Хоккейная сделка (ЛП) - Граната Кристен - Страница 36

Александр

Джулиана выбегает из дома, как только замечает, что мы заезжаем на подъездную дорожку.

Улыбка озаряет лицо Арии на пассажирском сиденье, и это первый проявленный ею признак эмоций за все утро. Она молчала, пока мы паковали коробки во внедорожник, и не говорила почти ничего, кроме как шептала слова утешения Дэшу, сидящему в переноске.

И от этого ужасно не по себе, как будто я принуждаю Арию жить со мной, несмотря на то, что она сама выбрала это и получает компенсацию.

Сработает ли план?

Поверит ли дед в эту бутафорию и оставит нас в покое?

Как Джулиана переживет, когда Ария съедет?

Моя дочь подпрыгивает на босых ногах на подъездной дорожке, ожидая, когда Ария выйдет наружу. Она очень хотела познакомиться с Дэшем, и я не могу не усмехнуться, когда та заглядывает внутрь переноски, которую Ария держит перед ней.

— Он такой красивый, — шепчет Джулиана.

Ария приседает перед ней.

— Сейчас он немного напуган. Ему может понадобиться некоторое время, чтобы привыкнуть к новому жилью.

— Тогда я смогу подержать его?

— Тогда ты сможешь.

Джулиана тянет Арию за руку, когда та встает.

— Пойдем. Мы должны показать тебе сюрприз.

— Подожди, малышка, — я открываю багажник, обойдя машину. — Сначала устроимся. А потом можно будет показать главный сюрприз.

Джулиана визжит, ее крошечные руки сжимаются в кулаки.

— Скорее!

— Держи ее подальше от комнаты, Энни, — кричу я, пока та стоит и ждет в дверном проеме.

Энни ухмыляется.

— Обязательно.

Я переношу все внутрь и складываю вещи Арии в новой комнате. Я размышлял, какую из трех гостевых комнат отдать, и в итоге остановился на той, которая находится дальше всего от комнаты Джулианы. Иногда она просыпается от кошмара или зовет меня, если ей страшно, и мне бы не хотелось, чтобы Арию будили среди ночи.

Глаза Арии бегают по комнате, когда та ставит переноску с Дэшем на кровать.

— Надеюсь, все в порядке, — я чешу затылок. — Можешь украсить ее как хочешь. Повесь на стену картины или поменяй покрывало.

— Все хорошо и так, — Ария смотрит на меня, и кажется, что в первый раз за весь день. — Не волнуйся.

Я вздыхаю и качаю головой.

— Я…

— Пора показать сюрприз! — Джулиана врывается в комнату и подпрыгивает на кровати, прижимая нос к металлической дверце, отделяющей ее от Дэша. — Привет, малыш! Ты такой красивый. Какой ты мягкий. Не могу дождаться, когда смогу тебя подержать. Элли тоже хочет с тобой познакомиться. Надеюсь, вы подружитесь, а не будете как Том и Джерри.

— Джулс, — я опускаюсь на колени. — О чем мы говорили? Ты не можешь врываться в комнату Арии. Сначала нужно постучать.

Большие глаза Джулианы взлетают к Арии.

— Извини.

— Ничего страшного, — Ария протягивает руку Джулиане. — Покажи сюрприз, о котором рассказывала.

Мой желудок сжимается, когда я следую за ними в коридор, предвкушение терзает нервы.

— Закрой глаза, — говорит Джулиана.

Ария бросает на меня взгляд через плечо, прежде чем подчиниться.

— Не дай мне врезаться в стену, малышка.

Джулиана хихикает.

— Не дам.

Они останавливаются перед закрытой дверью одной из гостевых комнат, и Джулиана начинает обратный отсчет от трех.

— Три, два, один, — она поворачивает дверную ручку и распахивает дверь. — Открывай глаза!

Свет льется в комнату из окон на противоположной стороне, и Ария щурится, входя внутрь.

— Это художественная комната, — объясняет Джулиана, показывая на мольберт. — Ты можешь рисовать здесь.

Я жду реакции Арии, наблюдая, как ее взгляд перескакивает от разных марок краски на деревянном рабочем столе, к десяткам кистей, стоящих в держателе, который я нашел в магазине товаров для рукоделия, к пустым холстам, сложенным у стены. Я не знал, что существует так много видов красок, и не был уверен, какие из них она предпочитает… поэтому купил все.

