Дорогой сварливый босс (ЛП) - Вулф Джулия - Страница 12

С другого конца комнаты Майлз начал медленно хлопать в ладоши. Он огляделся, но к нему никто не присоединился, что, похоже, никак на него не повлияло.

— Отличная работа, Лизи.

Уэстон бросил на брата острый взгляд. Майлз невозмутимо улыбнулся ему, но, по крайней мере, перестал хлопать.

— Ты поедешь со мной в Калифорнию, — отрезал Уэстон. — Рената пришлет тебе подробности.

У меня сдавило легкие. Когда я заговорила, я и представить себе не могла, что мне дадут такое задание. Я только начала здесь работать, а теперь мне предстоит путешествовать?

Это было…

Лучше, чем я могла ожидать.

Тем больше причин игнорировать записки.

За исключением того, что их было не так-то просто игнорировать. Среда и четверг были похожи. На вид безобидные факты о слонах, нацарапанные на желтых листочках.

Пятнадцать лет назад эти маленькие заметки вызвали бы у меня улыбку.

Так вот, они навеяли действительно дерьмовые воспоминания.

Я все выложила Саймону и Ребекке за обедом в пятницу.

— Могу я вам кое-что сказать, ребята? — спросила я.

Они перестали есть, и их внимание сразу переключилось на меня.

Саймон повернул запястье.

— Пожалуйста, скажи.

Я судорожно вздохнула.

— Однако это должно остаться между нами.

Ребекка изобразила, что поджимает губы.

— Пока я могу говорить Сэму, я в безопасности.

Это заставило меня немного рассмеяться.

— Супружеская привилегия. Я принимаю это.

Саймон пожал плечами и развел руками.

— Единственные люди, с которыми я сплетничаю, — это вы двое. Я никому не собираюсь рассказывать. Ты можешь доверять мне, Лиз.

Я хотела иметь возможность доверять этим двоим. Моя уверенность в себе была поколеблена Патриком и его приятелями, которых я тоже считала своими друзьями, но я не позволила бы тому, что они сделали, помешать мне наладить связи с другими людьми. Саймон и Ребекка показались мне прямодушными и не несущими чушь. Они были моими союзниками в Andes, и прямо сейчас они мне были нужны.

— Майлз Олдрич и я вместе ходили в школу. Мы не были друзьями, но учились в одном классе, так что я знаю его вечность. Он всегда был просто… рядом. Я никогда не обращала на него внимания. Но потом мы перешли в старшую школу, и все изменилось. Он дразнил и насмехался надо мной, а других ребят подбивал присоединиться.

Выражения лиц Ребекки и Саймона сменились с заинтересованного на испуганное.

— Этот маленький придурок, — выдавила Ребекка. — Он над тобой издевался?

Я пожала плечами.

— Не знаю, можно ли это так назвать. Он что-то затеял, и это разгорелось как лесной пожар. — Заправив волосы за ухо, я проглотила комок в горле. — Когда я была маленькой, я была своего рода одержима слонами. Уэстон называл меня Элли. Тогда мне это нравилось, потому что между нами было что-то особенное, понимаете? Но, я думаю, он рассказал об этом Майлзу, и когда он начал называть меня Элли-слониха в старшей школе… ну, это было не так уж мило.

Толстые бедра и большие задницы тогда были не в моде, не было ни малейшего шанса сбежать из школы, не подвергнувшись насмешкам. То, что это исходило от брата Уэстона, когда он называл меня своим особым именем, было уникальным видом предательства, которое поставило меня на колени.

Выражение лица Саймона стало грозным.

— Что за идиот. Как человек, над которым безжалостно издевались в школе, я принимаю это очень близко к сердцу, Лиз. Я бы сошел с ума, если бы мне пришлось работать с кем-то из этих парней. Я не знаю, как ты это делаешь.

— Я не знала, что он здесь работает, когда соглашалась на эту работу.

Ребекка поморщилась.

— Да, я понимаю, как это могло повлиять на твое решение.

— Я бы на это не согласилась, — я поджала губы. — Я не думала о нем все эти годы, понимаешь? И когда я поняла, что мы будем коллегами, когда в понедельник ехали в одном лифте, я была готова смириться с этим. Со старшей школы прошло восемь лет. Я повзрослела и пошла дальше. Я надеялась, что он тоже. Но…

Саймон наклонился вперед, его глаза сузились в щелочки.

