Враг Равновесия (СИ) - Юллем Евгений - Страница 44

На корабле раздался шум, гам, превратившийся в многоголосый вой. Спасенные столпились на носу, угрожающе крича и потрясая трофейным оружием, которое мы им оставили.

— Что, не нравится, голубчики? — оскалилась Нкечи. — Мне вот вы тоже не нравитесь.

— Угу, аналогично. Точно доберутся до берега в целости и сохранности? — поинтересовался я.

— Абсолютно, — подтвердила она. — Да можем остаться и понаблюдать, если хочешь.

Толпа бесновалась и выла — как же, а кормить и защищать кто будет? Спасли — значит должны! Хрен вам по всей морде, здесь не земные штаты, не будет вам вэлфера.

— Щас за борт попрыгают, а у меня рука не поднимется веслом столкнуть… — прищурился я, глядя на нос когга.

— Не попрыгают, — скривилась Нкечи. — Они — жители саванны, плавать не умеют. У них инстинктивный страх перед водой. Думаешь, почему они терпят экипажи, числом меньше себя? Страх, дикий животный ужас перед большой водой. Дополнительный элемент подчинения. Чем «просвещенные» мбвана всех рас и пользуются.

Корабль тем временем относило течением все дальше и дальше, и, наконец бросило боком на песчаный пляж. Неудавшиеся рабы издали какой-то особо свирепый охотничий вой, прямо как болельщики — кричалку с тем же смыслом «Судью на мыло!».

— Что-то мне после такого приема не хочется их забирать обратно, — поежился я. — Пусть обживаются там сами. Лачуги строят, пропитание добывают… У них вон целый транстуранский корабль для этого есть. На хижины порубят.

— Через неделю будут шелковые., — успокоила меня Нкечи. — В ногах будут валяться, лишь бы кормильцы и поильцы забрали их обратно.

— Чтобы потом при случае иссегай под ребра загнать?

— Эти могут, да, — подтвердила она.

— Да и проживут они тут до первого пирата, — покачал головой я. — А вдруг сюда заявятся?

— Вот и посмотрим, — подмигнула Нкечи. — Элтик мало кто использует. Седир Полчерепа или Блейлиж Черный Нос.

— И. естественно, ты с ними не в ладах, — утвердительно заметил я.

— Ага, — она весело сверкнула белозубой улыбкой. — Совсем.

— И, соответственно…

— Ты прямо читаешь мои мысли, Гарс, — продолжала она улыбаться, только это больше было похоже на хищный оскал.

— Ну все-таки сотня пиратов против сорока дикарей, из которых в кондиции двадцать…

— Остров идеален в плане партизанской войны, я его обследовала. Конечно, если навалятся превосходящими силами, то им крышка, но крови они попортят преследователям здорово. А то может и заставят отказаться от преследования.

— Это сказки, — фыркнул я. — Я бы бросил туда роту Легиона, особенно, тех, кто прошел со мной Черный Исток, и они их быстро перевели бы на половички.

— Ну ты — это ты, а пираты привыкли к более простым условиям, — уперлась Нкечи.

— Ладно. От питомцев-иждивенцев на время избавились, пора заняться делом.

— Пойду прокладывать новый курс до Ангеркоппена, — вздохнула Нкечи. — И да, в следующий раз я буду сразу открывать огонь. Мне больше такие проблемы нафиг не нужны.

Я только пожал плечами. Запас гуманизма, накопленный ранее, у меня подходил к концу.

Ну здравствуй, открытое море с барашками волн, свежим попутным ветром и ярким солнцем! Главное, чтобы на горизонте не появилась еще одна лайба с проблемами.

— Мы неподалеку от Ангеркоппена, — сказала Нкечи.

— Насколько близко?

— Пятьдесят миль. Четыре часа ходу.

Я прикинул в уме, насколько могу на себя рассчитывать.

— Можем лечь в дрейф и дождаться ночи, — предложила Нкечи.

— Ночи, ночи… — задумчиво пробормотал я.

Заманчиво, конечно. Если только флотилия гномов внутри. Зато имеем плюсы — ночью максимум, что мы встретим, патрульный корабль. Цепь через гавань будет поднята, а нас с черными штурмовыми парусами и под скрытом будет видно лишь с близкого расстояния.

