Освобожденный. Часть 1. Книга 2 (ЛП) - Хардт Хелен - Страница 11

— Ей двадцать пять, Данте. А не пятнадцать, как ей было, когда ты ушел.

Мой гнев пробудился.

— Прекрати это говорить.

— О чем?

— Что я ушел. Ты говоришь так, словно у меня был гребаный выбор в этом вопросе. Будь все, по-моему, я бы никогда не уехал. Я был бы здесь, изучая все то дерьмо, которое ты уже знаешь. Эм уже в курсе. Я серьезно инвалид исключительно потому, что меня забрали против моей воли.

— Послушай, я знаю, ты через многое прошел.

— Ты и половины гребаного понятия не имеешь, через что я прошел. Я прошел через такое, что ты даже представить себе не можешь своим крошечным мозгом.

— Крошечный мозг? — Ривер приблизился ко мне. — Как ты думаешь, с кем ты разговариваешь?

Я напрягся. Быстро, как вспышка, я схватил Ривера за воротник и прижал его к стене, клыки вышли наружу.

— С кем, черт возьми, ты, по-твоему, разговариваешь? Со мной делали такое, чего я не пожелал бы своему злейшему врагу, и ты говоришь, что знаешь, через что я прошел? Ты ни хрена не знаешь! Мне следовало бы оторвать твою гребаную башку.

— Эй, успокойся. Тише. — Он медленно повел рукой вверх, пока его ладонь не накрыла мою. — Отпусти меня.

Я разжал кулак и отошел от него.

Самоконтроль.

У меня его не было.

Ни капельки.

Если я не мог контролировать себя рядом с Ривером, как я вообще смогу контролировать себя с Эрин?

— Прости, — мрачно сказал я, хотя мои клыки по-прежнему оставались на месте.

— Ты прав, — сказал Ривер. — Я понятия не имею, через что тебе пришлось пройти. Мне жаль. Здесь нужна хитрость. Как полицейскому, мне часто приходится отключать свои эмоции при исполнении служебных обязанностей. Если бы я этого не делал, я не смог бы жить с тем, что иногда вижу. Такое произошло с тобой, кузен, и мне очень, очень жаль.

Я открыл рот, но он поднял руку.

— Позволь мне извиниться, Данте. Я был придурком. Я понимаю, ты еще не готов говорить. Может быть, никогда не будешь, и это нормально, хотя я бы с удовольствием посадил за решетку того ублюдка, который сделал это с тобой. Но это касается Эм. И моего партнера. Эм полна решимости родить этого ребенка.

Я закрыл глаза и вдохнул, давая себе несколько секунд передышки. Затем:

— С ней все будет в порядке. Эмилия сильная. Должна быть. Я не могу потерять ее теперь, когда только что нашел ее снова.

— Мы обеспечим ей наилучший уход, — сказал Ривер. — Она даже не хочет говорить про аборт. Одно дело, если бы она была замужем и пыталась забеременеть. Но это не тот случай. Так просто произошло.

— Это не был несчастный случай, если она сама себя оплодотворила.

Ривер не ответил.

— А как насчет твоего партнера? Он хочет ребенка?

— Мой партнер никогда не упоминал об этом. По крайней мере, при мне. Либо он анонимно пожертвовал сперму в банк оплодотворения, либо он трахнул нашу сестру. Как ты думаешь, что более вероятно?

У меня волосы встали дыбом. Теперь, когда я снова был в здравом уме, реальность ударила меня молотком по голове. Эти клыки теперь никогда не втянутся.

— Позвони своему партнеру. Скажи, чтобы он встретил нас здесь, и я мог бы убить этого ублюдка.

— Я думаю, ты имеешь в виду ублюдка твоей сестренки.

— Не смешно. — Я сжал руки в кулаки. — Почему она хочет родить ребенка?

— Не знаю, — сказал Ривер. — Но Эмилия упрямая. Может быть, ты сможешь поговорить с ней. Убеди ее, что время неподходящее. Мне эта идея ненавистна так же сильно, как и тебе, но я боюсь потерять ее, чувак.

— Я не могу этого сделать. — Ни в коем случае. У меня украли мое собственные решения на десять лет. Я бы не стал пытаться принимать решение за свою сестру, особенно решение, в правильности которого я не был уверен, даже если это гарантировало бы ей жизнь. — Я не буду этого делать. Она сильная. У нее все получится.

