Старше (ЛП) - Хартманн Дженнифер - Страница 82

И тот факт, что я смогла помогать тренировать людей, переживших травму, — карьерное достижение, которое совпало с моим собственным процессом выздоровления, — стал окончательным подтверждением и свидетельством моей жизнестойкости.

Ничто не давалось легко. Конечно, это было полезно и необходимо, но никогда не было легко. Первые шесть месяцев после переезда были мучительными, душераздирающими и чертовски тяжелыми. Скотти был верным другом и товарищем на протяжении всего этого времени, и хотя я пыталась превратить наши платонические отношения в нечто большее, эта связь, которая испепеляла душу и похищала сердца, так и не смогла расцвести.

Я пыталась, я действительно старалась. Но невозможно заставить себя полюбить, и моя привязанность к нему начиналась и заканчивалась дружбой.

Мы целовались. Мы ходили на свидания и гуляли по берегу моря, держась за руки. Я изо всех сил старалась подражать тому блеску, который появлялся в его глазах всякий раз, когда он смотрел на меня. Но ничего, кроме благодарности и теплого чувства, никогда не пробуждалось во мне.

Скотти был понимающим, настоящим другом. И год назад он повстречал девушку по имени Энджела, и у него началась своя собственная история любви.

Я надеялась, что его история закончится более счастливо, чем моя.

— Я думаю об устрицах и океанских волнах после работы, — сказал Скотти, прерывая мои грезы. — Эндж может пригласить друга. Пойдем вместе?

Я прочитала последнее письмо и распечатала его, чтобы не забыть назначить консультацию.

— По-моему, звучит неплохо.

— Ты ненавидишь устрицы.

— Это не так. Просто мне нужно зажимать нос, когда я их ем, чтобы не чувствовать их запах.

— Намажь их арахисовым маслом.

Мои нахмуренные брови сражались с суровым взглядом. Это была грозная битва.

— Я тебя ненавижу.

— Меньше, чем арахисовое масло. Я буду считать, что выиграл, когда увижу это.

— Когда ты сделаешь предложение?

— Кстати, насчет этого. — Он прижал руку к сердцу и мелодраматично вздохнул. — Ты дополняешь меня, Галлея. Выходи за меня замуж.

Я ухмыльнулась и швырнула в него розовым ластиком, наслаждаясь тем, что он попал ему в нос и заставил вздрогнуть.

Он прочистил горло.

— Отлично. Как только Эндж перестанет отпускать язвительные замечания по поводу брака, я сделаю это. — Он еще раз тяжело вздохнул, скорее побежденно, чем театрально. — Это очень мешает моим планам. В частности, плану в форме кольца, лежащего в ящике моей тумбочки.

— Действительно мешает. — Я повернулась обратно к компьютеру и постучала карандашом по подбородку. — Но не волнуйся. Ты спрятал улики в самом неприметном месте. Она никогда, ни за что не найдет его там, так что твой секрет в безопасности, и она ничего не узнает.

— Ты такая язва.

— Именно поэтому мы дружим.

Мы обменялись тайным рукопожатием. Потому что нам было по семь лет.

Наш разговор прервало пиканье мессенджера, когда я переключилась на свой личный аккаунт. На моем лице появилась счастливая улыбка, и я повернулась лицом к компьютеру, уже зная, кто это.

Я потянулась к мышке, и моя ухмылка стала еще шире.

Тара: Познакомилась с этим парнем в чате. Его имя — Bloodymorrow187. Теории?

Я: Хм. Завтрашний день будет весьма мрачным, и у него есть 187 ножей в гараже для убийств, чтобы доказать это.

Тара: Нет.

Я: Может, он британец. Это будет занудство 187 уровня, черт возьми!

Тара: Ты такая странная.

Я: Не такая странная, как британский серийный убийца, который ухаживает за тобой по интернету.

Тара: BRB20, он мне пишет.

Тара исчезла на двадцать минут, прежде чем я получила уведомление о новом сообщении. Я открыла окно чата и пролистала его.

