Лучший книжный парень (ЛП) - Смит Холли Джун - Страница 18

Мы еще немного поговорили о плюсах и минусах социальных сетей, пока он доставал еду из духовки и готовил закуски для нас обоих. Я стараюсь сохранять невозмутимое выражение лица, хотя в душе восхищаюсь тем, как великолепно он выглядит, как непринужденно чувствует себя на своей кухне. Я общалась с ним только в кафе, так что мне нравится видеть его в другом свете. Сидя напротив него за обеденным столом, я замечаю, что у него в зрачках есть крошечные крапинки, которые чуть темнее, чем остальные. Я очарована, могла бы часами составлять их карту.

На первое блюдо у нас тарт с запеченным перцем, баклажанами и козьим сыром, и он безумно вкусный.

— Это ты приготовил? — спрашиваю я, когда расправляюсь с первым кусочком. Я неаккуратна в еде, поэтому стараюсь не забывать о хороших манерах.

— Я.

— Очень вкусно.

— Спасибо. Рад, что тебе нравится.

— Ты превосходно готовишь.

— На какое-то время я сбился с пути. Как только я остался один, то понял, что моя жизнь стала бы невыносимой, если бы до конца своих дней питался только тостами, поэтому я поставил перед собой задачу готовить по одному новому блюду в неделю, и это возродило мою любовь к еде и кулинарии. В пабе-ресторане подают блюда классической британской кухни, так что было приятно выйти из зоны комфорта. Я просто рад, что мне есть с кем разделить это удовольствие сегодня вечером. — Мы улыбаемся поверх бокалов с вином, когда поднимаем их одновременно.

— Я буду приходить каждый вечер, если ты будешь так готовить. — Он смеется и качает головой, продолжая есть. Мне правда нравится его смешить.

— Ты часто готовишь? — спрашивает он.

— Раньше я готовила чаще, чем сейчас. Мне было очень трудно привыкнуть готовить на одного человека, понимаешь?

— Понимаю, что ты имеешь в виду. Я ненавижу расточительство, и не всегда все съедается без остатка. Часто в итоге я съедал два ужина в одиночку.

— Какое самое вкусное блюдо ты когда-либо готовил?

— Что ж, надеюсь, что это будет наше следующее блюдо.

Я пока попробовала только два блюда, которые он приготовил, и могу с уверенностью сказать, что наше основное блюдо — одно из лучших в моей жизни. Сытная лазанья, сочная, отлично приправленная, и мы оба почти не разговариваем, потому что она такая вкусная, что мы не можем оторваться от нее.

— Так, у тебя есть предложения по поводу первой книги? — спрашивает он, расправляясь со своей тарелкой.

— Вообще-то, у меня есть пара идей, дай-ка возьму свой дневник. — Я промокаю рот салфеткой и встаю из-за стола. Моя сумка с пальто в прихожей, и я пользуюсь этой возможностью, чтобы сделать глубокий вдох и еще раз взглянуть на себя в большое зеркало, висящее на стене. Прическа в порядке, макияж на месте, в зубах ничего не застряло.

У меня все в порядке. Я ничего не испорчу.

Когда я возвращаюсь к столу, Люк пододвигает мой стул так, чтобы я сидела на конце стола, а не напротив него, и я открываю свой дневник, чтобы пролистать страницы.

— Это реально круто, — говорит он, восхищаясь страницами, которые я уже заполнила. — Расскажи мне о нем.

— Это просто место, где я люблю записывать то, что прочитала, оценивать каждую книгу, делать небольшие рецензии, записывать любимые цитаты и тому подобное. Затем каждый месяц я выбираю понравившуюся книгу и пользуюсь этой страницей… — я перелистываю несколько страниц, пока не нахожу нужную: — чтобы сохранить список моих любимых книг и все, что я оценила на пять звезд.

Внезапно я чувствую себя очень неловко. Я повсюду ношу с собой свой книжный журнал, и, хотя он знает, что я люблю читать, он и не подозревает, что я настолько помешана на этом. И некоторые вещи, которые я написала здесь, немного пикантны, чтобы делиться ими на первом свидании, которое, возможно, и свиданием-то вовсе не является. Я пролистываю страницы чуть быстрее, чтобы вернуться в нужное русло.

— А вот здесь я изложила все свои идеи о книжном клубе.

