Хоккейная сделка (ЛП) - Граната Кристен - Страница 15

Я снова стону:

— Как это поможет принять решение?

— Просто делюсь фактами, детка, — Селеста сжимает мое колено. — Тебе нужно только решить, стоит ли сто тысяч долларов того, чтобы сковать себя узами брака. Ведь даже если не выходишь замуж по любви, ты должна отдаться этому полностью. Должна сделать так, чтобы все выглядело подлинно, а это означает играть роль преданной жены. И я знаю, что это не то, что тебе по душе.

Я хмурюсь:

— Я просто… не знаю, смогу ли это сделать. Я никогда не видела себя в роли жены.

— Может быть, потому, что еще не встретила подходящего человека. Или, может быть, брак — это не твое, и это тоже нормально.

— А ты?

— Я никогда и ничему не говорю «никогда». Не знаешь, куда тебя забросит жизнь, как будешь расти и меняться или кого встретишь.

Я киваю, давая словам Селесты проникнуть в сознание.

Она толкает меня плечом.

— Как думаешь, ты смогла бы пойти на такое?

— Как долго нам пришлось бы быть в браке?

Она крутит длинную прядь рыжих волос на указательном пальце.

— Это зависит от завещания дедушки. Адвокату Алекса пришлось бы изучить детали. Достаточно долго, чтобы все выглядело подлинно, я думаю.

— Что за человек так поступает со своим внуком? Он умирает. Какое ему дело до того, что произойдет с виллой?

Селеста хмыкает.

— Мои родители продали бы меня в обмен на виллу. У некоторых из нас дерьмовые семьи.

Я поднимаю руку над головой.

— Аналогично.

— Дай угадаю, — она делает глоток кофе из кружки на тумбочке. — У тебя проблемы с отцом. Он ушел, когда ты была маленькой, и теперь не доверяешь ни одному мужчине, которого встречаешь.

Я выдавливаю из себя смешок.

— Прямо в точку.

— Но у тебя также есть кое-какие проблемы с мамой, — она закрывает один глаз. — Я бы сказала, она не очень хорошо справилась с разрывом и встречалась с кучей неудачников, которых ты ненавидела.

Я киваю.

— Впечатляет.

Она перебрасывает волосы через плечо.

— Это дар.

— Достаточно обо мне. Думаю, тебе нужно рассказать, что происходило между тобой, Джейсоном и его женой прошлой ночью. Я видела, как вы трое вместе танцевали, и, честно говоря, это было горячо.

Ее бледные щеки приобретают розоватый оттенок, когда Селеста смеется.

— Золушка не помогает Крестной Фее. Все наоборот.

— Ага, — я смотрю на нее исподлобья. — У меня тоже есть дар, и это замечать чушь.

Она поднимает взгляд к потолку и качает головой.

— Мы просто друзья. Уже давно. Они женаты, а я — третье колесо. Так было всегда, и так будет.

— Ладно, — я поднимаю руки в знак поражения, не желая подталкивать ее к разговору о чем-то настолько личном. — Что скажешь, закажем еду в номер и еще немного насладимся люксом для хоккеистов?

— Я не против.

— Итак, теперь, когда знаешь всю историю, что, по-твоему, мне делать? — черный мейн-кун, развалившись на моих коленях, не предлагает ничего, кроме большого, скучающего зева. — Спасибо за помощь, Дэш.

Мы с Селестой провели весь день, набивая животы теплой и вкусной едой, а заодно смотрели рождественские фильмы на гигантском телевизоре. Но теперь, когда я снова в квартире, наедине со своими мыслями, нужно сесть и принять серьезное решение.

Естественно, чтобы оттянуть момент, я беру телефон и пишу в групповой чат.

Я: Каково это — быть замужем, Кэсс?

Кэссиди: Ничего особенного, на самом деле…

Кэссиди: Но супружеский секс — ГОРЯЧ!

Кэссиди: Кажется, ты скоро сама об этом узнаешь.

Селеста: О черт. Ты решила выйти замуж за Крум Кейка?

Я: Не знаю. Все еще думаю.

Кэссиди: Тебе стоит это сделать.

Я: Вместо того, чтобы ходить на двойные свидания с тобой и Трентоном?

Кэссиди: Абсолютно. Думаю, это может быть действительно хорошим вариантом.

Кэссиди: Как в неком социальном эксперименте.

Я: Моя жизнь — не эксперимент.

Кэссиди: Я просто хочу выразить мысль… кажется, брак мог бы принести тебе пользу.

Кэссиди: К тому же, разве ты сможешь отказать Александру? Он такой достойный молодой человек.

Селеста: Поддерживаю. У него глаза, как у преданного пса.

Селеста: А ты обратила внимание на великолепные формы?

Кэссиди: Точно-точно. Он очень привлекателен.

Кэссиди: Хотя у Трентона они еще лучше.

Кэссиди: Извините, это писал Трентон.