Хоккейная сделка (ЛП) - Граната Кристен - Страница 17

— Здесь тише. Немногие знают, где я живу.

— Здесь определенно больше уединения, — она садится на стул у стойки. — и потрясающе пахнет. Из какого ресторана ты заказал еду?

Я бросаю взгляд на нее через плечо, когда тянусь к бокалу в шкафу.

— Я не заказывал.

— Ты умеешь готовить, Большой Парень?

— Умею, — я вытаскиваю пробку из винной бутылки с хлопком, наполняю бокал и передаю ей. — Меня научила мать. Я всегда находился на кухне, когда рос.

Она улыбается, обхватывая пальцами ножку бокала и поднося к губам.

— Ты приготовил по одному из ее рецептов?

Я жестом указываю на кастрюли, кипящие на плите.

— Спагетти с фрикадельками.

— Не может быть, — она спрыгивает со стула и подбегает к плите, заглядывая в кастрюлю, кипящую на конфорке, словно не веря. — О боже это мое любимое блюдо.

— Я спросил Кэссиди, что ты любишь.

Ее брови взлетают вверх.

— Почему просто не спросил меня?

Я пожимаю плечами.

— Хотел, чтобы это было сюрпризом.

— Не нужно было проходить через все эти хлопоты. Мы могли бы заказать пиццу.

Все эти хлопоты? Это просто ужин. Ей разве никто никогда не готовил простую еду?

— Накормить тебя — самое меньшее, что я могу сделать, если действительно собираешься выйти за меня замуж.

Она изгибает бровь.

— Ты предложил сто тысяч долларов. Этого более чем достаточно.

— Это всего лишь деньги.

— Говорит человек, у которого их полно.

— Я не это имел в виду, — я замолкаю и делаю медленный вдох. — Это серьезный шаг. Если согласишься выйти за меня замуж, вся жизнь изменится. Ты окажешься в центре внимания, и СМИ будут следить за каждым твоим действием или бездействием. Это будет сильно отличаться от той жизни, которую знаешь сейчас. И, конечно, деньги — это здорово, но я не хочу, чтобы ты думала, что это единственное, что получишь от меня. Мы вместе, и хотя брак будет фиктивным, отношение к тебе не изменится. Я сделаю все, чтобы ты была счастлива и получала все необходимое, потому что помогаешь сохранить виллу родителей. Я был бы опустошен, если бы потерял ее, а ты даешь возможность удержать виллу. Так что для меня это больше, чем сделка. Я никогда не смогу достаточно отблагодарить тебя за помощь.

Ее темные глаза скользят между моими, как будто пытаясь понять, не несу ли я чушь.

Я позволяю это Арии.

Когда она наконец говорит, ее голос тих.

— Я почти уговорила себя не приходить сюда.

— Я очень рад, что ты этого не сделала.

Я протягиваю руку и накручиваю один из ее распущенных локонов на указательный палец, не в силах удержаться от того, чтобы хоть как-то до нее дотронуться. Мне хочется обнять Арию, обвить руками и прижать к себе, чтобы она могла почувствовать, как сильно я ценю то, что она здесь. Но Ария словно пугливое животное, и я не хочу отпугнуть ее, будучи слишком напористым. Я могу быть… интенсивным. А это не то, что ей нужно. Она выходит за меня ради денег, поэтому нужно держаться на максимальном расстоянии.

Я опускаю руку и поворачиваюсь, чтобы повернуть ручку и погасить пламя под кастрюлей.

— Кроме того, ты бы пропустила восхитительный ужин, над которым я так усердно трудился.

— Восхитительный, да? — она смеется, и часть напряжения покидает помещение. — Я буду судить об этом сама. Где тарелки? Я накрою на стол.

Я провожу ее по кухне, пока сливаю воду со спагетти и перемешиваю соус. Затем мы переносим все в столовую. Элли трусит к кровати и ложится недалеко от стола.

— У тебя красивый дом, — говорит она, садясь напротив.

— Спасибо, — я наблюдаю, как Ария накручивает спагетти на вилку. — Ты говоришь это так, как будто удивлена.

— Он просто не производит впечатление типичного дома холостяка-хоккеиста.

— А какие же производит?

Ее глаза рыскают по столовой.

