Джекпот для миллиардера. Создана для тебя (СИ) - Вайс Вирсавия - Страница 16

- Ассалам Алейкум, Саша.

- Алейкум Ассалам, Ахмет. - Алекс затянулся «Парламентом» и, бросив взгляд на капитана, кивнул: «Денис, перехвати». - Солнце над твоей головой, Ахмет, насколько я понимаю, ты всё-таки подумал над моим предложением касаемо продажи «Арслан-групп»?

- Не торопи время, Саша, не гневи Аллаха. Я думаю.

- Хорошо, Ахмет, но ты же понимаешь, что я сделал тебе более чем выгодное предложение.

На том конце хмыкнули.

- Вот это меня и напрягает, дорогой. Если бы цена была ниже, я поторговался бы с тобой, и мы пришли к золотой середине, а так у меня создается ощущение, что ты знаешь о моем предприятии больше, чем я, а ты знаешь, как я не люблю просчитываться и упускать выгоду, брат. Кстати, о выгоде. Я позвонил тебе, Саша, сейчас совсем по другому вопросу.

- Слушаю, Ахмет.

- Ты знаешь, как я к тебе отношусь. Ты — мой брат. Мой дом — твой дом, мой стол — твой стол, и так было всегда, чего я не могу сказать о твоём друге Станиславе. Он, как ящерица. Всегда вывернется, оставив в руках врагов только бесполезный хвост, поэтому я спрашиваю тебя, что за развод с аукционом?

- Прости, Ахмет, не понял. Мы сейчас о чём говорим? - Алекс затянулся и выбросил окурок.

- Вот о чем я и говорю, брат. Ты даже не знаешь, что сейчас происходит, хотя все значимые люди получили приглашение на это сомнительное предприятие.

- О чём ты, Ахмет? Я с Босфора на мостике, и даже телефон не брал в руки больше суток.

- Тогда зайди в Telegram-канал, брат. Но если кратко. Стас проводит аукцион по продаже какой-то телки, намекая на то, что она ещё не откупорена. Цена, конечно, впечатляет, но если товар соответствует качеству, я должен быть в этом уверен.

- Прости, брат, но вот я сейчас совсем не понимаю, о чём идет речь.

Алекс, нахмурив брови, смотрел в сторону показавшейся пристани около «Эпикуриона». Команда начинала готовиться к швартовке.

- Я говорю о том, дорогой, что телка должна быть на самом деле не порченной за мои деньги.

- О какой сумме мы говорим, Ахмет? Хотя нет, давай так. Скинь мне ссылку на аукцион.

- Зайди на почту, если то, о чем ты сказал, правда, приглашение должно быть и у тебя. По ссылке ты не попадешь, условие аукциона.

- Отлично. Тогда до связи, брат.

Ахмет сбросил звонок. Алекс постоял ещё какое-то время, облокотившись о борт, потом спустился в коклит, сел на диван и налил в бокал коньяк. Открыв почту, он почти сразу нашел приглашение на аукцион, которое пришло ровно в полдень.

- Что у нас тут? - сделав глоток, Алекс нажал на письмо.

«Сегодня в полдень открывается принятие ставок на нашем закрытом аукционе «Джекпот для миллиардера». На кону — невинность! Ты первый в делах? Будь первым и здесь! Начальная ставка — сто тысяч евро! Заявки принимаются до восемнадцати ноль ноль сегодняшнего вечера. Имя победителя будет объявлено ровно в полночь. Аукцион анонимный!»

И ниже файл, открыв который, Алекс побледнел. Он сделал глубокий вдох и расстегнул ворот рубашки. Сердце пропустило удар.

- Этого не может быть! - пронеслось в его голове.

Увеличив фото, он почувствовал удар в солнечное сплетение. На него смотрели эти глаза: огромные, миндалевидные, с чуть приподнятым внешним уголком, цвета расплавленного старинного серебра, с золотыми вкраплениями вокруг зрачка.

Катя, его котенок, его тайна. Маленькая девочка, которая вошла в его жизнь восемнадцать лет назад, перевернув всё с ног на голову. Именно ее невинность стояла сейчас на кону.

Он почувствовал, как заскрипели до боли сжатые зубы. Глянул на часы. Семнадцать сорок пять.

- Твою мать.

Открыл ссылку и быстро зарегистрировался под ником СаввА. Последняя ставка — триста пятьдесят тысяч евро, ник КагА. Ахмет! Перебивает на пятьдесят тысяч. Не проходит и пяти минут, как Ахмет поднимает ставку до четырехсот пятидесяти тысяч.

