Старше (ЛП) - Хартманн Дженнифер - Страница 55

Все его убедительные доводы и благонравные планы стали фоновым шумом. Отдаленный, бессмысленный гул. Ничто не могло сравниться с этим чувством. С этим падением.

Он наклонился ближе, выдыхая бессмысленные слова мне в рот.

— Я не должен был приводить тебя сюда.

— Я знаю.

Я знала, и он знал, но нас это не волновало.

Все, что имело значение, — это то, что мы были здесь. Живые и возбужденные.

Вместе.

— Почему ты это сделал? — Я прижалась спиной к двери, вытянула шею и сжала его плечи так сильно, что ногти оставили следы. Наши бедра встретились, и я почувствовала, как его эрекция напряглась под джинсами. Еще один стон сорвался с моих губ, когда я прижалась к нему и провела руками по его шее, притягивая ближе. Наши губы соприкоснулись, просто мимолетное касание, и это было как удар молотка по нашей судьбе.

Любой из выбранных нами путей был похож на смерть, но эта смерть была слаще.

Я видела, что его решимость иссякает, чем дольше мы сдерживались.

Рид крепко сжал челюсти, щеки пылали от подавляемых чувств.

— Мне нужно было быть рядом с тобой. Смотреть, как ты спишь, как дышишь.

— Живу, — выдохнула я.

— Именно так.

— Жизнь нужно жить. — Мой голос дрогнул, когда я повторила его слова, сказанные мне в ту первую ночь на озере. — Если ты живешь не так, как хочешь, то какой в этом смысл?

Наши лбы соединились, его рот находился на расстоянии вздоха.

Смелость пронзила меня, когда я приподнялась и провела языком по его нижней губе.

— Пожелай мне спокойной ночи, Рид.

Он уставился на меня, задержав дыхание.

Мир исчез.

Все причины забылись.

Страстное желание победило в этой войне. Искушение стало призывным кличем, ревущим в наших ушах.

Он сорвался.

Какую бы черту он ни провел на песке, ее смыло приливом, и он набросился на меня.

Прежде чем я успела что-либо сообразить, его руки обхватили мои бедра, прижали к двери, и наши рты столкнулись.

Да.

Ошеломленный крик застрял в моем горле, я схватила его за волосы, втянула его язык в свой рот и прижалась к его эрекции. Стон пронесся сквозь меня — его, мой — когда он сжал в кулаке мои спутанные кудри, а мое платье задралось до бедер, и я скрестила лодыжки у него на пояснице.

Облизывая каждый дюйм моего рта, он отстранился только для того, чтобы расстегнуть молнию на спине, стягивая платье вниз по моему телу, пока не обнажилась грудь.

Мой стон эхом разнесся по пустой квартире, когда его рот сомкнулся вокруг моей груди и сильно засосал ее, его зубы прикусили мой сосок, прежде чем он переключился на другой.

— Рид… Боже…

Ногти впились в его затылок, мое тело билось о его в поисках трения. Я едва не вырвала его волосы с корнем, когда он облизал мой сосок, превратив его в тугой бутон, и жарко стонала, пока он поглощал меня. Влага смочила мои бедра, просочившись сквозь кружевное белье.

Мне нужно, чтобы он был внутри меня.

Рид развернул меня от двери, пронес через гостиную и опустил на голубой коврик, расстеленный на ковровом покрытии. Я выпуталась из платья и нижнего белья, пока он вынул ремень из петель, расстегнул молнию и спустил джинсы и боксеры вниз по бедрам, освобождая их. Он забрался на меня, и в тот момент, когда наши рты снова слились в коктейль из влажных языков, прикосновений и укусов, я протянула руку вниз между нами и сжала в кулаке его член.

Огромный, твердый, пульсирующий в моей руке.

— Черт, — выругался он с хриплым стоном, оторвавшись от моего рта и зарывшись лицом в мою шею.

Я гладила его вверх и вниз, головка скользила возле моей киски, когда он двигался в моей ладони, его мускулистые руки опирались на пол по бокам от меня.

Затем он спустился вниз по моему телу.

Раздвинул мои колени.

И погрузил свой язык между моих ног.

Мои бедра дернулась навстречу его рту, и я издала громкий стон, а Рид обхватил меня руками, чтобы удержать на месте.

