(Не)наследницы для миллиардера, или Ты нам не нужен (СИ) - Солоницкая Маргарита - Страница 50

Но как бы то ни было, закончилось все на самом деле чудесно. Хотя нет, ничего не закончилось. Все только начинается. Наша новая жизнь с Тимом и девочками. Мой, теперь уже самый настоящий, жених купил для нас отдельный большой дом. И хотя мой любимый родитель протестовал, говоря, что места много в отчем доме, Тим решил, что нам нужно отдельное жилье. Потому что планировал большую семью. Что, в принципе, могло стать реальностью, с моими особенностями по женской линии. Да, да, в роду были близнецы.

От подготовки к свадьбе нас с Тимом отстранили полностью. Все в свои руки взяли папа и бабуля. Ну и, конечно же, тетя и, ну… ладно, дедуля. Точнее Велимир Аркадьевич. Веля и Виля тихо расписались и обвенчались, пригласив только самых близких. Точнее меня, Тима и девочек, которые просто влюбились в прабабушку и прадедушку. И те отвечали им полной взаимностью.

Что касается другого деда, который возомнил себя божеством, то он уволился и куда-то уехал. Куда именно, не знала даже бабуля. Хотя, вот тут были сомнения. Бабуля знала многое, если не все. Но она упорно делала вид, что ей ничего неизвестно. А мы с Тимом и не приставали. Видеть Марка Германовича у нас не было никакого желания. Поэтому было полной неожиданностью, когда мы встретили его спустя полтора месяца возле садика, где были наши девочки. Как раз за ними приехали.

— Ты что здесь делаешь? — недовольно спросил Тимофей.

— Простите меня, сын, Кристина, — начал Марк Германович, опустив глаза. — Но я очень хочу увидеть внучек.

— У вас нет никаких внучек, — холодно произнесла я. Ну вот действительно, совершенно не желала, чтобы мои девочки видели этого козла старого.

— Кристина, очень прошу не горячиться, — мелодично произнесла незнакомая весьма эффектная брюнетка, каким-то образом, оказавшаяся рядом с недопапашей Тимофея. Или мы просто не заметили ее.

— А вы кто? — не слишком вежливо спросила у нее. Ситуация не очень-то и располагала к этому.

— Я прошу прощения, сразу не представил, — неожиданно смутился Марк Генрихович. — Это Мира, моя жена.

— В смысле? — Тимофей удивленно уставился на эту самую новую жену папаши. Точнее уже третью.

— В самом прямом, — улыбнулся Марк Генрихович и с необычайной нежностью взглянул на супругу. А еще в его взгляде была любовь.

Очень сильно удивилась, глядя на все это. Да потому что сомневалась, что Марк Генрихович может вообще испытывать подобные чувства.

— Тимофей, Кристина, — теперь улыбнулась Мира. — Уж простите Марка. Он все осознал. Так, ведь ты все осознал? — Спросила она строго у своего мужа.

— Да, любимая, я все осознал, — кивнул Марк Генрихович. — И больше не буду вмешиваться в жизнь детей. НИКОГДА! — После будущий свекор посмотрел на нас и выдал: — Я был неправ! Позвольте, пожалуйста, увидеть внучек.

— Мы подумаем, — сухо ответила я.

— Буду согласен с любым вашем решением, — вздохнул Марк Генрихович. — Но все же хочу надеяться…

— Надейся, — холодно сообщил Тимофей. Потом спросил: — Это все?

— Нет, — Марк Генрихович отрицательно качнул головой. — Не все.

— А что еще? — Тим удивленно вскинул бровь.

— А еще я хотел бы тебя познакомить с братом, — сообщил недосвекор.

— Как еще братом? — одновременно воскликнули мы с Тимофеем.

— Вот с этим, — пожал плечами Марк Генрихович и махнул кому-то рукой. Сразу после к нам подошел высокий темноволосый мужчина. По виду ровесник Тима. Но этого быть просто не могло. Или могло? Да как так-то?

— Привет, я Ярослав, — обаятельно улыбнулся мужчина весьма знакомой улыбкой. Вот точно такая же была у Тимофея и его папаши. Да и вообще, по всем трем было сразу видно — родственники.

— Тварь! — прорычал Тимофей, жестко схватив отца за шею. — Ты маме изменял?

— Да, да, — прохрипел Марк Генрихович.

— Остановись! — прорычал Ярослав, пытаясь оттащить Тимофея от отца. — Я уже вломил ему.

— За что? — ошарашенный Тим отпустил отца и посмотрел на Ярослава.

— За то, что он, притворяясь холостым, соблазнил мою маму. И да, как только мама узнала, бросила его.

