Пятница - Киппакс Джон - Страница 4

- Посмотрим, что тут есть, - сказал Кром. Он углубился в пещеру, включив свой фонарик. - Взгляни-ка, здесь несколько ящиков с продуктами! Они могут нам очень пригодиться.

Бейли подошел к нему.

- Продукты трехсотлетней давности?

- Никогда нельзя знать заранее. А это что такое?

Бейли прочел надпись на ящике:

“Радиопередатчик с направленным лучом А7, радиус действия не ограничен”.

Они посмотрели друг на друга и поняли, что думают об одном и том же.

- Предположим, он работает, - сказал Бейли, - но где мы возьмем источник энергии?

Кром посветил фонариком в другую сторону.

- А тут что?

Судя по этикеткам на десятке плотно запечатанных бутылей из непрозрачного пластика, то были элементы кислотных батарей.

- Кислотные батареи? - переспросил Бейли.

Мысль Крома работала с молниеносной быстротой.

- Да, конечно, так. Химическая реакция служила для Холланда источником электрической энергии. Если эта штука в порядке, ее можно заставить работать. Пятница, подойди-ка сюда!

Робот повиновался. Кром показал, какие ящики и бутыли он хочет достать; на нескольких упаковочных ящиках он и Бейли разложили старинный агрегат, который, по их понятиям, был невероятно громоздким.

Кром, весь кипевший от возбуждения, вдруг бросил работу, схватился руками за голову и застонал.

- Что случилось?

- Я дурак. Все это нужно поднять на плато к самому кораблю.

- Почему?

- Потому что там находится наша единственная антенна. Если Пятница отнесет все это наверх, получится быстрее, чем если бы мы сняли антенну с корабля и стащили ее вниз. Пятница, ты можешь поднять эти ящики и пронести их, скажем, восемьсот шагов?

- Я ослабел, но исполню приказание.

Кром как-то странно посмотрел на робота.

- Жалко старика, - сказал он.

- Это ведь машина, - напомнил ему Бейли.

- Но он последнее звено, связывающее нас с капитаном. За один раз все, пожалуй, не снести. Пошли.

Кром сам удивлялся тому чувству, какое он испытывал при виде Пятницы, когда тот, ковыляя, поднимался к месту, куда падала тень от корабля-разведчика. Пятница тащил на себе ящики и коробки с необходимым для астронавтов оборудованием. Крому редко приходилось иметь дело с роботами, и вид человекообразной машины, еле двигавшейся со своей тяжелой ношей, производил на него какое-то странное впечатление; а когда он заговорил с Пятницей и робот ответил ему все тем же глухим голосом, он почувствовал себя и вовсе неловко. Триста лет этой машине, триста лет пробыла она здесь, как бы дожидаясь их!

Под вечер большой старинный передатчик был собран. Батареи, залитые электролитом, бесшумно пузырились, когда Кром проверял контакты. Тонкий кабель - ввод антенны, - извиваясь, исчезал в иллюминаторе корабля.

- Ну, попробуем? - предложил Бейли.

Кром надел наушники.

- Попробуем. - Он взглянул на слегка дрожавшую стрелку. У этого передатчика мощность вдвое больше, чем у нашего; теперь сигналы должны пробиться. Многое, конечно, зависит от того, где сейчас находится “Оппи”; к тому же трудно сказать, как повлияет на передачу здешнее солнце.

Кром нажал на ключ. Вспыхнула крошечная желтая лампочка. Он вздохнул с облегчением. Затем огляделся вокруг.

Робота нигде не было видно.

- Куда девался Пятница?

- Не знаю.

- Он совсем ослабел.

- Но это же машина.

- Да, - задумчиво произнес Кром, - так оно и есть. - Он принялся крутить ручку настройки. - Вызывает Икс-2, вызывает Икс-2, - говорил он в микрофон. - Корабль-разведчик Икс-2 вызывает “Оппенгеймера”. Вызывает Кром. Совершили вынужденную посадку на Кродос-7, Кродос-7.

Он повторил это несколько раз, затем замолчал и стал прислушиваться. Ничего не было слышно… только вздохи и треск помех в маленьком динамике.

- Ну и что? - спросил Бейли.

- Пока еще рано, - ответил Кром. Он снял наушники, передал их Бейли и сказал: - Продолжай посылать сигналы, а я схожу на корабль за магнитофоном и пристрою его сюда.

Когда через пять минут он вернулся с магнитофоном, Бейли прекратил передачу. Кром записал на ленту свое сообщение и вставил ее в магнитофон; теперь они сидели, курили и пытались делать вид, будто не напрягают слуха в надежде уловить человеческий голос.

- Триста лет, - пробормотал Кром. - С трудом верится,

В динамике затрещало:

- Алло, Кром… алло, Кром… “Оппенгеймер” вызывает Крома…

Они в один голос вскрикнули и бросились к передатчику. Кром убрал магнитофон и вступил в прямую связь. Пауза продолжалась секунды три.

- Алло! Кто это говорит?

Радист “Оппенгеймера” назвал себя:

- Это М’Бала. Что случилось?

Кром принялся объяснять, но его прервал Бейли; он начал отпускать такие замечания в адрес механиков корабля-базы, что они граничили с оскорблениями.

- Но вы невредимы?

- Ни одной царапины, - доложил Кром.

- В течение двенадцати земных часов за вами будет послан разведчик № 3. Вслед за ним вылетит ремонтная бригада. Слушайте нас через десять земных часов. Понятно?

- Понял. Кончаю, - сказал Кром. Он откинулся с чувством облегчения и весь обмяк. Потом стянул с себя наушники. - Я совсем ослаб.

- Я тоже, - признался Бейли.

- Но я счастлив; мне хочется поделиться с кем-нибудь радостью. Вот что! Я отыщу Пятницу и расскажу ему. Без него бы нас, возможно, и не обнаружили.

Бейли усмехнулся.

- Правильно, так и сделаем.

Снова они поднялись к уступу и пошли вдоль него. У овального входа в пещеру лежал робот. Сигнальная лампочка у него на груди не горела.

Кром нагнулся.

- Пятница! - прошептал он.

На сей раз Бейли не стал напоминать ему, что это только машина. Кром несколько раз щелкнул активизатором - ничего не изменилось.

- Печально, - сказал Бейли.

Кром стоял подавленный. На секунду он вспомнил о скелете в пещере, потом посмотрел на робота.

- Исчезло последнее звено, - пробормотал он.

И, не вымолвив больше ни слова, зашагал вниз по склону. Бейли отправился следом за ним. Когда они дошли до золотистого берега и зашагали рядом, Кром остановился.

- Давай похороним завтра останки Холланда?

- Конечно, - сказал Бейли.

- Как ты считаешь, - нерешительно спросил Кром, - будет чертовски глупо, если мы похороним и Пятницу?