— Я бы подумала, что здесь живет парень по имени Дэн. Он бухгалтер или что-то в этом роде, связан с финансами. У него есть жена по имени Бренда и двое детей — Сойер и Джексон. Они возят детей на бейсбольную тренировку. Может быть, Дэн — тренер. Бренда определенно мама в родительском комитете. Она печет для всех школьных мероприятий, а Дэн по воскресеньям играет в гольф.

Я моргаю.

— Как-то подозрительно конкретно.

Она ухмыляется, поднимая вилку ко рту.

— Как я уже сказала, это место — совсем не холостяцкая берлога.

Она не так уж далека от истины.

Это идеальное время рассказать о Джулиане…

— О боже, — Ария прижимает руку ко рту, жуя. — Так чертовски вкусно. Святое дерьмо.

Мои брови поднимаются.

— Да? Тебе нравится?

Она разрезает фрикадельку пополам и заталкивает в рот вместе со спагетти, которые все еще там.

— Не могу поверить, что ты это приготовил. Лучший соус, который я когда-либо пробовала.

— Рад, что тебе нравится, — я с удовольствием наблюдаю, как Ария стонет над приготовленной едой, гордость распирает грудь. — Но чего я не понимаю, так это того, из всех блюд, которые существуют на свете, почему спагетти с фрикадельками — твое любимое?

Она накручивает на вилку еще одну порцию спагетти.

— Мама никогда не готовила, разве что замороженную пиццу или что-то такое, что можно было подогреть в микроволновке. Но я видела по телевизору, как семьи собираются, чтобы вместе поесть, и казалось, что они всегда едят большую миску спагетти. Просто выглядят… счастливыми. И думаю, что это то, чего у меня никогда не было — большой семьи, обедов домашнего приготовления. Отец отдыхал со своей настоящей семьей, а мы с мамой ели рамен13 каждый вечер.

Я глотаю, кладя вилку на стол.

— Сочувствую, что он оставил вас.

Она пожимает плечами, как будто ее это не волнует.

— Он лживый кусок дерьма. Я рада, что отец ушел, прежде чем с ним познакомилась.

Я никогда бы не смог поступить так с Джулианой. Меня тошнит от одной мысли об этом.

Она прочищает горло, возвращая меня в настоящее.

— Итак, как долго нам придется быть в браке? Я разговаривала с Селестой, и она сказала, что брак должен быть достаточно долгим, чтобы выглядеть законным. Но кто определяет, что законно?

— Я не уверен, — я снова беру вилку. — В завещании ничего не говорится о том, как долго я должен находиться в браке. Просто говорится, что должен быть женат, чтобы получить виллу. Так что думаю, это нам на руку.

Она кивает, жуя.

— Думаю, шести месяцев-года будет достаточно. Всегда слышишь о том, как знаменитости быстро женятся и разводятся.

Я давлюсь куском спагетти.

— Ты готова быть со мной на протяжении этого времени?

— Ты же не хочешь, чтобы дедушка отказался от условий?

Она отхлебывает вино, прежде чем продолжить.

— Мы должны показать ему, что серьезно настроены. Ты получишь виллу, и он ничего не сможет с этим поделать. Нужно играть по-крупному или не играть вовсе.

Уголки моих губ растягиваются в улыбке.

— Вот она — моя язва.

Она закатывает глаза и прячет улыбку за бокалом с вином.

— Честно говоря, я делаю это исключительно из эгоистичных соображений. Сто тысяч и такая домашняя еда, как эта? Год будет каплей в море.

Я смеюсь.

— Ты должна сообщить, какие другие блюда тебе нравятся. Я позабочусь о том, чтобы холодильник был полон, пока я на выездных играх.

— Мне придется ездить с тобой на выездные игры? — она покусывает нижнюю губу. — Не знаю, как часто смогу отпрашиваться с работы.

Я подаюсь вперед, опираясь локтями на стол.

— Делай то, что в твоих силах. Я был бы рад видеть тебя там, будь то выездная или домашняя игра. Но если не хочешь, то ничего страшного.

Она крутит ножку бокала, глядя на него.

— А как насчет сна? Мы будем делить одну кровать?

— У меня хорошая гостевая комната. Вообще-то, их несколько. Ты можешь выбрать любую и чувствовать себя как дома. У тебя будет своя собственная ванная комната и столько личного пространства, сколько захочешь.

— Хорошо, потому что… — она делает паузу и поднимает указательный палец. — Ты это слышишь?