Звуки, которые он издавал, поедая меня, — животные, голодные, ненасытные.

Если бы он растянул меня еще шире, то разорвал бы на две части.

Я вцепилась в его волосы, мои бедра вздымались вверх, я умоляла, задыхалась и стонала, содрогаясь от каждого неистового толчка его языка.

Никто и никогда раньше не делал со мной такого.

Все внутри меня тут же наполнилось первобытным, диким чувством, которое зародилось в моем лоне и залило горячим, ослепительным звездным светом все тело до кончиков пальцев ног. Я взлетела над ковриком с резким криком, упираясь пятками ему в спину, когда в глазах у меня потемнело и мир исчез.

Он лизал, сосал, ласкал меня, пока я не рухнула под ним, дрожащая и обессиленная.

Но не успела я опомниться, как он встал на колени, схватил меня за волосы и рывком поднял на ноги.

— Отсоси мне, — прохрипел он, его подбородок и губы блестели от следов моего оргазма.

Его член был прямо перед моим лицом, толстый и пульсирующий, испещренный синими венами и с капелькой спермы на головке. Придвинувшись ближе, я обхватила его рукой и взяла в рот, а он, прижав ладонь к моему затылку, толкнул бедра вперед.

Я задохнулась, когда он вошел в мое горло и немного подалась назад, а он издал протяжный стон.

Я втянула щеки и стала сосать.

— Господи… черт, да. — Его пальцы запутались в моих волосах, сжимая их в кулак, в то время как другой рукой он поглаживал основание своего члена.

Он был слишком большим, чтобы полностью поместиться в моем рту, и моя киска пульсировала, представляя, как он будет ощущаться глубоко внутри меня. Как он заполнит меня, будет владеть мной, уничтожит меня для любого другого.

Пока я сосала, мои слезящиеся глаза смотрели на него, а руками я держалась за его мускулистые бедра. Я наблюдала, как он откидывает голову назад, как его губы приоткрываются от удовольствия.

Он посмотрел на меня через полуприкрытые веки и нежным движением убрал мои волосы со лба.

— Я могу кончить тебе в горло прямо сейчас. — Его глаза пылали, он вздрогнул и напрягся. Затем он отстранился от меня и провел головкой по моим губам. — Но мне нужно быть внутри тебя.

Соленые капельки спермы скользнули по моему языку, когда я облизала головку, кружа вокруг нее языком, пробуя на вкус и смакуя каждую каплю.

У него вырвался сдавленный стон, и Рид снова опрокинул меня на спину. Грудь подпрыгнула, ноги раздвинулись, и его тело накрыло мое.

Я знала, что он не будет нежным.

Я знала, что он возьмет все в свои руки, сделает это грубо, уничтожит меня — тело и душу. И я приветствовала каждый синяк, каждый след от укуса, каждый шрам, который он оставит после себя.

Просунув пальцы под его футболку, я лихорадочно стянула ее через голову, устраняя последнюю преграду между нами. Мы оказались кожа к коже, когда он навалился на меня сверху, быстро поцеловав еще раз, его член дразнил мокрые складки между моими бедрами. Он прикусил зубами мою нижнюю губу и потянул, я вскрикнула, царапая ногтями его спину.

Приподнявшись, Рид обхватил мои колени обеими руками и толкнул их вперед, так что я оказалась полностью открыта перед ним. Его глаза опустились вниз, скользнув по моей набухшей киске. Розовая и блестящая, она жаждала принять его.

Тяжело дыша, он обхватил свой член и несколько раз провел по нему кулаком, глядя на мою киску. Одна рука с побелевшими костяшками все еще сжимала мое колено, когда он толкнулся в меня, всего на дюйм, мучительно медленно. Рот Рида приоткрылся, он смотрел, как мы соединяемся, как я растягиваюсь и подаюсь навстречу его толщине. Кончики моих пальцев впились в коврик по обе стороны от меня, и я задыхалась, находясь на грани очередного оргазма еще до того, как он вошел в меня полностью.

— Господи, Галлея… — Выдавив мое имя, он наклонился надо мной, упершись одной рукой в коврик, вышел, а затем снова скользнул обратно. — Ты такая чертовски тугая.

Я почти сломалась, выгнув спину и обхватывая грудь ладонью. Мои бедра оторвались от пола, тело жадно умоляла его войти глубже.