— Подожди, вернись-ка назад. — Он придвигает журнал к себе и перелистывает страницу или две. — Что это?

Я хочу спрятаться под столом. Страница, на которую он указывает, как ясно указано вверху, является страницей «Мои Лучшие Книжные Парни». Страница, на которой я перечисляю своих главных героев романов, объясняю, за что я их люблю, и — и это самое ужасное — цитирую самые горячие вещи, которые они говорят в своих книгах. Я многие из них знаю наизусть, там много пошлости, и прямо сейчас я действительно не хочу, чтобы Люк читал что-либо из этого. Отчасти потому, что это делает меня похожей на влюбленного подростка, отчасти на случай, если у него сложится впечатление, что это именно то, что я ищу в мужчине. Не то чтобы я искала мужчину, но все равно не хочу, чтобы он об этом знал.

— Окей, это потрясающе. Объясни.

— Ух. — Я закрываю лицо руками. — Здесь написано то, что написано. — Я забираю у него журнал и возвращаюсь на страницу книжного клуба. — У меня такое чувство, что ты читаешь мой подростковый дневник.

— Лучшие Книжные Парни, хах. — Он отклоняется, положив руки на стол перед собой. — Интересно знать, как они выбираются?

Я делаю глубокий вдох и проглатываю свой стыд:

— По разным причинам. Иногда это связано с их личностью, иногда с тем, что они делают или говорят.

— А поточнее? — он откидывается на спинку стула, слегка наклоняя голову, и у меня возникает желание забраться к нему на колени.

— Это трудно объяснить. Просто есть книги, в которых парень действительно делает это для героини больше, чем в других. От них исходит приятная атмосфера, они заботливые, открытые и честные, полны энтузиазма, когда дело доходит до… ну, ты понимаешь.

— Нет, не знаю. — Он медленно качает головой и прикусывает губу, стараясь не улыбнуться.

— До секса. — Я неловко откашливаюсь, чтобы прочистить горло. — Вообще, я нахожу это прекрасным, что милые, добрые мужчины, которые становятся дикарями, — моя слабость. В книгах. Именно они становятся главными. Бонусные баллы, если умеют подбирать слова.

Я знаю, что Люк милый, и знаю, что он добрый, но сейчас я могу только гадать, есть ли в нем что-то дикое.

— Взял на заметку. — Он флиртует со мной? Что это значит? — Андерс есть в этом списке?

Андерс Пайнвуд — герой книги «Высоко в небе», которую я порекомендовала ему, когда увиделась с ним на прошлой неделе. Он пилот, который летает на частных самолетах по всему миру, спит со своими знаменитыми и богатыми клиентами, но всегда тоскует по лучшей подруге, с которой он почти никогда не встречается, так как не бывает дома. Я не знала, что Люк уже начал ее.

— Ох, Андерс Пайнвуд определенно в этом списке.

— Я закончил ее только сегодня днем. Какую же жизнь прожил этот человек, — понимающе усмехается он, и мне интересно, о какой сцене он думает. — Эй, ты мне солгала.

— Что? — мое лицо пылает. — В чем я тебе солгала?

— Ты сказала, что не читала порно в моем кафе, но все, что ты мне до сих пор присылала, было чрезвычайно пикантным, Кара.

— О, ничего себе, — смеюсь я, испытывая облегчение и стыд одновременно. — Хорошо, я не знала, что ты такой ханжа. Сбавлю обороты в следующих рекомендациях.

— О нет, пожалуйста, не надо. Я, скорее, наслаждаюсь этим. — Что он имеет в виду, говоря, что он наслаждается? Он наслаждается ими так же, как я наслаждаюсь любовными романами? Поздней ночью, когда моя рука составляет компанию? Мои бедра инстинктивно сжимаются, и я на мгновение перестаю дышать. — Ну, расскажи мне немного подробнее о том, чем ты занимаешься, когда не работаешь или не читаешь?

Я благодарна за отсрочку от того, что, как я теперь уверена, является флиртом. Если это, помоги мне Боженька, не флирт, то тогда, наверное, вообще никто и никогда не флиртовал со мной. Я просто сгораю от нетерпения.

— Не так уж и многим, если честно. Моя работа — одна из тех, где я постоянно придумываю идеи для своих клиентов или ищу вдохновение. Я не могу закончить работу точно в пять и перестать о ней думать. Может, у тебя с «Солнечным сиянием» то же самое?