— Да, да, — повторил Марк Генрихович, потирая шею. — Я был козлом. Обманул Элину и Миру.

— Да вы и сейчас остались козлом, — фыркнула я.

— Уже ответил за это, — произнес Марк Генрихович, опустив глаза.

После этой знаменательной встречи мы с Тимом еще долго пытались осознать происходящее. Особенно то, что у Тима есть брат, практически ровесник. Потому что папаша загулял, когда мама Тимофея была в положении и очень жестко страдала от токсикоза. Ну и с Мирой, точнее Мирославой, получилось все очень быстро. Вот только сам Марк Генрихович об этом не узнал. Точнее узнал, но спустя практически три десятилетия. Он встретился с Мирой совершенно случайно. А потом уже все выяснилось.

Но как бы то ни было, так просто прощать отца Тимофей не собирался. И Марк Генрихович зря надеялся отделаться извинениями. Так что доверие ему придется теперь заслужить. Иначе никак. Что касается единокровного брата, то Тимофей быстро нашел язык с Ярославом. Мало того, братья подружились. Поэтому Ярослав и был приглашен на нашу свадьбу.

Вот и настал тот самый день, когда я, стоя перед зеркалом, внимательно рассматривала себя. И совершенно не узнавала. Да потому что выглядела сказочной принцессой. Вот уж не ожидала, что бабуля с тетушкой выберут мне такое бесподобное платье. Когда была на примерках, запретили смотреться в зеркало. Поэтому платье видела только со стороны. И результат превзошел все ожидания.

— Мамочка, мамочка! — в комнату влетели мои девочки. Тоже очень нарядные.

— Вы мои сладенькие, — улыбнулась я. — Самые настоящие принцессы.

— Ты тоже принцесса, мамочка, — радостно воскликнула Алина. — Самая красивая.

— Я красивая принцесса, ля-ля-ля, — неожиданно выдала Арина, красуясь перед большим зеркалом.

— Ах ты ж, хвастушка, — рассмеялась я и посмотрелась в это самое зеркало. А потом удивленно приоткрыла рот. Да потому что платья девочек являлись полной копией моего. Конечно, с учетом возраста.

— Мамочка, пошли, папочка уже ждет, — сообщила Алина и схватила за руку.

— Да, — вспомнила Арина, отрываясь от любования на собственное отражение. — Папочка ждет. И нас за тобой отправил.

— Конечно, мои сладенькие, идет, — улыбнулась я и мы пошли.

Торжество решили отметить в доме бабули. Уж очень живописное место было там. А сейчас еще и оформлено красиво. Ну, я так думала, потому что не видела. Меня со вчерашнего дня готовили специалисты. И вот сейчас, видя все это, начала очень сильно волноваться. Почему-то казалось, что все это происходит совершенно не со мной. Или я просто попала в какую-то другую реальность.

— Мамочка! — дернула меня за руку Арина, когда я остановилась на полпути к Тимофею, который ждал меня возле праздничной арки. Где так же ожидала и нарядная женщина-регистратор из ЗАГСа. Ну и, конечно же, все остальные родственники и близкие.

— Мамочка! — дернула меня за вторую руку Алина, когда я не ответила, продолжая стоять.

А я не знала, что сказать, потому что мне стало страшно. Вот очень страшно. Захотелось бросить все и сбежать. Вот только потом я увидела взгляд Тима, полный любви. И осознала, что даже если я сейчас позорно сбегу, откажусь от свадьбы и все такое, он поймет, не бросит и будет рядом. Всегда. На всю жизнь. Именно этот взгляд любимого мужчины поселил во мне уверенность. И я продолжила идти. Идти к нему! Потому что жизни без Тимофея теперь не представляла.

— Тинь-Тинь, я тоже чуть не сбежал, — тихо признался Тим, когда я с девочками подошла к нему и взяла его за руку.

— В смысле? — гневно зашипела я. — Куда это ты собрался?

— Ну все, пришла в себя, — рассмеялся Тимофей и поцеловал меня.

— Так, жених, рано еще для поцелуя! — строго остановила его женщина из ЗАГСа.

Тимофею пришлось подчиниться. После чего началась торжественная часть. Регистратор спрашивала о нашем согласии, является ли оно добровольным и все такое. Мы честно пытались ответить, но наши девочки решили, что главные они. И бойко отвечали на все вопросы. Мы лишь только подтверждали кивками и глупо улыбались. А гости и регистратор умилялись всему происходящему. Лишь в самом конце дочери позволили нам действовать, когда жениху разрешили поцеловать невесту. Вот тут мы и оторвались под радостные крики гостей.