Звезда Искушения (ЛП) - Кинли Т. С. - Страница 55

Я опустил её на берег возле грота. Мне не терпелось осмотреть её, чтобы убедиться, что она не пострадала. Я провёл её через расщелину, держа руку на её пояснице. Мне нужно было прикасаться к ней. Это успокоило панику, поселившуюся у меня в животе. Я чуть не потерял её. Мысль о такой возможности вызвала тошноту. О чём, чёрт возьми, я думал? Мне не следовало позволять ей «смотреть» на пиратов. Я же отлично понимал это. Но, подобно тени, которую я потерял много лет назад, моё рациональное мышление осталось позади, в поместье Дарлинг. Я не смог сказать ей «нет» и теперь боялся, что случилось то, чего я никогда не смогу исправить.

— Ты ранена? Он причинил тебе боль? — спросил я, как только мы оказались в безопасном гроте. Меня начала охватывать паника. Мне нужно было знать ответ, но я боялся, что не смогу с этим жить.

— Нет, я в порядке. Просто немного потрясена, но со мной всё в порядке, — она пыталась успокоить меня своими нежными словами, но я должен был убедиться сам. Мои глаза блуждали по её телу, пока я не остановился на пятне частично засохшей крови у неё на шее.

— У тебя кровь.

Ебать! Это моя вина, её кровь была на моих руках. Я недооценил ситуацию, недооценил ревность Лилл и то, на что она была способна. Я осторожно отвёл волосы Гвен в сторону, чтобы оценить травмы, и изо всех сил старался сдержать дрожь в руках. Я должен быть сильным ради неё. Она вздрогнула и глубоко вздохнула, когда я коснулся её затылка.

— Кровь не моя. У меня просто шишка, я разбила ему лицо затылком, и он весь был в крови. Кажется, я сломала ему нос, — быстро сказала она.

Я пару раз моргнул, переваривая её слова. Улыбка тронула мои губы, и смех сорвался с них. Она действительно была мне под стать. Пираты сильно недооценили её, и дорого заплатили за это.

— Он явно не ожидал от тебя сопротивления, — я почувствовал, как меня захлестнула волна гордости, ведь получается, никто не приставал к моей девушке. Но она не была моей девушкой. Я был чертовски уверен в этом, ведь отталкивал её на каждом шагу. И она была вынуждена заботиться о себе сама.

Я обошёл вокруг, пока не встал перед ней, чтобы установить зрительный контакт.

— Я должен был быть там. Мне очень жаль, я никогда не хотел, чтобы ты пострадала, — признался я.

Она посмотрела на меня своими мягкими карамельными глазами. В них не было ни гнева, ни обвинений, только тоска, которую она изо всех сил старалась скрыть. Я отвёл взгляд, я не заслуживал, чтобы она так смотрела на меня. Она должна ненавидеть меня и требовать, чтобы я отослал её домой. Она не должна хотеть ничего больше, чем забыть о моём существовании.

Мой взгляд упал на кремовую кожу её груди, которая теперь была покрыта едва заметными синяками. На ней уже начал формироваться фиолетовый отпечаток ладони. Я протянул руку, чтобы провести по синяку, но остановился, прежде чем дотронуться до неё. Зрение затуманилось, и я на мгновение был ослеплён яростью, которая текла по моим венам. Они всё-таки посмели прикоснуться к моей девочке.

— Он… он прикасался к тебе? — я старался контролировать свой тон. Я был на грани истерики и не хотел её пугать. Я знал ответ на свой вопрос. Я видел следы на её коже, но были ли ещё синяки, скрытые под одеждой?

— Не совсем. Пустяки. Со мной всё будет в порядке, — убеждённо сказала она, и я понял, что она сказала это, чтобы успокоить гнев, бурлящий во мне. Тревожные видения грязного пирата, насилующего мою девочку, вторглись в мои мысли. Дерьмо! Ебать! Она не твоя девушка! Эта мысль пронзила мою голову, и я почувствовал острую боль в груди. Я отстранился от неё на случай, если совсем потеряю самообладание, и начал расхаживать по пещере.

— Я убью их всех до единого, — процедил я сквозь стиснутые зубы. Мне нужно было вернуться и перебить всех пиратов, которые ещё дышали, каких только смогу найти. Здесь она будет в достаточной безопасности, пока я не вернусь, и тогда я положу месть к её ногам. Я не могу это так оставить.

Я был вырван из пучины своего гнева, когда она встала у меня на пути. Она обхватила своими маленькими ладошками моё лицо и притянула к себе.

