Сердце мстителя (ЛП) - Робертс Тиффани - Страница 12

— Хорошо, седхи. Но я не буду убивать ради тебя.

— Я не прошу тебя никого убивать, зентури, — ответил Аркантус. — Мне просто нужна твоя помощь, чтобы добраться до него.

СЕМЬ

В коридоре было устрашающе тихо, когда Аркантус шел к своим апартаментам. Любой шум поглощался мягким ковром с рисунком и звукопоглощающими устройствами, несомненно установленными повсюду, что позволяло гостям отеля отдыхать, не слыша соседей.

Аркантусу это не понравилось. Тишина сама по себе его не беспокоила, но тишина в этом месте вызвала пробуждение какого-то инстинкта, который побуждал двигаться как можно тише, чтобы не нарушить это. Он не был новобранцем, пытающимся пробраться обратно в казарму после долгой ночной прогулки, или юнцом, пытающимся ускользнуть от внимания родителей после нарушения комендантского часа. Он был взрослым мужчиной, который отчитывался только перед самим собой.

Ну, перед собой и своей парой. Но ее здесь нет.

И будь он проклят, если не хотел, чтобы это было так.

Почему ему казалось, что он делает что-то неправильно?

Я нарушил несколько законов UTF и межгалактических законов и собираюсь нарушить еще как минимум несколько, но это не имеет никакого отношения к тому, что я сейчас чувствую.

С низким рычанием он ускорил шаг и потянул за воротник рубашки. Его беспокоил костюм. Он был сковывающим, удушающим, неправильным. Все это было похоже на ложь.

За последние десять лет я использовал почти две дюжины псевдонимов, но это оказалось слишком много для меня?

— Полагаю, я должен признать возможность того, что разлука с моей парой медленно сводит меня с ума, — пробормотал он. — Тем больше причин покончить со всем этим побыстрее.

Наконец, он добрался до номера, открыл дверь и шагнул внутрь. Окна, выходящие на горизонт, были затемнены, а весь свет выключен, за исключением слабого света на кухне, который только усиливал тени в остальной части номера.

Дверь за ним тихо закрылась, и Аркантус прошел вперед.

Темная фигура зашевелилась на диване, тяжело вздохнув. Хриплым со сна голосом Урганд спросил:

— Босс?

— Да, — ответил Аркантус, проходя мимо дивана и входя в кухню. — И как твой босс, я считаю, что должен заметить — взывать к потенциальному нарушителю в темноте ночи не слишком эффективное средство обеспечения безопасности.

Урганд фыркнул.

— Ты дал нам выходной.

Аркантус открыл холодильник.

— Не помню, чтобы говорил это.

— Ну, именно так я это и запомнил, а тебя не было рядом, чтобы поспорить.

— Вполне справедливо, — наклонившись, Аркантус внимательно изучил содержимое холодильника. Судя по картонным коробкам с едой, Урганд и Секк'тхи, должно быть, заказали ужин ранее. Он открыл одну из бутылок.

— Держись подальше от наших объедков, — проворчал воргал.

— Я просто смотрел.

— Это невежливо.

Аркантус нахмурился и снова закрыл контейнер.

— Этим и не наешься.

— Вот что, блядь, происходит, когда ты уходишь, не сказав, куда направляешься и когда вернешься.

— С этим не поспоришь, — сказал Аркантус со вздохом. Он проверил различные напитки, предоставленные отелем, знакома была только вода. Он остановился на бутылке с оранжевой жидкостью, на которой, к сожалению, было написано «апельсиновый сок». Комочки мякоти отделились и осели на дно. Встряхнув бутылку, он закрыл холодильник, подошел к ближайшему шкафчику и достал стакан. — Кстати, почему ты спишь на диване? Заснул, пытаясь дождаться меня?

Урганд сел и склонил голову набок, хрустнув шеей.

— Отсюда легче отслеживать угрозы.

Аркантус открыл контейнер и налил сок в стакан.

— Разве это преимущество не аннулируется, если ты спишь?

— Я чутко сплю, — воргал встал и подошел к столу у затемненных окон. На нем были только трусы, и тусклый свет не мог скрыть шрамы на теле от проницательных глаз Аркантуса. Ни один из них не был таким страшным, как у Таргена, но они иллюстрировали жизнь, полную конфликтов и битв, которые велись с трудом и не всегда выигрывались.

