Нежеланная истинная для генерала драконов (СИ) - Огонек Тася - Страница 18

Наконец, поднявшись раньше обычного, я силой заставил себя сперва неторопливо позавтракать, затем переговорил с Этероном и только после этого отправился в архив тайной канцелярии.

Прежде я бывал здесь всего несколько раз, и то вместе с Дорианом. Секреты являлись его профилем, а не моим. Я действовал, когда тайное уже становилось явным.

Сама канцелярия располагалась рядом с дворцом, но отдельно от него. Точнее, это была только часть канцелярии, где хранились документы и куда могли принести жалобы ответственные горожане, заметившие фанатиков, или предателей. А сколько в целом у канцелярии имелось разных зданий, домов и комнат в тавернах, и где конкретно они находились знал только Дориан, да может еще император.

Добраться до места не составило особого труда. Само здание было довольно большим и красивым, пусть не настолько, как дворец – его стены украшали барельефы, портики и прочие архитектурные изыски.

Возле входа стояла статуя Гэбельса, бога ветров, считавшегося покровителем иллюзий, хитрости и миражей. Вообще, наши боги не очень любили подобное и запросто могли разрушить собственное изваяние. Но говорят, самый первый тайный советник императора лично договорился с Гэбельсом, и даже уговорил его заложить в статую божественную магию.

Правда это, или нет, я не знал. Но статуя до сих пор стояла на месте, а охранный контур здания работал без промаха.

Я миновал приветливо распахнутые ворота, на мгновенье поежившись от воздействия чужих чар. Войти сюда мог каждый, а вот выйти – только после получения специального пропуска. Причем, касалось это всех визитеров, за исключением Дориана и членов императорской семьи.

– Герцог Адриан Уайетт, – проговорил я подбежавшему ко мне сотруднику. – Дориан Харингтон должен был передать мне документы.

– Конечно, Ваша Светлость герцог Уайетт, пройдемте со мной, – с поклоном ответил тот и увел меня вглубь канцелярии.

Какое-то время мы петляли по коридорам, и с каждым шагом вокруг становилось все меньше народу. Наконец, меня привели в приемную архива, похожую на зал библиотеки, с такими же диванами, столами и теплыми светляками по стенам.

– Ваши документы, лорд Уайетт, – навстречу вышел другой сотрудник с небольшой папкой в руках. – Выносить бумаги за пределы архива запрещено, но вы можете сделать магические копии.

Я кивнул, сел за ближайший стол и принялся изучать.

Материалов было немного – записка, отчет агента и резолюция императора «Уничтожить».

Но и этого мне хватило.

Первым делом я прочитал записку. Это было сообщение какого-то купца. Один из его караванов проходил через ту деревню и его люди услышали, как местные говорили о возвращении Кэбалары.

Купец подчеркивал, что лично он там не был, и сведенья могли оказаться ложными, но он счел своим долгом сообщить.

Понятно. Так или иначе, подобные доносы иногда поступали в канцелярию, но не все они были правдивыми. Кто-то хотел подставить конкурента, кто-то разобраться с соседями… Наверно, не будь наказания за заведомую ложь, их было бы куда больше. Но каждое заявление канцелярия обязательно рассматривала.

Вот и в этот раз в деревню выехал штатный агент, однако его доклад заставил ужаснуться.

Чтобы не спугнуть местных видом чужака, агент прибыл в деревню под личиной невидимости, намереваясь снять ее, если все окажется в порядке.

Однако все оказалось вовсе не в порядке. Агент обнаружил остатки темной магии, разыскал алтарь Кэбалары в доме вождя племени, лично видел собрания фанатиков…

В общем, жители деревни даже не скрывались, видимо полагая, что раз они не входят в состав Таачийской империи, то и бояться им нечего.

Ошибались.

Решение императора, когда Дориан сообщил ему обо всем, было однозначным – уничтожить деревню вместе со всеми жителями. И для этого отправили меня.

Тяжело вздохнув, я потер лоб и откинулся на спинку кресла.

Я и прежде не сомневался в решении императора, но сейчас все равно на душе стало значительно легче.