— Питер, я здесь. Я в порядке. Теперь всё кончено.

Я почувствовал, как ярость начинает таять, когда встретился с ней взглядом.

— С моей стороны было эгоистично привести тебя в Неверленд, — признал я.

— Нет, я рада, что ты меня привёл. Время, проведённое здесь с ребятами… с тобой… это как подарок судьбы.

— Я не знаю, как ты можешь такое говорить. Я сделал так много ошибок. Я должен был знать, что Лилл поставит под угрозу всю миссию. Мысль о том, что с тобой что-то могло случиться… будет вызывать у меня чёртовы кошмары. Во всём, что произошло, моя вина, — я был сам себе противен. Я снова отстранился и плюхнулся на камни. Её близость не давала мне ясно мыслить, и я знал, что мне нужно принять несколько трудных решений. Мне нужно было всё исправить. Я должен отправить её домой. Я должен уйти сию же минуту. Но то, что я должен сделать, и то, что хотел сделать, — это две разные вещи.

— Нельзя винить себя во всём. Лилл сделала свой собственный выбор. Я не думаю, что она хотела выдать наше местоположение. Вероятно, ей просто было больно, и она действовала не раздумывая. Ты не знаешь, с ней всё в порядке? — спросила она. Я был потрясён, оторвавшись от своих размышлений. Пират чуть не изнасиловал Гвен, или, что ещё хуже, её могли убить, и всё же она беспокоилась о безопасности Лилл.

— Ты действительно слишком хороша для всех нас. Лилл относилась к тебе просто ужасно, а ты всё ещё защищаешь её, — я недоверчиво покачал головой. — Я не знаю наверняка, выбралась ли она, но парни никогда её не оставят.

— Это она причина, по которой ты меня отталкиваешь? — тихо спросила она, переводя взгляд на свои ноги.

— Лилл? — её вопрос застал меня врасплох. Как она могла подумать, что я не могу быть с ней из-за Лилл? Но уверенно могу заявить, что этот вопрос не давал ей покоя. Если бы всё было так просто. — Нет. Я забочусь о Лилл, она моя фея, но это всё. Мы друзья, а не любовники.

— Вы не любовники? Значит, у тебя не было с ней секса?

Я напрягся, услышав этот вопрос. Как я должен был объяснить наши с Лилл физические контакты? Оттолкнёт ли её эта правда ещё больше? Но разве я не этого хотел — настроить её против себя? Я потёр затылок, пытаясь придумать, как лучше ответить. Мне не хотелось лгать ей. Не сейчас, не после всего, что произошло сегодня. Поэтому я решил сказать правду:

— Ну да, у нас был секс, но единственной эмоцией была похоть. Это было просто удовлетворение потребностей и не более того. Определённо не любовь. Разве не то же самое происходит и с вами за Завесой? У тебя был секс только с мужчинами, которых ты любишь? — я перевёл вопрос на неё и увидел, как красивый румянец окрасил её щёки.

— Ну, нет, — призналась она, и я уловил нотку смущения в её тоне. Её ответ вызвал неожиданный приступ ревности. Мысль о том, что она может быть с кем-то, кроме меня, заставила мою кровь снова вскипеть. Мои мысли вернулись к парню, о котором она упоминала, когда оказалась тут. Джейми, — его имя всплыло у меня в голове. Я знал, что мне придётся вернуться к идее перейти через Завесу и покончить с ним за то, что он поднял на неё руку. Любила ли она его? Я снова подошёл к ней, желая поближе увидеть её реакцию.

— Ты когда-нибудь была влюблена, Гвен?

— Эмм… ну, я не совсем уверена, — запинаясь, ответила она. Её ответ возбудил моё любопытство. За сколькими мужчинами мне придётся охотиться по ту сторону Завесы? — А ты? — спросила она.

Мои мысли мгновенно переключились. Я влюбился в неё с первого взгляда. Её красота очаровала меня, но её самоотверженность, настойчивость, бесконечная вера в то, что мы будем жить долго и счастливо, притянули мою душу к ней. Слова застряли у меня в горле. Я хотел признаться, но что, если я упустил свой шанс быть с ней?

Я потерял рассудок, когда Венди ушла. В своём безумии я чуть не разрушил Неверленд. Но когда эта девушка бросит меня, я понимаю, что потеряю не только рассудок. Я потеряю свою душу. Смогу ли я позволить ей уйти? Неужели в прошлой жизни я совершил такие ужасные поступки, что Божество обрекла меня страдать за них в этой? Мне пришлось напомнить себе, что самопожертвование — это бремя, которое несёт настоящий герой.