так не привык. Маленькая женщина в моих руках трепетала, вздрагивая от любого прикосновения, горячая, как огонек под пробиркой, и такая же испуганная. Мне хотелось разжечь это пламя ярче, заразить своим огнем. Она сладко вздохнула, приоткрыв рот, пуская меня внутрь. Это было очень непродуманным решением, ведь теперь я мог подчинить ее своему танцу, легко лавируя вокруг кончика ее острого язычка, а еще почувствовал, как мне ее хочется. Немного наивные движения, неловкость и тихая страсть Черники по-настоящему зацепили, я давно никого не хотел так сильно, и если бы не испытание… Святой Листок!

Моя ладонь сползла на маленькую крепкую ягодицу и сжала. Я уже представил, как мог бы развести эти две чудесные половинки в стороны и…

– У тебя крайне привлекательная попка, Ягодка. Тебе говорили? – с трудом оторвался от нее. Черника явно вызывает привыкание. Нужно быть осторожнее.

Она сменила тему, старательно пытаясь не смотреть на меня. Девушка явно испытывала приступ смущения. Черт, как же мне это нравится! Давненько я не встречал невинных девиц. А еще больше понравилась недовольная рожа Каштана. Он увидел поцелуй, более того, не отрывал от нас глаз, а когда все закончилось, продолжил смотреть на Чернику, словно она его собственность, собачонка, нагадившая, где не положено. И это вызвало во мне острый приступ отвращения. Как бы алхимичке не потребовалась защита. Я-то прекрасно знаком с этой кучкой аристократов и их грязными методами.

Девчонка почти ничего не весила, миниатюрная, легонькая, как пушинка, я предложил ей посмотреть на лицо бывшего, и она согласилась. Сначала поерзала у меня на плече, вызвав во мне приступ неконтролируемого желания. Я уже всерьез начинал опасаться, как бы вся толпа алхимиков не стала пялиться на мою эрекцию в штанах, но вроде обошлось.

Каштан встретил ее убийственным взглядом, от которого Ягодке стало плохо, и она попросила спустить ее. Но я не мог сделать это просто так, не дав ей насладиться всеми последствиями сидения тугой попки на моем плече. Покраснев еще сильнее, девушка начала болтать о том, почему она здесь. Оказалось, малышка мечтает взять титул. Но не почему-то, а вопреки. Она просто не хотела, чтобы тот достался Каштану во второй раз! Что ж, в чем-то наши с ней мотивы совпадают… Вот только она не видит, как рыжий уже прошел регистрацию и теперь направляется прямо к нам. Самое время ввязаться в игру по-настоящему.

Я потянул ее за левую руку, поцеловал, вполне в духе лордов, а потом заявил о своих правах. Да, я действительно был не прочь получить с титулом сердечко этой маленькой Черничной Королевы. Но когда Каштан добрался до нас и решил вмешаться, меня уже ничего не могло сдержать.

– Эй ты! Прекрати целовать мою женщину! – заявил наглый тип, едва не метая из глаз молнии.

Тогда я с неохотой оторвался от ручки Ягодки, успев заметить, как та дрогнула, но вовсе не от страха. Распрямился во весь рост, замечая, что годы вне Академии пошли мне на пользу. Из худого затюканного пацана я превратился в высокого сильного мужчину, способного соперничать с Каштаном. В его глазах мелькнуло запоздалое узнавание, но было уже поздно.

Первый удар ладони достиг цели. Я размахнулся и отвесил пощечину прямо по скуле заносчивого придурка, отчего тот отлетел на несколько шагов назад. На щеке противника разрасталось красное пульсирующее пятно.

– Твоя женщина? Это та, которую ты прилюдно оскорбил? – переспросил, с издевкой глядя на соперника. – Уверен?

Каштан распрямился, расстегнул пуговицы на сюртуке, отбросил его прочь, оставшись в белоснежной рубахе. Пошевелил шеей, разминаясь.

Позер.

– Отчего бьешь, как баба? – попытался зацепить меня рыжий.

– Ты недостоин удара кулаком, ничтожество. Оскорбил леди, осмеяв ее в газетах, и думал, тебе это сойдет с рук?

Сбоку послышались вспышки магзамирателей. Репортеришки успели подсуетиться, и новость о драке двух аптекарей разнесется по всем статьям.

– Черника всегда была моей. Посмотри, как она трясется от страха, – хохотнул мужчина, а затем в два шага настиг меня, попытавшись наградить хуком справа. Я успешно увернулся от его жалкого удара. Он явно давно не практиковался.

– Она дрожит от возбуждения, придурок, – бросил ему и…

Наградил унизительной пощечиной с другой стороны. Теперь обе щеки Каштана напоминали две смачные красные помидорины.

– А ты Минт, верно? – Противник не собирался отступать, он посмотрел на меня исподлобья. – Я тебя помню. Ты так смешно дергал ногами, когда мы макали тебя головой в унитаз. Пытаешься отыграться, покушаясь на мою собственность?

Бессмертный, что ли? Такое говорить, когда проигрываешь?

– Эй! – Протестующий писк Ягодки утонул в улюлюканье толпы. – Я не твоя собственность, Каштан!

– А ты помолчи, женщина.

Рыжий сплюнул на землю перед собой. Еще аристократом зовется. Свинтус.

Но он помнил правду. Позорные эпизоды моего далекого юношества. Я был слишком одержим алхимией и аптекарским делом, чтобы заниматься физподготовкой, вникать в социальное устройство Академии, бороться за место под солнцем, меня занимали лишь книги и учеба. Потому и поплатился. Издевались в основном именно аристократы, в особенности троица Каштана. Чего только не творили, мерзавцы, сильно мне попили крови.