- Сука!

Алекс набирает Ахмета, замечая, как дрожат его пальцы.

- Да, брат, смотрю, ты тоже загорелся. - Ахмет цокает языком. - Значит, в этой бабенке на самом деле что-то есть. Огорчу тебя, я не уступлю, она разожгла мой аппетит.

- Ахмет, послушай, - Алекс запускает руку в волосы и проводит по ним пятернёй, впиваясь в кожу ногтями. - Ты знаешь, что я никогда у тебя ничего не просил.

- Это так, брат.

Алекс прямо чувствует, как довольно расплывается в ухмылке лицо Кагирова.

- Уступи мне девушку. Она мне очень дорога.

- Ну, судя по твоей ставке, не то чтобы очень.

- Я могу поднять её до миллиона, если будет нужно, но, боюсь, мы не уложимся по времени, а я не хочу рисковать.

- Саша...

Ахмет замолкает, тянет время. Алекс чувствует, как от напряжения над губой выступила испарина.

- Ахмет?

- Насколько для тебя важна эта девушка?

Тонкий лёд! Но времени искать обходной путь нет.

- Дороже жизни. - резко бросает Алекс.

- Я услышал тебя, брат. Она твоя. Между братьями не должно стоять ничего, тем более баба. Забирай. Думаю, пришло время поговорить по поводу нашей сделки, Саша.

- Да, хорошо, как скажешь.

- Отлично. Я позвоню тебе часа через полтора, брат.

Ахмет нажал отбой.

Часы! Семнадцать пятьдесят семь!

Быстро перейдя по ссылке на аукцион, Алекс делает ставку пятьсот тысяч евро и нажимает на кнопку. Его ставка сыграла ровно за несколько секунд до того, как окно аукциона пропало, словно его никогда и не было.

Телефон завибрировал. На почту пришло сообщение. Не теряя ни секунды, Алекс открывает письмо. Номер промежуточного счета для перевода суммы ставки и данные девушки: Алексеева Екатерина Владимировна, двадцать восемь лет, г. Санкт-Петербург.

Он опрокинул в себя бокал коньяка и тут же наполнил его снова. Он не ошибся, это была она. Алексеева Катя, четвертый «А» класс, двести четырнадцатый лицей.

Закрыв глаза, он мгновенно перенесся в тот день, четырнадцатое февраля две тысячи шестого года.

* * *

2006 год. Санкт-Петербург.

Идти домой не хотелось от слова совсем. Мать и бабка достали уже до зубовного скрежета. Что бы он ни сделал, им всё было мало. Отличник в школе, победитель олимпиад, еще бы, бабка завуч, которую даже в гороно боялись как огня, художка, самбо, компьютерные курсы при Политехе. Но он явно не дотягивал до их мужского идеала.

Он старался прийти домой как можно позже, прежде всего, чтобы выветрился запах сигарет, иначе бабка опять заведет свою шарманку. Еще четыре года! Четыре грёбаных года, и он будет свободен.

Он знал, что после школы, со своей золотой медалью и со всеми регалиями будет поступать только в МГИМО. Другие варианты он даже рассматривать не хотел. Во-первых, это позволяло ему, наконец, свалить из дома, а в будущем и из страны! Тогда эти курицы уж точно его не достанут. А во-вторых…

Он пока не знал, что во-вторых, но чувствовал, что это самое во-вторых скоро появится.Выйдя из здания школы одним из самых последних, он огляделся и пошёл в сторону Полена*. Там, в садике, он обычно выкуривал одну сигарету, перед тем, как тащится домой на Жуковского.

- Ну что, малявка, деньги есть? А если найдём? Да заодно пощупаем тебя, вдруг что наросло там, где надо!

Алекс встал как вкопанный. В маленьком садике перед входом в НИИ, в самом темном углу шла какая-то возня.

Голос Скотины он узнал сразу же и четко понял, что и Заика, и Торос находятся рядом.

- Отстаньте! – тонкий голосок разрезал тишину февральского вечера диким фальцетом. – Отвяжитесь!

- А то что? – Скотина заржал. – Расскажешь своей маме-проститутке? Так мы заодно и её оприходуем, правда, мужики?

Алекс вошёл в садик, и к его ногам приземлилась шапка с огромным розовым помпоном. Очередной визг.

Крик Скотины и звук удара.

- Эта сучка укусила меня! Держите её и закройте ей рот! Ментов только не хватало!

- Скотина, может ну её? – Заика нервно икнул и отступил на шаг, очевидно понимая своим скудным умишком, что дело начинает принимать поганый оборот.