Лучший книжный парень (ЛП) - Смит Холли Джун - Страница 25

— Добро пожаловать в «RomComrades», где сегодня мы узнали, что, согласно последним данным, продажи любовных романов в прошлом году выросли на сорок семь процентов, и мы с Лэйни спрашиваем, почему так?

— Потому что мы все порочные сучки? — подхватывает Лэйни, а я смеюсь в знак согласия. — Но если серьезно, то я больше предполагаю, что мы видим, как все больше читателей обращаются к этому жанру, пытаясь отвлечься от хаоса и конфликтов своей нынешней жизни. — Я комично выдыхаю вслух. Это похоже на личный выпад.

— Расскажи подробнее, — просит Джесси.

— Мы уже ранее говорили, что распространенная критика заключается в том, что эти книги являются антифеминистскими и отражают устаревшие стереотипы, но, если вы посмотрите на все, с чем сталкиваются женщины в данный момент: пандемическая усталость, эмоциональное выгорание, притеснения на рабочем месте и улицах, зависимость от социальных сетей, культура суеты, сравнения, трансфобия, дискриминация из-за возраста, невидимый труд, эмоциональный труд, культура питания и все остальное. Скажи мне, Джесси, кто из нас не захотел бы провести вечер за чтением романа на триста или пятьсот страниц, в котором романтический герой спасает мир, получает пулю, переворачивает всю свою жизнь из любви к нам?

Все, что она говорит, кажется совершенно логичным, и я ловлю себя на том, что киваю в знак согласия.

— У главного героя часто трудное или даже травмирующее прошлое, с которым он справляется или не справляется. Детская травма, отсутствие родителей, возможно, они горюют, им пришлось отказаться от мечты, или их мечта обернулась кошмаром, они жертвы поздней стадии капитализма, и как бы они ни старались придать этому позитивный оттенок, все не так просто.

Джесси соглашается:

— Думаю, ты попала в точку! И потом, эти романтические герои, о Боже мой. Это те люди, которые придут и скажут: «Смотри, я здесь, я хочу тебя, и я никуда не уйду». Они избавят вас от всех забот, они прислушиваются, они каким-то образом точно знают, что вам нужно, еще до того, как вы сами об этом догадались, и они всегда ставят вас на первое место. Я имею в виду, запишите меня на старое доброе «дистанцирование». Я первая в очереди.

Просто слушая это, я начинаю дрожать. Я отодвигаюсь от стола и кладу голову на колени, делая несколько глубоких вдохов. Слова «травмирующее прошлое» звучат у меня в ушах, когда я думаю о том, как много изменилось для меня, когда ушел Адам. У меня в голове была распланирована вся жизнь, и все это было просто отнято у меня в одночасье. Знаю, что с головой ушла в любовные романы, чтобы не слишком зацикливаться на расставании, но «дистанцирование»? Это то, чем я занималась? Я определенно избегала своей реальности. Я месяцами обманывала себя, что однажды он вернется ко мне.

Затем появился Люк. Потенциальный герой из романа в реальной жизни. Мы встречались всего несколько раз, но вся моя грусть улетучивается, когда я рядом с ним. Он слушает, подбадривает меня, он заставляет меня смеяться. И, судя по нашей небольшой игре на диване прошлой ночью, у меня сложилось впечатление, что он был бы очень внимательным любовником.

Это чертовски типично — отречься от мужчин, и при первой же возможности передумать. И я запала на скорбящего мужчину, который не может представить, что у него когда-нибудь снова будут отношения. И что я сделала с этой информацией? Верно, разделась и мастурбировала у него на глазах. А потом заплакала? Я никогда не смогу это пережить. Я даже не могу объяснить свою реакцию, просто надеюсь, что он никогда больше об этом не заговорит.

Если честно, я боюсь ходить на свидания. Я не думаю, что смогла бы открыть кому-то свое сердце и рискнуть тем, что оно снова будет разбито. Я сказала Люку, что у меня не хватает уверенности, чтобы быть похожей на главную героиню книги, но не то чтобы у меня было все это до того, как Адам все забрал. Как бы я ни наслаждалась прошлой ночью, дружить с Люком — самый безопасный вариант. Если бы это переросло во что-то большее, я бы всегда беспокоилась, как бы это все не закончилось. Так точно никто не пострадает.