Вот только почему я не сказал «одни плюсы». Первый минус — все-таки магическое зрение сильно зависит от освещения, так что чтобы прицелиться, нам придется подойти поближе. Это раз. А два — ну не верю я, что гномы такие дураки и не усилят охрану ночью, в том числе и не выпустят больше патрульных кораблей, они знают ее преимущество и готовы к этому. Не исключено, что у этих коротышек есть Ночное Стекло, которое если знать как, то можно изготовить с помощью магии. Были такие простые штуки из разряда «Кружок 'очумелые ручки».

Так что предполагаемые плюсы и минусы можно оставить в сторону, а подойти во второй половине дня, когда слепящее солнце постепенно клонится к горизонту и светит ровно в створ гавани Ангеркоппена. Вот как раз к вечеру мы туда и подойдем.

— Нет, ждать не будем, — принял решение я. — Полный вперед, быстрая атака. А вот свалим назад как раз под покровом ночи.

— Хорошо, — пожала плечами Нкечи. — Операция на тебе.

— Но пока ставим скрыт. Не будем сверкать мачтами перед гномами.

— Может, поднять пока гномский флаг? Они будут в заблуждении.

— До тех пор, пока не увидят, что под этим флагом идет эльфийский «летящий». Насколько я знаю, они их не используют.

— Используют или нет — я его подниму. Это даст нам дополнительные десять миль до объявления тревоги. Как только скрыт спадет, у нас будет маловато времени.

— Ставь, — махнул рукой я. — Мы пираты, нам можно.

За ложный флаг здесь тоже вешают, хотя конвенций никаких и нет. Но сейчас меня это не волновало от слова «совсем».

И вот так, подняв на мачте гномский флаг, неспешно и спокойно мы пошли к Ангеркоппену. То ли Единый, то ли все морские боги с Ктулху за компанию нам благоволили — ни одна собака нам не попалась, море было чистое. Зато я успел спокойно сделать два Посмертия, плетения вышли идеальными. Подарок готов.

Заложив их под обтекатели ракет, я поплевал на руки и отправился на камбуз выпить хлебный напиток «Куассо», рецепт которого я дал коку. Квас получился на славу, в нос шибал.

— По носу Ангеркоппен, — известила Нкечи.

Да мы и сами это видели. Белоснежная крепостная стена, окружавшая город с моря, была великолепна. Все-таки гномы, помесь немцев и японцев моего мира, были хороши как инженеры и строители. Как только подумаешь, сколько времени, сил и материала ушло, чтобы отгрохать закрытую гавань за крепостной стеной… В общем, молодцы. Придется вам отстраиваться еще раз.

— Дистанция? — спросил я

— Восемьдесят кабельтовых, — ответила она.

— Подходит, — кивнул я.

— Ветер хороший, — по старинке послюнявила палец Нкечи. — Ну что, пора?

Я тоже измерил скорость ветра таким же способом.

— Начинаем.

— Убрать паруса! — скомандовала Нкечи, и «Легионер», потеряв ход начал медленно дрейфовать по воле ветра.

— Держи курс на ветер, — сказал ей я.

— Да, пожалуй, — сказала она. — Якоря в воду!

За борт полетели парусиновые конусы плавучих якорей, и судно заметно притормозило.

— Пошли, — сказал я своим помощникам.

Вот тут уже как получится, я мысленно перекрестился. Надел тяжелую сбрую, взял два прицела с примотанной веревкой, и…

Надулся парашют по типу прогулочного из тонкого брезента, приобретение Нкечи. И меня буквально выкинуло с юта, подняв над водой. Главное теперь — чтобы ветер не стих.

Я поднимался и поднимался, подтягивая стропы и ловя ветер. Лодка ли, ветер — все равно, главное — набегающий поток воздуха. А подобные способы аэроразведки часто использовали на земле — вспомнить хотя бы те же немецкие гиропланы на подводных лодках. Только вот мне не надо столько висеть в воздухе, главное подняться метров этак на сто или повыше…

Сверху открывался прекрасный вид. Да, город был что надо. Куда там Тарисо… Ровные кварталы, большие дома из того же белого камня. А вот в центре та самая легендарная гномская шахта, торчит уродливой серой нашлепкой непонятно какого гриба — сразу видно, что к ней не они лапы приложили, а Древние.

А гавань-то, гавань! Да там как будто собралась проводиться регата среди клипперов. Точно, вся флотилия здесь, кворум есть. И насколько я понял, вот они, грозные гномские корабли. И верфь, на которой их строили.