Тара: Новая информация! Его псевдоним связан с городской легендой о женщине, которую убили на улице Морроу. Ее окровавленный призрак можно было увидеть, если трижды посигналить на мосту. 187 был позывным убийцы.

Я: Я же говорила!

Тара: Черт возьми.

Я: Ты все еще разговариваешь с ним, да?

Тара:;)

Посмеиваясь себе под нос, я откинулась на спинку кресла, когда Тара снова исчезла, затем закрыла чат и переключилась на наш корпоративный аккаунт. Тара и Джош расстались полюбовно десять месяцев назад, так что она была в поиске, втягивая меня в свои многочисленные приключения с парнями, находясь почти за тысячу миль от меня. Тара один раз навещала меня с Уитни, и это была наша единственная встреча с того момента, как я покинула их дом, а моя пушистая золотистая подруга наблюдала за моим отъездом с края дороги, и ее отражение уменьшалось в зеркале заднего вида, но никогда не исчезало из моей памяти.

На мой двадцатый день рождения женщины Стивенсов заказали и отправили мне картину с изображением меня и Божьей коровки. Открывая этот подарок, я плакала почти так же сильно, как в день, когда получила по почте кролика «Beanie Baby» с запиской, которая до сих пор хранилась у меня под подушкой.

Я скучала по ним.

Я отчаянно скучала по ним всем.

Но интернет-чаты и переписка по электронной почте с Тарой, а также долгие, исцеляющие сердце телефонные разговоры с Уитни уменьшили тяжесть моей боли.

Я работала над собой.

Замечательный второй набросок, уже на пути к готовому результату.

Скотти вышел из кабинета, готовясь к следующему сеансу, а я прошлась по комнате, поливая растения и доставая йогурт из холодильника.

Затем вернулась к работе.

По электронной почте приходили письма от клиентов, которые переносили встречи, а также от потенциальных новых клиентов, которые искали информацию и хотели воспользоваться нашим первым бесплатным тренингом.

Я отвечала на телефонные звонки, делала заметки и потягивала кофе, закидывая в рот по ложечке черничного йогурта между делом. Когда я перевела курсор мыши, чтобы закрыть окно, пришло новое электронное письмо с темой — «Предстоящий визит».

Я замерла.

Мой взгляд задержался на знакомом электронном адресе, внутри все сжалось.

Рид.

Прошло два года, а я все еще не могла унять дрожь во всем теле. Рид время от времени выходил на связь, издалека помогая Скотти управлять студией в Чарльстоне. В основном он помогал с бюджетом и маркетингом, но сейчас мы находились на стадии проектирования нового крыла, поэтому в последнее время он стал выходить на контакт чаще.

Я открыла его электронное письмо, постукивая обеими ногами под столом и затаив дыхание.

Привет,

Я приеду в город на следующей неделе, чтобы окончательно согласовать проект с архитектором. Прилечу в понедельник. Просто предупреждаю.

Рид

Кислота обожгла мне горло.

Не то чтобы мы не общались все эти годы, учитывая, что я работала в его компании и отвечала за коммуникационные аспекты работы. Но каждый раз, когда я читала его слова или слышала его насыщенный баритон на другом конце телефонной линии, время как будто сжималось до нуля, а все мои успехи, достигнутые с таким трудом, рассыпались в прах.

Будь сильной, Галлея.

Оставайся сильной.

Я отреагировала коротким, безличным ответом, который не передал ни одной эмоции из все еще незаживших ран, вырезанных в моей душе, и закрыла окно.

Спасибо. С нетерпением ждем визита.

Галлея

В моем воображении и цветных мечтах, если бы я когда-нибудь снова увидела Рида, я была бы воплощением царственной красоты, разодетой в пух и прах, с воздушными локонами, алой помадой на губах и в самом сексуальном платье, только что снятом с вешалки. Моя походка к нему была бы замедленным скольжением соблазна и грации.