— Приобретенная черта характера? — Аркантус закрыл бутылку с соком и вернул ее в холодильник.

— Приобрел ее в авангарде, — Урганд остановился у стола и положил на него руку. — Если медики не были постоянно начеку, кто-то умирал. Большинство, я имею в виду.

Взяв стакан, Аркантус вышел из кухни и направился к воргалу за столом.

— Если уж на то пошло, Урганд, для меня большая честь видеть тебя в команде. А тем более, считать своим другом.

— Я понимаю, что это. Пробираешься поздно после побега, а потом пытаешься разжалобить меня приятными разговорами, — Урганд взглянул на Аркантуса и ухмыльнулся. — Все еще злюсь на тебя, седхи.

Аркантус провел языком по зубам.

— Я искренен.

Урганд усмехнулся.

— Я знаю, Арк. Ты приукрашиваешь правду двадцатью слоями модного дерьма и презрительного юмора, но не можешь скрыть свою суть.

Кибернетической рукой Аркантус указал на себя сверху вниз.

— От меня мало что осталось, кроме моей сути.

— Вот оно, — Воргал рассмеялся, но этот смех был прерван зевком. — Блядь. Кстати, сколько уже времени?

— Еще не поздно.

Прищурившись, Урганд взял что-то со стола и указал на окно. Черный оттенок исчез, восстановив прозрачность стекла.

Рассветный свет заиграл между возвышающимися зданиями, заливая гостиничный номер и избавляя его от иллюзии ночи. Урганд повернулся лицом к Аркантусу и сложил руки на груди.

— Что? Я не лгал, — Аркантус кивнул в сторону окна. — Еще рано.

— Ты невозможен, седхи.

Аркантус поднес стакан к губам и сделал глоток. Хмыкнув от удивления и восторга, он выставил напиток на свет.

— Кто бы мог подумать, что апельсин такой вкусный? И я не такой уж невозможный, Урганд. Всего навсего невероятный.

Губы Урганда приоткрылись с медленным, тяжелым выдохом, и он уставился на то, как Арк сделал еще один глоток сладкого, терпкого сока. Аркантус устремил нижние глаза на горизонт, но продолжал смотреть третьим на воргала. Он пил апельсиновый сок и наблюдал, как ярче светит солнце, как уплотняется воздушное движение, как толпы пешеходов снуют по улицам.

— Если я не съеживаюсь под взглядом Драккала, думаешь, у тебя получится лучше? — спросил Арк.

— Ты бы ничего не сказал, если бы это тебя не беспокоило.

Одна из дверей спален открылась.

Аркантус перевел третий глаз вперед и допил остаток сока, удовлетворенно вздохнув в конце.

— По вашему, я буду молчать только тогда, когда умру.

— Разговоры о смерти — это не лучший способ встретить восход солнца, — сказала Секк'тхи, подходя к мужчинам.

— Даже если смерть — наша работа?

Урганд хмыкнул.

— Сегодня тот самый день?

Поставив стакан на стол, Аркантус подошел к окну и постучал по нему костяшками пальцев. Он провел так много времени, глядя на мир через голоэкраны и стеклянные панели, глупо веря, что находится в безопасности, потому что держится особняком.

Но судьба всегда находила способ проникнуть внутрь.

Даже в безопасном комплексе он часто запирался от своих друзей, от тех, кому доверял и кого обожал. Он прятался от всего. Но это изменилось. Он изменился. Из-за Саманты. Она дала ему повод выйти из зоны комфорта. Она напомнила, что жить и выживать — это две разные вещи, и что последнее не обязательно ведет к первому.

Боже мой. Разве я не полон глубоких, мрачных мыслей этим утром?

— Нет, сегодня не тот день, — наконец ответил Аркантус.

— Можешь сказать нам что-нибудь? — спросил Урганд, проводя пальцами по волосам. — Хоть что-нибудь?

— Мой связной занимается этим вопросом. Если он не сможет найти способ, никто не сможет.

— О чем мы говорим?

— Пока не уверен, — Аркантус оглянулся через плечо. — Скорее всего, усиленная охрана, но ничего такого, что было бы неуместно в Золотом секторе. Богатые на Земле так же бережно относятся к своей частной жизни, как и богачи на нашей родине. Публичные записи его адреса заканчиваются на доме, который он делил с Самантой, но он переехал в другое место и скрывался. Даже если наша цель совсем недавно унаследовала состояние, он уже в полной мере им пользуется.