Миллионы Стрэттон-парка - Френсис Дик - Страница 70

В конце концов Нил совершенно серьезно проговорил:

– Мы делали фруктовые пироги.

Аманда с упреком сказала мне:

– Телефон здесь буквально надрывался. – Она оглядела меня, я бы не сказал, что с большим беспокойством. – Надеюсь, с тобой все в порядке?

– Да, – ответил я. – Все в порядке.

– Прекрасно.

Она повела детей в дом. Я постоял около автобуса, ожидая, пока остынет мотор, потом забрался на дуб.

Остальные деревья уже прорезывались листочками, но дуб пока поджидал, соревнуясь с ясенем, чтобы последним покрыться зеленью. Я устроился в развилке налившихся почками ветвей, мои порезы все еще давали себя знать, но здесь мне ясно и спокойно думалось.

Через некоторое время из дома вышла Аманда и подошла к дереву.

– Ты чего это там делаешь? – спросила она.

– Так, думаю.

– Слезай. Мне нужно поговорить с тобой.

Я слез, хотя выслушивать ее мне совершенно не хотелось. Я сказал:

– Я боялся, что вернусь в пустой дом. Боялся, что ты с Джеми могла уйти.

У нее округлились глаза.

– Все-то ты вечно знаешь.

– Я боялся, что ты нашла себе кого-нибудь еще.

– Да, нашла.

Нельзя сказать, чтобы она произнесла эти слова с вызовом, но явно обдумала эти слова, прежде чем произнести их. Она все еще была чертовски хороша. Лучше б уж было по-другому.

– Я решила, что формальный развод с тобой, – произнесла она, – плохо отразится на детях. Ну, и… – она чуть-чуть запнулась, потом собралась с духом, – он женат, и у него точно такие же проблемы в его собственной семье. Поэтому мы будем просто часто встречаться. Можешь соглашаться или не соглашаться, решай сам, Ли.

Она ждала моего ответа.

Кристофер, Тоби, Эдуард, Элан, Нил и Джеми. Шесть резонов.

– Согласен, – сказал я.

Она кивнула, пакт был таким образом заключен, и она вернулась в дом.

В нашу спальню ко сну Аманда поднялась, как обычно, на час раньше меня, но когда я пришел, она не спала.

– Нашел развалину? – спросила она, пока я раздевался.

– Нет. Поищу еще, когда ребята вернутся в школу. Уеду на какое-то время.

– Ладно, хорошо.

Ничего в этом хорошего не было. Все было ужасно.

Вместо того чтобы расположиться за пять футов от нее, я перебрался на другую сторону постели и лег рядом с Амандой – и отдался любви с Пенелопой в Аманде, – в вихре страсти, забыв обо всем на свете. Это был такой сексуальный взрыв, какого я никогда не испытывал за все время нашего брака.

Она ответила не сразу, но потом отдалась мне с прежним пылом, и затем лежала отдельно от меня, без намека на упреки, только по-кошачьи загадочно улыбалась.

Через два месяца она сказала:

– Я забеременела. Ты знал?

– Догадывался, – сказал я. Собравшись с духом, я поинтересовался: – Это мой… или его?

– А, не бойся, твой, – уверенно проговорила она. – Он не может сделать мне ребенка. Очень давно ему сделали вазектомию.

– О.

– Возможно, это будет девочка, – невозмутимо промолвила она. – Тебе всегда хотелось девочку.

Пришло время, и она прекрасным образом родила своего седьмого ребенка. Мальчика. Я не против.