Пытаясь сосредоточиться на своей работе для нового книжного клуба, я чувствую, что не могу сделать следующий шаг. Когда я понимаю, почему, у меня вырывается стон. Я беру телефон, чтобы написать Люку.

Кара: Мы все еще не выбрали книгу

Люк: Выбирает хозяйка. У тебя отличный вкус

Кара: Я подумаю. И ничего, если мы назовем его книжным клубом «Солнечное сияние»?

Люк: Конечно

Люк: Кстати, я тоже влюбляюсь в Мэттью Брейвермана. Какой же он красавчик, х

Глава 14

Люк

Понимаю, почему «Любовь до отвращения» — любимая книга Кары. Между Мэттью и Брайони царит фантастическая химия, хотя они и притворяются, что ненавидят друг друга, но для любого, у кого есть глаза, их насмешки и подстрекательство — это явное сексуальное напряжение.

Когда Брайони динамят на свидании, Мэттью спасает положение, и они затевают целую игру «Враги с выгодой», которая столь же сексуальна, сколь и забавна. Не знаю, почему Брайони, кричащая «Ненавижу тебя!» и дающая Мэттью пощечину, когда он в третий раз доводит ее до оргазма, так возбуждает, но я почти не откладываю книгу и не встаю с дивана с тех пор, как Кара ушла домой этим утром.

И, конечно, я не могу перестать думать о прошлой ночи и о том, что произошло или чуть не произошло между нами. Не могу игнорировать тот факт, что я тоже чувствую себя виноватым, но, думаю, так всегда бывает, когда что-то происходит в первый раз с кем-то новым.

За всю свою жизнь у меня была только одна женщина, и я действительно не помню, какого это было — влюбиться в нее. Хизер выросла в нескольких домах от дома моей бабушки Энни, так что она всегда была в моей жизни. Она была такой же ее частью, как и моя собственная семья, дом, луг, деревья. Когда мы узнали о концепции судьбы, мы оба согласились, что именно это с нами и произошло.

У меня никогда не было такого момента, когда я был бы покорен ею. Внезапное осознание, видишь только ее, сердце выпрыгивает из груди, что-то вроде «я что, забыл, как дышать» влюбленности. О такой я только читал в книгах Кары. В которой девушка входит в офис в свой первый день в новой компании, а парень видит ее в другом конце конференц-зала и думает: «Ты создана для меня».

По крайней мере, до тех пор я не испытывал таких чувств.

Когда я впервые встретил Кару, она мне сразу понравилась. Милая, обаятельная, она, несомненно, предана своей работе и увлечена своими книгами. Но с того момента, как она пришла на ужин, у меня в груди словно взорвалась граната. Она выглядела великолепно, ее волосы были выпрямлены сильнее обычного, а полные губы накрашены нежно-розовым. Я так сильно хотел поцеловать ее, что у меня закружилась голова.

И ей было так уютно здесь, в моем доме, за трапезой и свернувшись калачиком на диване. Не было неловкого молчания, я полностью забыл о своих нервах, пока мы разговаривали. Она опускает глаза, когда улыбается, и я могу сказать, что она немного неуверенна в себе. В целом, было приятно узнать ее немного лучше, чем просто переписываться или отправлять смс, которыми мы до сих пор обменивались.

Я даже не могу объяснить, что произошло там на диване. Конечно, мы оба выпили по паре бокалов вина за ужином, но я бы и за миллион лет не смог представить, как пройдет наш вечер.

Я был полностью захвачен моментом, ею. Все рухнуло, когда она начала плакать, но до этого момента я что-то почувствовал. Сейчас я беспокоюсь, что зашел слишком далеко в этой игре «давай узнаем друг друга получше», но потом, когда я вспоминаю, о чем она меня спрашивала, думаю, что она, должно быть, была увлечена так же, как и я.

Сегодня утром, когда она сказала, что надеется, что мы останемся друзьями, мне не оставалось ничего, как согласиться. Как так может быть, что я видел, как она кончает, но даже не поцеловал ее? И теперь у меня, вероятно, никогда не будет такой возможности.