— Я не… — она моргает и смотрит на меня. — Я так давно не рисовала.

— Я знаю, — я сглатываю, засовывая руки в карманы. — Ты говорила, что раньше любила рисовать, поэтому подумал, что у тебя должно быть творческое пространство, чтобы заниматься этим снова. Может быть, даже создать произведение, которое когда-нибудь повесишь в собственной галерее.

Она подходит к столу и проводит пальцами по щетинкам кистей.

— Может быть, мы сможем порисовать вместе как-нибудь, — выпаливает Джулиана, и я знаю, что она сдерживала вопрос все это время.

Ария с улыбкой смотрит на нее.

— Было бы здорово. Можем купить тебе маленький мольберт.

Улыбка на ее лице становится еще шире.

— Хорошо!

Ария вызвала эту улыбку на лице дочери, и черт возьми, это что-то делает с моим сердцем.

Я протягиваю ей руку.

— Пойдем, Джулс. Ты можешь помочь мне с обедом, а пока позволим Арии распаковать вещи.

— Я могу помочь распаковаться.

Я отвечаю прежде, чем Ария успевает что-то сказать.

— Дай ей немного пространства, чтобы разложить свои вещи. К тому же, Дэшу нужно успокоиться.

Нижняя губа Джулианы выпячивается, но она не спорит.

— Хорошо, — я сжимаю ее руку.

Я бросаю взгляд на Арию, которая все еще рассматривает ассортимент художественных принадлежностей.

— Дай знать, если что-нибудь понадобится.

Она кивает и слегка улыбается.

Ария так и не выходит из спальни на обед, к большому разочарованию Джулианы, но ужинает с нами.

Я приготовил ее любимые спагетти с фрикадельками в качестве приветствия в нашем доме. Скорее, как благодарность за то, что она согласилась жить с нами и выйти за меня замуж, чтобы я не потерял виллу родителей.

После ужина мы знакомим Джулиану и Элли с Дэшем. Джулиана протягивает руку, чтобы дать Дэшу понюхать ее, и тот позволяет погладить себя по голове, пока не решает, что на этом все. Чего недостаточно для дочери, но она проявляет терпение. Элли — нежный гигант; она с любопытством обнюхивает кота, но не прыгает и не лает. Дэш, с другой стороны, шипит, а затем ерзает, чтобы вырваться из рук Арии, прежде чем броситься в дорожную сумку в попытке спрятаться.

— Пора смотреть кино, — Джулиана соскальзывает с кровати Арии. — Я выбрала хороший фильм о принцессах.

Я растрепываю ее кудри.

— Сначала надень пижаму.

— Можно помочь сделать попкорн?

— Конечно.

Она выбегает из комнаты, а Элли следует по пятам.

Я перевожу взгляд на Арию.

— Извини. Я знаю, что она слишком активна.

— Не нужно постоянно извиняться, — Ария пожимает плечами. — Она всего лишь ребенок.

— Понимаю, но я также знаю, что это не тот образ жизни, к которому ты привыкла, и просто хочу убедиться…

— Со мной все в порядке, Большой Парень, — она заправляет волосы за ухо. — И спасибо за комнату. Тебе действительно не стоило этого делать.

— Я хотел дать что-то, что будет именно твоим.

— Ты уже много мне даешь.

Мы смотрим друг на друга, и приходится сжимать руки в кулаки по бокам, чтобы не протянуть их и не обнять ее. Потребность в физическом контакте, когда Ария рядом, становится все более неудобной. Я годами обходился без прикосновений другой женщины, но всякий раз, когда нахожусь рядом с Арией, все, чего я жажду, — это ее объятий, ее тела рядом, ее близости.

Но это было бы пересечением черты, и я должен сохранить границу прочной.

Джулиана появляется в дверном проеме в любимой розовой пижаме.

— У тебя есть пижамные носки, Ария?

Она усмехается.

— Нет, но думаю, что мне, возможно, придется их купить.

Глаза Джулианы загораются, когда они выходят в коридор, оставляя меня позади.

Я готовлю три миски попкорна и достаю флисовые одеяла из пуфика. Джулиана занимает место рядом с Арией на диване, настаивая на том, чтобы разделить одеяло. Она практически сидит у нее на коленях, и я не знаю, как Ария к этому относится, но если она и раздражена, то не дает этому проявиться на лице.