— Что он сделал?

Я медленно выдохнула. Я абсолютно ненавидела это.

— Всю неделю кто-то оставлял на моем столе записки с фактами о слонах. Они анонимны, но это должен быть Майлз. Это действительно не мог быть никто другой.

Ребекка и Саймон обменялись сердитыми взглядами друг с другом. Саймон сжал нож в кулаке. Милое личико Ребекки покраснело.

— Этот мудак. Тебе следует рассказать Уэстону, — сказала Ребекка.

Саймон кивнул.

— Включи это маленькое дерьмо на полную катушку. Никто не заслуживает того, чтобы его преследовали на работе и все такое.

Я подперла ладонью лоб, глядя на них из-под ресниц.

— Я не хочу, чтобы его уволили, я просто хочу, чтобы он оставил меня в покое. И если я не отреагирую, возможно, это сделает он. В конце концов, он перестал учиться в средней школе, так что, возможно…

— Я понимаю это, — Ребекка потянулась через стол, чтобы сжать мое предплечье. — Ситуация имеет всевозможные наслоения, которые усложняют ее. Суть такова: тебе должно быть безопасно и комфортно на работе. Если Майлз не способен тебе этого позволить, пусть его тупая задница получит пинка под зад.

Саймон кивнул.

— Я поддержу тебя, что бы ты ни решила сделать. Если ты хочешь, чтобы я пошел с тобой поговорить с HR, я готов.

— Я тоже, — подхватила Ребекка.

Чувствуя себя в десять раз легче, я уловила часть оптимизма, с которым начала неделю. Но в тот момент, когда я вернулась к своему столу и заметила маленький желтый квадратик, приклеенный к передней части моего ящика, все это испарилось.

Всё.

С меня хватит.

Профессионалы вели себя иначе.

Я не собирался сплетничать о Майлзе. У нас должен был состояться давно назревший разговор.

Выдвинув ящик стола, я достала вторую почтовую карточку и направилась к столу Майлза, сжимая стопку в руке. Когда я приблизилась, он приподнял брови.

— Привет, Лизи, — его улыбка дрогнула при виде выражения моего лица. — Как дела?

Я помахала запиской.

— Мы можем поговорить наедине, пожалуйста?

Я позволяла ему безнаказанно вести себя в школе. Я ни разу не вступила с ним в конфликт, опасаясь, что только подолью масла в его необъяснимый огонь. Но я была взрослой. Пустить подобные вещи на самотек было не тем, что я могла сделать.

— Э-э, — он оттолкнулся от стола, поднимаясь на ноги, — конечно. Здесь не так уж много уединенных мест.

Я кивнул в сторону лестницы.

— Там сойдет. Это не займет много времени.

— О… Ладно, — он казался озадаченным, но ему не следовало быть таким. Он намеренно вел себя со мной как мудак. Он должен был ожидать, что ему ответят.

Когда мы оба были на лестничной площадке, дверь за нами плотно закрылась, я подняла стопку почтовых карточек.

— Это прекращается сейчас же, или я иду в отдел кадров.

С лица Майлза не соскользнуло ни капли юмора. Он поднял руки ладонями вверх.

— Эй, эй. Что происходит?

— Не надо, Майлз. Мы оба знаем, чем ты занимался. С твоей стороны оскорбительно прикидываться дураком.

Он почесал затылок.

— Я не прикидываюсь дураком, Элиза. В данном случае я на самом деле дурак. Понятия не имею, о чем ты говоришь.

Я пристально посмотрела на него.

— Элли-слониха. — Затем я взяла его за руку и шлепнула бумажки ему на ладонь.

Он нахмурился, переводя взгляд с меня на записки, читая факты о слонах один за другим. Закончив, он вернул их мне.

— Я понимаю, почему ты думаешь, что это от меня, но это не так.

Мои пальцы сжались вокруг листков бумаги.

— Я не верю тебе, Майлз, но признаешь ли ты это, не имеет значения. Я прошу тебя остановиться, чтобы мне не пришлось обострять ситуацию. Это не старшая школа. Я не буду мириться с таким обращением.

Он потянулся ко мне, но, похоже, в последний момент передумал и опустил руку.