Лучший книжный парень (ЛП) - Смит Холли Джун - Страница 56

Когда мы съезжаем с двухполосного шоссе и выезжаем на однополосную дорогу, он снова заговаривает:

— Как думаешь, то, что ты была с Адамом, сдерживало тебя? Я имею в виду, в твоей жизни.

— Ого, что за вопрос. — Я смотрю на него, и он изучает мое лицо. — Ты подрабатываешь психотерапевтом?

— Извини, ты не обязана отвечать.

— Об этом тяжело думать. Наверное, в то время я думала, что была счастлива, делая все, что мы планировали. Я люблю свой дом, и он привел меня к моему бизнесу, так что я не жалею об этом, но иногда задаюсь вопросом, не упустила ли я часть своей двадцатилетней жизни.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы были неразлучны, и только когда он ушел, я поняла, что на самом деле у меня не так уж много друзей или увлечений, которые были бы только моими. Все веселились и предавались воспоминаниям, а мы просто сидели дома, смотрели телевизор или делали ремонт. Хэтти и Меган попробовали столько всего вместе, а я никогда и никуда не ходила. Уехать куда-нибудь на выходные, на фестивали, даже просто на ночевки, но я отказывалась от всего этого, чтобы сэкономить деньги или потому, что хотела быть хорошей девушкой. Оглядываясь назад, понимаю, что он бы не одобрил, если бы я что-то делала без него, поэтому я всегда сразу же отвечала «нет». Я никогда даже не спрашивала об этом.

Он молчит, давая мне время обдумать то, о чем я раньше не задумывалась.

— Я была в полном замешательстве, когда мне пришлось учиться быть одной. Я не могла спать с выключенным светом. Девочки оставались со мной целую вечность. Затем я прочитала книгу о женщине, которая избавилась от чрезмерно контролирующих отношений, и, хотя все было не так плохо, некоторые вещи откликнулись мне.

— Например, какие?

— Думаю, мне было довольно неприятно осознавать, насколько сильно я на самом деле копирую его. Вероятно, когда ты с кем-то так долго, ты действительно привыкаешь все делать по-его. Мы ходили туда, куда он хотел, ели то, что он любил. Ты обнаруживаешь, что вещи, которые значили для тебя целый мир, не имели такого же значения для другого человека. Какое-то время я сама не понимала, что думаю, как будто часть меня умерла. — Я не успеваю опомниться и морщусь. — Извини, неудачный подбор слов.

— Все в порядке, я понимаю, что ты имеешь в виду. Хизер умерла, но мужчина, который был ее мужем, умер с ней. Ты не скорбишь из-за того, что он умер, но твоя жизнь с ним закончилась, и это тоже потеря.

— Ага, — киваю я и смаргиваю слезы, готовые вот-вот навернуться на глаза. — Это ободряет.

— Это значит для меня все, Кара. Спасибо, что поделилась со мной и позволила мне выговориться.

На удивление легко говорить о таких вещах, когда я сосредоточена на вождении. Есть место для того, чтобы это прозвучало не отфильтрованным, и приятно поговорить об этом с кем-то, кто не начинает сразу же критиковать Адама, как это делают девчонки. Хотя есть много насмешек и признаков того, что он тоже не в восторге.

— То, что у нас было, не было идеальным, но не было чувства, что все сломалось. Я была потрясена. Мне правда больно, что он недостаточно уважал меня, чтобы сделать что-то, чтобы все исправить.

— Может быть, сделал.

— Что ты имеешь в виду?

— Он ведь бросил тебя. — Все еще не понимаю. — Ты когда-нибудь думала, что твоя жизнь без него стала лучше?

От одной мысли об этом у меня перехватывает дыхание.

— Господи, Люк, ты сегодня реально целишься по больным местам, да?

— Прости. Я просто в задумчивом настроении.

— Мне нужно еще подумать об этом. А как у тебя? Ты был с Хизер долгое время.

— Думаю, я вспоминаю только счастливые моменты. Стараюсь не думать о том, как временами все было ужасно, но так было только потому, что она болела, а не потому, что у нас были плохие отношения. Это не то же самое, что твоя ситуация, если это имеет смысл.

— Имеет.

— Знаю, что ты имеешь в виду, когда говоришь, что твоя личность полностью сосредоточена на другом человеке. Мы были такой командой, всегда были вместе, что как будто не хватает части меня. От меня осталась только половина. Кому нужна будет моя половина?