— Твоя мать тоже была сильной. Как и моя.

В моей голове всплыл образ моей матери. Она была темноволосой, с голубыми глазами. Эм была очень похожа на нее, в то время как я отдавал предпочтение своему отцу. Она была красива, но у меня не осталось настоящих воспоминаний о ней. Мне было три года, когда она умерла. Тогда мой отец заботился о нас, и Эм, будучи новорожденной, отвлекла большую часть его внимания от меня. Именно тогда я начал больше полагаться на Билла.

— Да, так и было. У Билла есть деньги. Мы обеспечим им наилучший уход.

— Да, хорошо. — Ривер вздохнул. — Ты прав. Я просто до смерти напуган.

— Я тоже. — Я вдохнул. Запах Эрин все еще витал в воздухе, хотя и постепенно рассеивался.

Эмилия была в порядке. Ривер тоже. Это со мной что-то было не так. Я обещал Эрин оргазм, но не доставил его. Я все еще не доверял себе рядом с ней, но обязан был быть рядом с ней. Должен был почувствовать ее.

— Эй, мне нужно идти.

— Куда ты?

Я отошел от Ривера и ринулся зову своего сердца.

Глава 12

ЭРИН

На протяжении всей встречи с администратором отделения неотложной помощи в Тулейне у меня кружилась голова, но, к счастью, я смогла выполнить свою работу. Я сразу же направилась домой, чтобы быстро позавтракать и немного поспать.

Данте не выходил у меня из головы.

Его поцелуи не были похожи ни на какие другие, которые я когда-либо испытывала. Они одновременно возбуждали и покоряли меня. Они дарили и забирали меня. Подпитывали меня страстью и желанием, а также агонией… в хорошем смысле.

Что бы я ни отдала, чтобы испытать тот оргазм, который он мне обещал. Если бы только Ривер не помешал нам. Я бы никогда больше не смогла посмотреть в глаза напарнику моего брата.

Съев английский маффин и немного гранолы, я зевнула и направилась наверх, чтобы принять горячую ванну. Да, приятная шипучая бомбочка для ванны с ароматом лаванды звучала божественно.

Я включила воду в ванной, сняла одежду и бросила ее в корзину для белья. Затем бросила ароматную бомбочку для ванны и вдохнула. Ммм, если это не могло заставить меня расслабиться, то ничто не могло.

Я шагнула в горячую воду и погрузилась с головой.

Закрыв глаза, я снова вдохнула, позволяя успокаивающему аромату успокоить все мои чувства.

— Я никогда не видел ничего прекраснее.

Мои глаза распахнулись.

Я знала этот голос. Голос из моих снов.

Данте стоял рядом с моей ванной, его темные глаза были полны огня.

Я бросилась покрывать себя пеной… пока не поняла, что не использовала пену для ванны.

О, ладно. В конце концов, он собирался увидеть меня обнаженной. По крайней мере, я на это надеялась.

Эмоции захлестнули меня. Не страх, хотя в этом было бы больше смысла. Он никогда не причинял мне вреда, и у меня не было причин полагать, что он сделает это сейчас. Нет, это была более глубокая эмоция — вожделение, желание, страсть. Чистая, необузданная потребность.

— Как ты сюда попал?

— Ты снова оставила свою дверь незапертой.

— Нет. Я не оставляла. — Не могла. Я помнила, что заперла ее. Разве нет? У меня было такое легкое головокружение после обнимашек с Данте. Неужели я забыла?

Мне нужно было прекратить это делать. Мой район был довольно безопасным, но все же. Неразумно. Особенно если, как клялся Эйб Линкольн, по улицам Нового Орлеана разгуливают призраки и вампиры. Эта мысль заставила меня улыбнуться. Он был достаточно приятным молодым человеком, но помешанным. Эйб Линкольн явно было ненастоящим именем.

— Чего ты хочешь?

— Тебя.

— Я тут вроде как кое-чем занята. И мне нужно немного поспать. Сегодня вечером я снова работаю.

— Я не прикоснусь к тебе.

— Ты только что сказал, что хочешь меня.

— Я хочу. Но не прикоснусь к тебе. Я не могу.

— Почему нет?

— Потому что я не могу. Мы можем оставить все как есть?

— Нет, не можем. В этом нет никакого смысла. Сначала ты прижимаешься ко мне, а потом уходишь. Сколько раз это уже случалось, Данте? Сколько раз я должна с этим мириться?