Жители деревни заслуживали смерти за свою преданность Кэбаларе. А дети… дети были слишком малы и вряд ли успели впитать что-то от своих родителей. Тем более, что с тех пор о фанатиках не было ничего слышно. Да и сама Ингрид удивилась, когда я упомянул об этом…

Я тряхнул головой, поймав себя на мысли, что всеми силами пытаюсь найти причины не трогать истинную. Наверняка это во мне говорил дракон, ведь с точки зрения логики, Ингрид была уже достаточно взрослой, чтобы участвовать в ритуалах.

Так замешана она или нет?

– Простите, это все? Больше ничего нет? – спросил я сотрудника архива.

– Все, Ваша Светлость, – развел руками тот.

– Понятно…

Я снова взял отчет агента, пытаясь найти в нем упоминания о детях, но не нашел ничего, кроме короткой фразы «виновны все жители без исключения».

Однако агент мог просто не подумать про детей.

Было бы здорово поговорить с ним лично, чтобы все узнать наверняка, но Дориан держал имена своих полевых сотрудников в секрете. Возможно, он пошел бы мне навстречу, но для этого точно пришлось бы ждать его возвращения.

Остроты делу добавляло и то, что я скрыл от императора свой поступок. И категорически не хотел, чтобы это всплыло теперь, спустя столько времени.

Так что делать?

Отпустить истинную на свой страх просто потому, что из-за связи не смогу убить ее, или даже смотреть на ее смерть? Или пока оставить рядом, чтобы наблюдать?

Скорее, последнее.

Лучше уж подержать Ингрид вблизи еще какое-то время, чтобы во всем убедиться. Но уж точно не потому, что она меня заинтересовала, нет.

Я генерал императора, известный своим холодным сердцем. А Ингрид… Ингрид самая обычная простолюдинка, на которой по недоразумению зажглась моя метка. Да и знакомы мы всего пару дней. Слишком мало, чтобы успеть хоть как-то привязаться к человеку.

И пускай меня влекло к дикой северянке, но это было скорее звериным зовом дракона, да последствием ее необычного поведения. Подумать только, пырнула шпилькой… храбрая, хоть и безумная.

Окончательно успокоившись, я сделал магические копии документов, а после сдал оригиналы обратно в архив и вышел наружу.

После сухого воздуха канцелярии на улице дышалось особенно легко и как-то свободно. Ну а еще от того, что я убедился в собственной правоте.

Я не убийца. Так было нужно. И жители сами заслужили свою смерть.

Во дворец я возвращался, уверенный в том, что десять лет назад все сделал правильно.

Теперь следовало поговорить с Ингрид. Посмотреть на ее реакцию, послушать биение ее сердца. И ткнуть документы ей в лицо, чтобы она наконец перестала оскорблять меня.

Забавно, меня как только не называли за всю мою жизнь – и убийцей, и белой смертью, и палачом. Но отчего-то слышать это из ее уст было особенно неприятно.

Прежде чем зайти к Ингрид, я сперва заглянул к Этерону.

– Ваше Величество, – поклонился, зайдя в кабинет.

– Оставь эти реверансы, мы одни, – махнул рукой император. – Ты что-то хотел?

Выглядел Этерон не очень. Я знал, что он ждал коронации, чтобы поскорее закрепить свою власть. Но сейчас, когда все было позади, он не казался таким уж довольным. Скорее наоборот, хмурым и печальным.

– У тебя что-то случилось? – спросил, остановившись напротив его стола. – Опять проблемы с магией?

– Ты пришел, чтобы спросить об этом? – криво ухмыльнулся Этерон.

Значит, да. Странно, все должно было пройти после коронации. Впрочем, это не мое дело. Я уже знал, что Этерона нет смысла расспрашивать о чем-то до тех пор, пока он сам не будет готов рассказать.

– Нет, не совсем, – усмехнулся в ответ. – Испытания окончились, Дориан вышел на связь. Значит, я не буду нужен тебе в ближайшее время?

– Ты хотел куда-то уехать?

– Пока точно не уверен, – я пожал плечами. – Но вполне возможно.

– Это как-то связано с твоей истинной? – Этерон проницательно прищурился. – Кажется, ты хотел объявить о помолвке, но так и не объявил. И связь не разорвал. Неужели непоколебимый генерал в замешательстве?