— Люк, даже твоя половина потрясающая, — говорю я, не задумываясь. — Жаль, что мне не удалось с ней познакомиться. — Затем он замолкает, и я думаю, что на какое-то время этого разговора, пожалуй, хватит.

Мы направляемся в небольшой приморский городок, и я нахожу тихую парковку недалеко от пляжа. Пока я расплачиваюсь за парковку, Люк собирает наши вещи и одно из моих покрывал для мебели с заднего двора.

— Голоден? — спрашиваю я, проходя мимо магазина с рыбой и жареной картошкой на набережной. Он кивает, я делаю заказ на двоих и читаю объявления с доски объявлений, пока мы ждем рыбу. Потерявшаяся собака, найденная связка ключей, услуги Ирен по глажке одежды. Я соглашаюсь на соль и уксус, и мы снова отправляемся в путь, держа в руках теплые свертки. Отходим немного подальше от входа на пляж, хотя здесь достаточно тихо, чтобы нас не окружали люди. Люк расстилает покрывало, мы садимся и едим. Морской бриз бросает мне волосы на лицо, и я завязываю их сзади, хотя, к счастью, он недостаточно сильный, чтобы поднимать песок.

Я обожаю есть рыбу с картошкой фри на берегу моря, хотя, хоть убей, не могу вспомнить, когда в последний раз это делала. Когда я была маленькой, мы несколько раз ездили отдыхать дальше по побережью. Мы с Адамом иногда совершали однодневную поездку в теплую погоду, когда пляжи были переполнены. Я всегда возвращалась домой липкая, искусанная и обгоревшая. В такой прохладный день, как сегодня, здесь как-то приятнее.

Волны разбиваются о береговую линию, и я отключаюсь, чувства захватывают меня под воздействием гипнотического наплыва и отката. Я так до конца и не определилась, нахожу ли море пугающим или успокаивающим, таким постоянным и в то же время непредсказуемым. Полагаю, сильные вещи могут быть и тем, и другим. Океан, мозг, чувства. Меня тянет к этому, несмотря на страх.

Поев, я сбрасываю обувь и встаю на ноги.

— Помочим ножки? — я протягиваю руку, чтобы помочь Люку подняться, но он качает головой. Подбираясь к кромке воды, я стараюсь аккуратно ступать по колючей гальке. Конечно, на улице холодно. Я не настолько смелая, чтобы войти в воду, но я позволяю ей плескаться у моих ног и наклоняюсь, чтобы смыть жир с рук.

Помню, как в детстве я копалась во влажном песке большим пальцем ноги, зачерпывая большие комочки, восхищаясь камешками, ракушками и крошечными сокровищами, которые я там находила. Мне нравится, что пляж возвращает нас в детство. Не могу не чувствовать себя здесь маленькой и игривой. Через некоторое время рядом со мной появляется Люк.

— Хочешь прогуляться?

Мы направляемся на север вдоль кромки воды, и я все время оглядываюсь назад, чтобы увидеть, как вода поглощает мои следы, когда она отступает в море. Я была там секунду назад, а уже в следующую все исчезало. Это учит принимать данность. Я насчитала три корабля далеко в море, понятия не имея, откуда они пришли и куда направляются.

— Нравится море? — спрашиваю я, нарушая тишину.

— Конечно.

— Море делает меня тихой и задумчивой. Когда я рядом с ним, не могу думать ни о чем другом.

— Похоже, сегодня как раз подходящий день, чтобы ни о чем не думать.

— М-гм, — соглашаюсь я. — Это было отличное предложение для нашего дня приключений. Спасибо. — Я, не задумываясь, беру его под руку, но он не отвергает это действие. Вместо этого он прижимает свой локоть ближе, а вместе с ним и меня.

— Адам смешил тебя? — Его вопрос возник из ниоткуда. Уверена, что он должен был меня смешить, но не могу вспомнить, когда именно.

— Нет. — Я качаю головой и растягиваю губы в натянутой улыбке. — Долгое время.

— Знаешь, — он делает паузу и тяжело вздыхает, — когда Хизер умерла, она заставила меня пообещать ей три вещи, и одна из них заключалась в том, что я буду смеяться каждый день. Думаю, это одна из тех вещей, которые легко упустить из виду в жизни.